Время не знает жалости - Ольга Валентеева

Я тихо выругалась. Предают всегда самые близкие. Но Кир держался молодцом. И поняла — он подозревал. Не мог доказать, но подозрения были, что Никодимов не в одиночку собирался прикарманить компанию Игнатовых.

— Хорошо, что его арестовали, — сказала я, чтобы прервать молчание. — Знаешь, не хочу в универ. Поехали домой?

Кир был только за. Полчаса спустя мы высадились у подъезда, поднялись в квартиру. Кирилл молчал. Я тоже не лезла с разговорами. Не давала покоя Фия и ее слова. Неужели правда? И понимала — правда. Сын Эда. Я беременна. Какой срок? Два месяца? В голове не укладывалось. Да, была задержка, но за навалившимися проблемами я и думать о ней забыла.

— Аля, что не так?

Вопрос Кира застал врасплох. Я поняла, что сижу на кровати и смотрю в стену. Наверное, уже давно, потому что Кир выглядел встревоженным.

— Узнала кое-что… — Я подбирала слова. — Случайно узнала, пока ты на допросе был. В общем, я жду ребенка от Эда. И пока понятия не имею, что с этим делать.

Кир прищурился, привычным жестом потер переносицу. В бытность призраком не замечала у него такой привычки, вместе с телом вернулась.

— А что тут думать? — спокойно сказал он. — Родишь. Так это малыш вчера нас спас?

— Он, — прижала руку к животу.

Спасибо, маленький. Спасибо, родной. Как же дотянуться до твоего папы?

— Значит, тоже будет крутить временем. Как бы дать знать Эду?

Спокойствие Кира передалось и мне. Правда, что я нервничаю? Рожу. Все женщины через это проходят. Я не сама. У меня мама есть, Кир. Жаль, папа не дожил… Справимся! Только бы увидеть Эда. Чтобы хотя бы знал.

Фия возникла из воздуха прямо посреди комнаты. Гораздо раньше, чем обещала.

— Привет!

— Это еще кто? — отшатнулся Кирилл.

— Илифия, моя новая подруга. Она — из мира Эда и поможет с ним встретиться.

— Не тебе, — погрозила пальчиком девушка. — Твоему сыночку. Но сначала уделишь пару минут? Молодой человек, подождите в другой комнате. У нас девичьи тайны.

Кир взглянул на меня, убедился, что все в порядке, и пошел на кухню. А Фия уселась на диван.

— Послушай, милая, — заворковала она, — я помогу твоему сыночку открыть портал. Он ведь принадлежит нашему миру. Сможет. Но семья Эонарда — это отдельный разговор. Особенно его папочка. Понимаешь, девочка, в нашем мире крайне редко рождаются дети. Если родные Эона узнают, что у тебя будет дитя, они сделают все, чтобы забрать его.

— Ни за что, — инстинктивно прикрыла руками живот я.

— Конечно-конечно. Я защищаю будущих мамочек, поэтому сделаю для тебя заслон. Он не даст разглядеть силу малыша. Но будет действовать недолго. Да тебе и нельзя у нас задерживаться. Не выдержишь. Двенадцать часов. Ни минуткой больше. И я возвращаю вас на Землю.

— Договорились.

Я готова жизнь отдать за возможность увидеться с Эдом. Обнять и попросить прощения. И сказать, что у него будет сын.

— Вот и ладненько, — улыбнулась Фия. — Теперь еще кое-что. Я редко бываю в вашем мире, поэтому слушай и запоминай. Твой малыш особенный. Если его сила проявилась еще в утробе матери, он станет куда сильнее своего отца. У нас другой срок беременности — семь месяцев. Для вашего мира это мало, но ты не пугайся. Роды будут тяжелыми. Накануне я спущусь к тебе и сделаю все как надо. В больницу тебе нельзя. Выйдут из строя все приборы, рядом с которыми окажешься. Да и врачи поймут, что с ребенком что-то не так. Сами справимся. Правда?

