Стеклянная магия - Чарли Хольмберг

– Сиони.

Она заморгала и увидела, что из-за ширмы вышел Эмери. Он был одет так же, как и во время прощания на вокзале.

Сердце Сиони ускорило свой бег, но сразу дало сбой – девушка разглядела, что правая рука Бумажного мага висела на перевязи, перекинутой через плечо.

– Ты ранен, – хотела сказать она, но вместо этого из ее рта вырвался невнятный хрип.

Эмери исчез за ширмой, и Сиони услышала, как он просил кого-то принести воды. Спустя секунду из-за ширмы появилась медсестра в белом. В руках она держала графин и стакан. Поставив их на прикроватную тумбочку, женщина наполнила стакан наполовину и помогла Сиони поднять голову, чтобы можно было пить.

Вода показалась Сиони очень холодной и обожгла ей пищевод: по всему телу разбежались ледяные мурашки, доходящие до кончиков пальцев ног. Тем не менее она осушила стакан залпом.

Медсестра налила еще, и на сей раз посоветовала пить маленькими глотками.

Сиони так и сделала, но закашлялась. Женщина приложила ладонь к ее лбу.

– Выглядите вы неплохо, – проговорила она, – но я приглашу доктора. Пусть он проверит ваше состояние. Как вы себя чувствуете?

Сиони перевела взгляд с медсестры на Эмери.

– Чувствую? – пролепетала она.

– Прошу вас… – произнес Эмери. – Она только что очнулась. Вы не позволите нам побеседовать минуту-другую?

Медсестра понимающе кивнула и вышла. Эмери наполнил стакан водой и сел на стул, переложив книгу на пол. Протянув здоровую руку, он взял ладонь Сиони в свою.

Сиони ощутила тепло, исходящее от него, и ее кожу приятно защекотало.

Она приподнялась на подушке, хотя сесть нормально не смогла.

– Твоя рука… – прошептала она. – Но ты жив.

Он улыбнулся ей самой настоящей, искренней улыбкой, которая сперва озарила его глаза, а затем осторожно тронула уголки губ.

– Если быть точным, моя ключица. Ничего! Еще семь недель, и я буду в полном порядке.

– Семь? – повторила она и поморщилась от резкой боли в голове.

Эмери легонько сжал ее ладонь.

– Как ты?

– Нормально. Я… Сколько времени я здесь нахожусь?

– Маг Хьюз доставил тебя сюда девять дней назад, – ответил Эмери. – Я тоже был вынужден погостить в госпитале, но лишь два дня.

– Девять, – пробормотала Сиони.

Эмери кивнул.

– Заклинания, которыми тебя лечили, отнимают очень много сил. Врачи хотели, чтобы ты пришла в сознание естественным образом.

Сиони запаниковала: ее дыхание резко участилось, а живот сжался в тугой ком. Она помнила что-то, но чем старательнее пыталась восстановить подробности, тем больше их ускользало прочь, словно речной ил из пальцев.

Эмери наклонился и погладил ее по голове.

– Ш-ш-ш, ты в безопасности. С тобой все в порядке… с нами обоими. Тебе необходимо отдохнуть.

– Я отдыхаю уже девять дней! – возмущенно воскликнула Сиони, но тут же одернула себя и глубоко, нарочито медленно вздохнула. – Какие заклинания? – спросила она, пытаясь сохранять спокойствие.

Эмери нахмурился.

– Кабинет старается не афишировать этот факт, но не вся деятельность Потрошителей противозаконна. Кое к кому из них обращаются за помощью в таких случаях, как, например, твой.

Сиони оцепенела.

– Потрошитель… он что-то делал со мной?

Кого он убил для того, чтобы вылечить меня?

В памяти Сиони всплыл образ Дилайлы, привязанной к стулу, и ее спина покрылась гусиной кожей.

– Да, он исцелил тебя, – подтвердил Эмери и резко замолчал.

Но его зеленые глаза перестали быть непроницаемыми – теперь в них сияло сочувствие.

– Прости, что меня не было рядом. Я не защитил тебя, а уехал из Лондона… и зря. Мне не следовало так делать, – мягко добавил маг.

Сиони покачала головой, и этого простого движения ее мозг буквально забурлил.

– Дилайла, Эйвиоски. Грат…

Эмери нежно погладил тыльную сторону ее ладони.

– Грат мертв, его труп кремировали. Дилайла…

Во рту Сиони опять пересохло.

– Она… Дилайлу спасли?

Эмери уперся взглядом в пол.

– Сиони, мне безумно жаль…

Она поспешно закусила нижнюю губу, но непослушные слезы уже хлынули из ее глаз. Эмери ничего не сказал и поднес костяшки ее пальцев – совершенно целых и невредимых! – к своим губам. Пытаясь заглушить рыдания, Сиони высвободилась и прижала ладони ко рту. Рухнув на подушку, она уставилась в потолок, стараясь не позволить сцене убийства Дилайлы развернуться в сознании.

Но конечно же она сразу вспомнила про Энис Хэттер. Энис, ее лучшая подруга в старших классах, покончила с собой. Если бы Сиони вовремя пришла к Энис, она и сейчас была бы жива.

Чувство вины припечатало Сиони к койке.

Она находилась рядом с Дилайлой, но…

Дверь палаты распахнулась, и на пороге появился врач. Эмери отошел в сторону, пока тот слушал сердце пациентки. Доктор оказался тактичным, вроде бы не заметил ее слез и отеческим тоном поинтересовался у Сиони, как она себя чувствует, болит ли у нее голова или что-то еще?

Сиони лишь тупо кивала в ответ. Врач заявил, что она может покинуть госпиталь через час, и вышел, прикрыв за собой дверь, чтобы никто не нарушал уединения Сиони и Эмери.

Бумажный маг уселся на стул, и в палате воцарилась тишина.

Наконец Сиони собралась с духом и вытерла слезы со щек.

– Магичка Эйвиоски?.. – прошептала она.

– Жива и здорова – благодаря тебе, – ответил Эмери. – Пока ты была здесь, она навещала тебя дважды в день.

Сиони с облегчением вздохнула, испытывая радость от того, что ей удалось спасти хотя бы одну из жертв Грата.

– А мои родные?

– Они настроились на частые и постоянные переезды, но уже вернулись домой. Кстати, они были в госпитале сегодня утром. Можешь позвонить им сразу после выписки, – произнес Эмери и добавил: – Если хочешь, я сам позвоню им.

– Они в безопасности? – спросила Сиони. – А Сарадж?..

Она пытливо всматривалась в глаза Эмери и старалась понять, не прячет ли Бумажный маг от нее очередную тайну.

– Сарадж находится в тюрьме, – вымолвил Эмери и посуровел. – Чтобы засадить Потрошителя за решетку, потребовалось немало хитрости и чуточку везения, но в итоге мы справились.

– Мы? – повторила она. – Ты был не один?

– Сиони, Кабинет никогда не послал бы мага на такое дело в одиночку. – Эмери покосился на перевязь, поддерживающую его руку.