Аленушка и братец ее козел - Елена Вилар

Мужчина окинул меня пристальным оценивающим взглядом, после чего удостоил ответа:

– Потому что когда я последний раз был на Земле, то пришел туда весной и поразился красоте садов и манящей глади озер, а затем началась подготовка к Судному дню. От того сада не осталось ни дерева. Землетрясение уничтожило все. Прошли годы, сад восстановился, но я держу эту зону, как воспоминание о том, почему мне не стоит возвращаться на Землю.

– Но тебя выбрали! – воскликнула я.

– Да, – кивнул Аркерон. – Я знаю, а также меня пытались шантажировать тобой.

– А разве тут есть чем шантажировать? – с замиранием спросила я.

– Есть, – кивнул Аркер.

– Чем?! – выпалила я. – Что такого есть во мне, что…

– Алена! – прервал мои эмоции атеркар. – Успокойся. Никто не претендует на твою свободу и право выбора. Я сказал, что они попытались, но я не сказал, что у них получилось. Вот… – мужчина протянул руку и подвинул ко мне стопку бумаг. – Это условия контракта. Не качай головой, сначала послушай. Я предлагаю тебе продать мне свою душу. Да-да, не удивляйся. Я заберу твою душу, но с отсрочкой, взамен этого я готов выполнить любое твое желание.

– Что значит заберешь? – осторожно спросила я, косясь на бумаги, как на самое большое зло в мире.

– Я не хочу, чтобы кто-то из атеркаров измывался над той, кто чувствует меня.

– Я не понимаю, ты можешь нормально объяснить?! – вспылив, ударила ладонью по столу.

– Успокойся! – резко произнес мужчина и меня словно ледяной водой окатило. – Вот тебе и доказательство. Ни одно живое существо не может не только находиться рядом со мной, когда я без маски, но и спорить. А ты ведешь себя так, словно для тебя я не более чем обычный человек. Твоя душа – часть моей. И я хочу забрать эту часть.

– Ага… – рассеянно кивнула я. – И что мне для этого надо? Ласты склеить?!

– Я же сказал, с отсрочкой! – чуть повысил голос Судья, но меня била нервная дрожь, и на такие мелочи внимания я не обращала. – Алена, возьми себя в руки и выслушай!

– Я пытаюсь, – вымолвила, стуча зубами.

– Поверь, я не собираюсь лишать тебя жизни раньше времени. Ты будешь жить столько, сколько отпущено судьбой, но после смерти я не отдам твою душу на перерождение, а заберу ее себе. Навсегда!

– Зачем? – удивилась я.

– Потому что твоя душа – частичка моей, и я не хочу наблюдать за тем, как ее топчет Экар.

– Мне будет больно?

– Не думаю, я надеюсь, что, придя к соглашению, ты примешь верное решение и все забудешь.

– Все?! И нашу ночь?! – взвилась я, ощущая, как моя психика рушит последние барьеры.

Аркерон отвернулся, видимо, не желая смотреть на меня. Неужели я так ему противна?

– Нет, не противна, – мужчина ответил на мой непроизнесенный вопрос. – И, как ни странно, для нас секс имеет определенное значение, он запускает обновление наших энергопотоков, делая нас сильнее.

– Значит, просто секс… – растерянно произнесла я.

– Алена, – с долей упрека произнес мужчина. – Ты в аду! Тут нет места тем чувствам, которые ты ищешь. Да, мне было хорошо с тобой. Да, я бы хотел это повторить. Раз… Может быть, два… И повторю это еще много раз, когда наделю твою душу силой после того, как она достанется мне. Я подожду. Ты не ведьма, я не хочу, чтобы ты страдала тут. Я не хочу запирать тебя в аду!

– Ну да, ну да… Очень благородно, – усмехнулась я. – Значит, я могу загадать любое желание?

– Да, любое, но только для себя, – поправил атеркар.

– А если оно будет состоять из нескольких? – с прищуром уточнила я.

– Оно должно быть единым, но я разрешаю тебе сделать перечисление пунктов, – усмехнулся мужчина. – Итак, ты согласна?

– При одном условии, – тут же произнесла я.

– Каком?

– Я произнесу это желание утром в понедельник, когда буду готова.

– Хорошо, для этого тебе надо будет встать перед зеркалом и, прямо глядя на свое отражение, произнести желание вслух, – проинформировал мужчина. – Раз ты согласна, то подпиши эти бумаги и проведем обряд.

– Какой обряд? – прищурилась я.

– Соединения душ, – пояснил Судья. – Никто кроме нас не будет знать, что душа уже мне принадлежит, ровно до тех пор, пока я этого не захочу. Таким образом ты полностью сохраняешь свою прежнюю жизнь на Земле, и только после твоей смерти я имею полное право на душу.

Подвинув листы, я подписала каждый, не удосужившись прочесть, ибо уже знала, что меня сие не волнует. Стараясь не анализировать идею желания, что вспыхнула в сознании, дабы Аркерон раньше времени о нем не узнал, я пыталась думать о цветущем саде. Как только документы были подписаны, они исчезли со стола, а поднявшийся со своего места мужчина протянул мне руку.

Судья провел меня в соседнее помещение, которое не радовало наличием окон, но освещалось двумя факелами, что чадили со стен. Мы встали в нарисованный мелом на полу круг, друг против друга. Факелы мигнули, теряя свою огненную мощь, и помещение медленно, но верно погружалось во тьму.

– Смотри мне в глаза, – тихо произнес Аркерон.

Пару раз нервно моргнув, я стала проваливаться в темные омуты, в которых то и дело вспыхивал огонь. Мужчина поднял руку и, коснувшись тыльной стороной ладони моей щеки, произнес:

– Не бойся, это не больно.

Я завороженно смотрела на то, как медленно двигались красиво очерченные губы, млела от ненавязчивого прикосновения и в то же время робела от поднимающегося страха.

Я все-таки это делаю! Я продаю свою душу…

Атеркар чуть отклонился, и перед моим взором мелькнул кинжал. Я тут же напряглась, фантазия подкинула пару кровавых картин, взятых из голливудских фильмов, посвященных жертвоприношениям. Шумно сглотнув, я призвала всю храбрость, продолжая внутренне трястись.

– Закрой глаза, – попросил Аркерон, на что я нервно покачала головой. – Закрой, – чуть громче приказал мужчина.

Резко зажмурившись, я на всякий случай втянула голову в плечи.

– Протяни руку!

Я тут же выполнила требуемое, но так как указание, на мой взгляд, было нечетким, то уверенно ткнула пальцами мужчине в живот. Он молча вынес издевательство, перехватив ладошку. Затем я ощутила легкое прикосновение холодного металла. Ожидаемой боли не последовало, а потому любопытство, взяв верх над разумом, заставило распахнуть глаза.

Там, где хироманты и цыганки находят линию жизни, обильно кровоточил порез. Капли набухали и медленно стекали по ладошке, пропадая меж пальцев. Провожая одну рубиновую капельку за другой, я нервно дышала, боясь вот-вот потерять сознание.

– Не смотри, – попросил атеркар.

– Не могу, – призналась я.