Я молчала. Откуда мне знать, справлюсь или нет? Как-то не думала о беременности.

— Понимаю, надо привыкнуть к этой мысли. Но — потом. А сейчас дай мне руку и попроси сына вывести вас к папе. Твоего друга на кухне я предупрежу. И расскажу кое-что полезное. Через двенадцать часов вернусь за тобой.

Я сжала ладонь Илифии.

«Сынок, — позвала мысленно, — сыночек».

Ответ пришел — волной тепла по телу.

«Солнышко, мне надо поговорить с твоим папой. Помоги, пожалуйста. Открой переход».

Сначала ничего не происходило. Я уже начала сомневаться, получилось ли. Но затем ощущение ладошки Фии исчезло. Открыла глаза — я стояла в комнате Эонарда. Она была пуста.

Первое, что ощутила, — растерянность. Так привыкла видеть его во сне именно здесь, что сначала не поняла, куда идти и что делать. Просто открыть дверь и шагнуть в коридор? Или куда она там ведет… Глупо. Там может стоять стража. Возьмут под белые ручки — и в темницу. Почему-то казалось, что в другом мире обязательно должна быть темница. Как в средневековых романах.

Для начала решила успокоиться и оглядеться. Пока что не заметила разительных отличий от Земли, кроме архитектуры. Очень высокие потолки. Смотришь — и голова кружится. И краски — словно более тусклые. Нет привычных ярких цветов. Все серое и невзрачное. Защемило сердце. Хотелось развернуться и нырнуть обратно, но я не за тем пришла. Я пришла за Эдом.

Послышались шаги. Ноги среагировали раньше, чем голова, — прыгнула в шкаф. Одежда пахла пылью, и я еле сдержалась, чтоб не расчихаться. Попыталась разглядеть в щелку, кто там пришел. И узнала. Лессандр. Холодный, спокойный, бездушный. Он присел на стул и замер в ожидании. Ждет Эда? Я тоже подожду. Душновато, конечно. Но терпимо. Еле избавилась от желания немедленно вцепиться Лессу в лицо. Нет, Аля! Надо держать себя в руках. И неважно, что он — скотина. Тимке голову задурил, меня заставил изгнать Эда в эту дыру. Потом рассчитаемся. Я сегодня добрая, всех прощаю.

Сын послал успокаивающую волну тепла. Я начинала привыкать к его соседству. К тому, что уже никогда не буду одна. Что уже сейчас могу с ним общаться.

Дверь хлопнула. Я припала к щелке и забыла, как дышать. Эонард! Весь в черном, собранный, привычно серьезный. Мой! Если бы не Лесс, уже бы кинулась ему на шею. А вот Лесса хотелось приложить чем-нибудь тяжелым. И чем дальше, тем сильнее.

— А, Лессандр, — услышала любимый голос. — Зачем пришел?

— Узнать, как ты тут. Что отец?

— Да ничего. — Эд сел напротив. — Ты же знаешь, мы не можем разговаривать спокойно.

— Да уж, знаю. — Лесс сверкнул кривой улыбкой. — Ничего, поладите. И твои земные приключения навсегда исчезнут из памяти. Ведь дома лучше, правда, Эон?

— Пока не решил, — устало прикрыл глаза Эд. — Сложно привыкнуть. Тут все другое. Но мне все чаще кажется, что это был просто сон.

— Правильно, просто сон. — Я едва уловила мгновение, когда Лесс тенью скользнул к Эду и опустил руки ему на голову. — А сны тают с рассветом, Эон. Отпусти тот мир, он тебе не нужен.

Каюсь, не выдержала! Вылетела из шкафа, словно фурия, и оттолкнула Лессандра от Эда.

— Ты, мерзкая скотина! — гаркнула в лицо врагу.

— Александрина! — Лесс заулыбался так, словно только меня и ждал. — А я уже беспокоиться начал. Столько времени прошло, от тебя ни слуху ни духу. Мы с Эоном скучали. Правда, братец?