Пик - Мерседес Лэки

И через Портал навстречу нам хлынули наши спасители.

Сначала алебрихе. Один, пять, десять, целая толпа… Как будто ребятишки из целой деревни высыпали содержимое своих коробок с игрушками прямо в Портал. Из Портала выскакивали большие и малые создания таких причудливых обликов и цветов, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Я таких даже во сне не видела – ни в приятном, ни в страшном. И там был один алебрихе, который размерами не уступал драккену. Его словно сшили из узорчатых заплаток дичайших, вырвиглазных оттенков и утыкали шипами, шишками и рогами. Наконец поток алебрихе иссяк, и я решила, что уже всё. Но спустя мгновение из Портала хлынул новый поток, вернее, полноводная река – десятки, сотни Гончих всех мыслимых и немыслимых родов и мастей. И они ручьями растекались между нами и пришлецами.

У нас было войско. Войско из тысяч и тысяч Гончих. И теперь уже пришлецы, даже гоги и магоги, смотрели на нас пришибленно и растерянно.

Исполинский алебрихе нагнул длинную шею – так, чтобы его морда оказалась вровень с моим лицом. Морда у него была оленья, с мягкими длинными ушами. На ярко-синей голове узоров не было, зато красовались розовые рога – в тон изнанке ушей. Я отражалась в гигантских глазах – каждый размером с Ча. Из опаловых глаз с черными-черными зрачками на меня смотрела встрепанная Охотница, вся в крови и синяках. Впрочем, мы тут все примерно так и выглядели.

«Ты призвала Великую Охоту, маленькая Сестра. – Раскатистый голос в моей голове отдавался эхом. – На кого же прикажешь Охотиться?»

Воцарилась гробовая тишина. Даже дыхания Охотников не было слышно – наверное, они боялись дышать. И у меня в сознании мелькнуло, что настал тот самый момент, о котором меня предупреждали Учителя: когда все, что я скажу, невероятно важно и любое необдуманное слово влечет за собой непредвиденные и ужасающие последствия.

Например, я прикажу им Охотиться на Жителей. Но что, если Тирсион тоже где-то на поле боя? Он не сделал мне ничего плохого, только помогал. И если он говорил правду, то с его гибелью множество людей окажутся без защиты перед лицом тех Жителей, которые жаждут истребить людской род.

И перебив Жителей, мы ничего не решим. Все равно же останется тьма-тьмущая пришлецов, готовых раскатать нас в лепешку. И Дрейф с ними за компанию.

Поэтому я хорошо подумала. Глубоко вдохнула и произнесла вслух:

– Сделай милость, пусть Великая Охота преследует на этом поле тех, кто причиняет вред мне, Гончим, моим собратьям-Охотникам, моим собратьям-воинам и всем населяющим город за моей спиной, ибо я поклялась его защищать.

Алебрихе ухмыльнулся. Я в жизни не видела таких огромных, таких острющих зубов, даже в пасти у пришлеца. «Мудрый выбор, маленькая Сестра. Да будет так».

Великан-алебрихе вскинул голову и взревел. И все Гончие ринулись в атаку. Их вожак метнулся прямиком к ближайшему гогу и прорвал его Щит, как листок бумаги. Через мгновение гигантский алебрихе, вонзив острые зубы в горло гога, трепал его точно терьер крысу. Поскольку и алебрихе и гог были великанами и двигались они замедленно, то порванная глотка гога была видна во всех подробностях…

Затем вожак-алебрихе занялся ближайшим драккеном.

А его бессчетная стая тем временем разбиралась с остальными пришлецами. То есть я даже не знаю, каким словом назвать то, что делали Гончие. Наших спасителей было так много, что на каждую отдельную тварь приходилась прямо-таки толпа Гончих, и они запросто могли давить пришлецов массой и терзать их.

Наши стаи присоединились к побоищу, одержимые воистину смертоносным восторгом. Я чувствовала, как в моих Гончих вскипает жажда крови – и другие Гончие, вероятно, испытывали то же самое.

– Отставить огонь! Всем батареям, всем орудиям отставить огонь! – заорал Кент на общей частоте. – Свои под огнем! Свои под огнем! Прекратить огонь!

Жители-Волхвы с тварями-гигантами быстрее всех смекнули что к чему и… дали деру. Открыли Порталы и были таковы, бросив войско на произвол судьбы. Пришлецы, никем больше не направляемые, совсем ополоумели и ринулись врассыпную; кто-то из них ломанулся прямиком на Барьер и встретил свою гибель там, а не в пасти Гончей.

Вожак-алебрихе остался без достойной добычи – все великаны и драккены смылись через Портал вместе с Волхвами. Гигант размашистой походкой затопал прочь, а Гончие помельче (ну, «помельче» – это так, условно, потому что они были величиной с домик) хватали и рвали все, что попадалось на пути.

А что делали мы?

Вы, наверное, решили, что мы, все такие обескровленные, повалились наземь, не сходя с места, и лежали, не в силах шевельнуться. Пара тяжело раненных Охотников так и поступила. Но большая часть народа кинулась вдогонку за своими стаями – все, кроме меня. Бедняга Кент лежал навзничь в грязи, глаза его были закрыты, и вряд ли он был в состоянии командовать.

– Раненые есть? – спросила я на общей частоте.

– Пяток медиков не помешал бы, – ответили мне. – А ты сама как?

У меня тут же заболела рука – оказывается, меня зацепило, а я и не заметила. И среди солдат было много раненых.

– Да, думаю, медиков можно звать, уже безопасно, – ответила я. – И эвак-винтокрылы.

И я направилась в гущу бойни – искать Дрейф и Князя Лэтренира.

Кругом царил кромешный ад. Со мной шли Ча, Душана и Шиндже, а семь моих Гончих затерялись посреди всеобщей свалки. Мы на всякий случай вскинули Щиты, но особой нужды в этом не было. Когда я видела Гончую, цапнувшую добычу не по зубам, я выпускала в тварь несколько пуль. Но нам важнее всего было найти Дрейф и Лэтренира. И при этом не попасть случайно под раздачу в мясорубке.

Даже не знаю, в какой момент я, увлекшись поиском двух врагов, утратила бдительность. Но вдруг рядом со мной сверкнула золотая вспышка, кто-то схватил меня за руку и бацнул вместе со мной.

Когда мы вынырнули в новом месте, я вырвалась, еле устояв на ногах. Мы очутились на вспаханном поле, а вокруг меня сомкнули кольцо мантикоры. И прямо передо мной стоял мой похититель собственной персоной – Князь Лэтренир.

Я мигом вскинула Щит. Гончие накачали меня магией под завязку, поэтому Щит вышел мощный, устойчивый – почти как у Молота. Житель-Князь и я мерили друг друга взглядами. Его глаза излучали смерть, а мои… ну, в общем, я надеялась, что вид у меня более или менее бесстрастный.

– Ты сотворила такое!.. – прошипел Лэтренир. – Ты, жалкая, писклявая тварь, ты сумела!..

Я ничего не ответила на его шипение, только включила псайщит. Если еще и Дрейф ошивается где-то поблизости, то надо хоть ее не проворонить. Лэтренир застал меня врасплох и приволок сюда – наше поле боя должно быть рядом, бацнуть далеко невозможно. Мои Гончие вот-вот разыщут меня, и они будут не одни.

– Тебе что-то нужно, Князь Лэтренир? – учтиво осведомилась я, пристально изучая его. Лэтренир подозрительно уставился на меня, услышав из моих уст свое имя.