Наука чудес - Ольга Коротаева

– Потому что я люблю эту девушку, – спокойно возразил Норд.

– Любишь? – хмыкнул Велор. – Не смеши меня! Ни ты, ни твоя мать не знают, что это такое…

– За мать не берусь говорить, – тем же ровным тоном произнёс Норд, и я поразилась его спокойствию. Мне бы так! Но, зависнув в воздухе на двух заклинаниях и косясь на асфальт внизу, я не могла похвастаться хладнокровием. Сердце колотилось чуть ли не в самом горле, во рту пересохло. – А я искренне и беззаветно влюблён в Викторию.

– Но она не из магического клана, – всё ещё с сомнением в голосе проговорил Велор. Однако взгляд его смягчился. – У вас нет будущего. Олизарий никогда не одобрит такой союз.

– Тебя же это не остановило, – тон Норда снова похолодел на пару градусов. – И я очень разозлился на тебя тогда… Только сейчас я понял, насколько тяжело тебе было решиться на такой шаг.

Я с удивлением увидела, как дрогнули губы Велора, а глаза влажно заблестели.

– Не скажу, что простил, – торопливо добавил Норд. – Но понимаю.

– Тогда опусти палочку, – тихо попросил Велор. – Дай мне завершить начатое. Тогда у тебя и этой девочки появится шанс…

– Если я сделаю это, – перебил его Норд, – то уничтожу даже тень шанса! Отец, прошу, хватит! Отпусти мою Беду!

– Но тогда вы выиграете турнир, и я проиграю, – простонал Велор.

– Тогда мы выиграем не только турнир, – уверенно проговорил Норд. – Если ты отступишь сейчас, то выиграют все!

– Так не бывает, – тихо возразил маг.

– Прошу, – едва ворочая языком, протянула я и, преодолевая силу заклинания, добавила: – Поверьте сыну! Он умный и очень сильный маг.

Велор минуту всматривался в меня, и я видела, как по его щекам танцевали желваки. Наконец, выдохнув, маг опустил свою палочку, и я медленно поплыла вниз. Оказавшись в руках Норда, я обняла его и, прижавшись, расплакалась. Мардарий обеспокоенно осмотрел меня:

– Ты ранена?

Он наградил отца таким взглядом, что я порадовалась окончанию магической дуэли. Сейчас бы Велор так легко не отделался.

– Просто царапина, – торопливо проговорила я. – Всё в порядке.

Увидела перебирающего лапками по карнизу Кляксу и подошла к дому:

– Так вот кто меня спас! Отвлёк ту жуткую псину. – Я поймала прыгнувшего мне в руки котёнка и с улыбкой обернулась к Норду: – Теперь я тебя понимаю…

Тут я заметила недалеко от нас, около дерева Руфину. Лицо девушки было белым, глаза яростно сверкали, рот искажён, в руке палочка, направленная в мою сторону. И магичка уже завершает схему. Не слишком сложную. Мгновенно разложив её по функциям, я с ужасом поняла, что не выживу после такого удара. Целью бывшей невесты Мардария не было удержать или обездвижить меня. После того, что Руфь услышала в диалоге отца и сына, она хотела лишь избавиться от соперницы. Навсегда.

Я лишь успела отбросить Кляксу, чтобы котёнок не пострадал, как меня саму швырнуло в сторону. Больно ударившись о камень, я быстро развернулась и, заметив на земле неподвижное тело, на мгновение окаменела.

– Норд?

– Мардарий! – страшно закричал Велор и выпрыгнул из окна.

Тут же вскочив, прихрамывая, побежал к сыну, но я, перебирая руками и ногами, на четвереньках уже подползла к нему и, перевернув, с ужасом посмотрела на закрытые веки.

– Он едва дышит! – припав ухом к его груди, прошептала я и подняла голову: – Быстрее, целителя! Умоляю, у кого есть телефон, вызовите помощь! Норд, милый, не умирай!

Посмотрела на Руфину, из руки которой выпала волшебная палочка. Девушка прижала ладони к лицу и упала на колени. Я обернулась на Велора и умоляюще простонала:

– Целителя! Вызовите целителя!

– Жена немного владеет, – с неуверенностью в голосе проговорил Велор и достал сотовый: – Вызову семейного целителя.

Я припала к груди любимого, с леденящей дрожью прислушиваясь к тающему биению сердца. Норд умирал, и я ничего не могла сделать. Или могла? Вспомнила, как Велор вычертил обратную схему заклинания, чтобы я взлетела над землёй, и вскочила. Пошарила взглядом по траве в поисках палочки Норда и, не обнаружив, бросилась к Руфине. Девушка не шелохнулась, когда я забрала её выпавшую палочку.

Бегом вернулась к Норду и, упав на колени, принялась чертить схемы. Так, Руфь сделала вот так и так! Значит, формула первая… Вокруг становилось людно: закричала женщина, забегали дети, лаяла и носилась за Кляксой собака. Я же судорожно выстраивала обратную схему. Голова была ясная, в ушах звенело от какофонии звуков.

– Где целители? Да сколько можно ехать?!

– Велор, прости, я бессильна ему помочь!

– Кто это сделал?!

Меня попытались поднять. Я лишь мельком посмотрела на донельзя мрачное лицо Иларда, и, вырвавшись, вернулась к рисунку. Выстроив его, вскочила и, крикнув, чтобы все расходились, быстро начертила схему обратную той, которой ударила Руфина.

– Беда, что ты делаешь?!

Я отмахнулась. Сколько прошло времени? Успела ли я? Правильно ли произвела расчёт формул? Не ошиблась ли в параболе? Не знаю! Я думала лишь о том, что ещё могу сделать для Норда. Увидела Кляксу и, вспомнив, что магическая сила зациклена между нами троими, протянула руки:

– Клякса, скорее к Мардарию!

Котёнок прыгнул на грудь мага, и я снова взялась за волшебную палочку. Расчёт формул не нужен, за бессонную ночь я разобрала эту схему по простейшим уравнениям. Выстраивать обратную не требовалось, нужно лишь исключить одну составляющую, чтобы сил у мага хватило для того, чтобы выжить.

Кусая губы и глотая слёзы, я медленно подняла палочку и прошептала:

– Прости.

Зная, что начерченная схема выполнена точно, я выронила палочку. Если я права, то она мне больше никогда не понадобится. Если нет… Даже не хочу об этом думать!