Перст судьбы. Эсмиль - Алина Углицкая

– Женщины есть в любом замке, – Ильза поджала губы. – Вчера вечером вы видели их на площади. Но этот сад не для них. Квинн Абель разбил его по просьбе своей жены. Когда-то здесь гуляли все его пять дочерей.

– А теперь?

Эсмиль потихоньку раскачивалась, ловя губами свежий воздух.

– Теперь они все замужем и живут со своими супругами. А квинн Абель вдовец.

– А сын у него есть?

– Нету.

Девушка вспомнила того толстяка, что назвался комендантом замка. Вот уж кто на вид был неказист, но за такого производителя на любом аукционе в Амарре отвалили бы кучу золота. Это ж надо – пять дочерей!

Легкий ветерок заставил ее поежиться.

– Может, я принесу вам палантин? – предложила Ильза, видя, что ее квинна слегка замерзла.

Та в ответ молча кивнула.

Но стоило ненье исчезнуть в дверях, как Эсмиль тут же соскочила с качелей. Кто сказал, что она будет послушно сидеть и ждать? Нет, это не про нее.

Вздернув нос, она презрительным взглядом окинула ряды замковых окон. Жалкие квинны, навеки похоронившие себя в пыльных залах за вышивкой и музицированием! Неужели Дарвейн надеется, что она станет одной из них? И кстати, интересно, где это он?

Путем несложных логических заключений, Эсмиль сообразила, что если левое крыло замка – женское, значит, правое должно быть мужским. Вот только замок огромен. Где искать нужный вход?

Через пять минут поисков она обнаружила небольшую калитку в ограде сада и, спокойно миновав ее, поняла, что оказалась на той самой площади, на которой вчера жгли костры. Сейчас на ней остались остатки кострищ, пустые бочки из-под райсблера да несколько мужчин, встретивших появление девушки изумленными взглядами.

Один из них попытался с ней заговорить, но другой положил руку ему на плечо, останавливая:

– Ован, не стоит. Это квинна лэра Дарвейна…

– Ты знаешь, где Дарвейн? – Эсмиль навострила уши, услышав знакомое имя. – Где он?

– Наверное, отдыхает…

Мужчины переглянулись.

– Покажи, как пройти к нему.

– А как вы сюда попали? Разве вы не должны быть у себя в покоях под присмотром неньи?

Глаза Эсмиль сузились, напряженные губы превратились в две едва различимые полоски. Высокомерно вздернув голову, она жестко произнесла:

– Я хочу знать, где находится лэр Дарвейн. Кто-нибудь мне ответит?

Третий из мужчин, немного моложе их, показал рукой в сторону главного входа:

– Эта дверь ведет в главный зал, вы его вчера видели. А оттуда направо по коридору. Он на втором этаже. Там покои для знатных гостей…

Договорить он не успел. Резко развернувшись, Эсмиль пошла в указанном направлении. В след ей раздался громкий шепот одного из мужчин:

– Лойга, какого хройта ты ей сказал?! Надо было отправить ее назад!

***

Проснувшись после веселой попойки, Дарвейн обнаружил себя в незнакомой постели и пару минут мучительно соображал, как он сюда попал. Голова трещала с похмелья, будто детская погремушка, и каждый звук бил по ней, точно молот по наковальне.

Рядом с ним спала незнакомая женщина. Широкобедрая, с крупной грудью и разметавшимися по подушке русыми волосами. Она тихонько похрапывала во сне. Нахмурившись, лэр заглянул ей в лицо.

Откуда она здесь взялась? Он не мог этого вспомнить. Кажется, это была одна из тех рабынь в красных платьях, которым Абель приказал ублажать гостей. Но как она оказалась в его постели?

Он еще раз огляделся.

Комната, в которой он пребывал, была довольно просторной, с добротной мебелью, светлыми окнами и вышитыми шелком гобеленами, украшавшими стены. Поднявшись, Дарвейн нахмурился еще больше. Его одежда небрежной кучей валялась на полу, а сам он был гол, как в миг своего рождения.

– Мой лэр, – раздалось за его спиной томное женское мурлыканье. – Уже уходите? Так рано?

Он обернулся.

Рабыня сидела на кровати, поджав под себя ноги, и едва прикрыв полную грудь уголком одеяла. Ее волосы волнами рассыпались по покатым плечам, а лицо еще хранило следы недавнего сна. Она была молода, привлекательна и всем своим видом выражала готовность служить своему господину.

Заметив, что мужчина смотрит на нее, она соблазнительно потянулась и облизнула пухлые губы.

Дарвейн тут же почувствовал, как вся кровь прилила к паху. Член налился и отвердел. И это разозлило мужчину.

– Что ты здесь делаешь? – сухо спросил он.

– Вы же сами меня избрали на эту ночь, – рабыня надула губки и томно похлопала ресницами.

– Что-то я этого не припомню.

Она привстала на колени так, что ее символическое прикрытие совсем сползло, обнажив крупные розовые соски, похожие на две спелые вишни, и теперь ее с лэром разделяло расстояние не больше вытянутой руки.

– Прикройся, – отрывисто бросил Дарвейн.

Он не понимал, что с ним происходит. Вот она, доступная женская плоть, готовая к его услугам. И в паху все приятно ноет от возбуждения. Почему же тогда он не может сделать один единственный шаг к постели, развернуть эту рабыню к себе спиной, поставить на колени и взять так, как он любит?

Какое-то новое, еще незнакомое чувство, останавливало его. Оно заставляло его разум оставаться холодным. А еще перед внутренним взором так некстати возникли аккуратная грудь и упругие ягодицы Эсмиль…

Женщина обиженно сморщила носик, игриво приподняла свой бюст на ладони и подалась вперед.

Выругавшись, Дарвейн отпрянул.

– Убирайся! – процедил он.

– Но вы же хотите, чтоб я осталась! – рабыня ткнула пальчиком в его восставшую плоть.

– Вон!

Ухватив незваную гостью за руку, он силком стащил ее на пол и вот так, абсолютно голую, вытолкал в коридор. Следом за ней из комнаты вылетело красное платье, валявшееся на полу, и туфли.

– Дар?.. – тихий изумленный голос заставил его замереть на пороге.

Сердце воина вздрогнуло, когда он поднял глаза.

В нескольких шагах от него, посреди коридора, стояла Эсмиль. Растерянный взгляд девушки лихорадочно метался между голым лэром и голой рабыней, которая, встав на колени, собирала свою одежду.

– Моя квинна… – Дарвейн шагнул было к ней, но тут же замер, понимая, как глупо выглядит. Впервые в жизни он не знал, что сказать.

– Кажется, я здесь лишняя, – наконец, процедила Эсмиль и смерила его уничтожающим взглядом. Затем, резко развернувшись, направилась в обратную сторону.

Дарвейн захлопнул дверь. Приглушенным стоном уткнулся в нее лбом.

Эрговы яйца! Откуда она здесь взялась?! Разве не должна эта неугомонная девчонка сидеть сейчас в женском крыле? Кто ее пустил туда, где обитают холостые мужчины? Да еще именно в тот момент, когда он выставлял из комнаты местную рабыню?