Хозяйка дорог - Катя Водянова

Вот и все, Лилия Александровна, закончились ваши приключения. Как и любовные истории, не связываться же со всякими Алешами.

Я смутно помнила следующие сутки: князь всучил мне кипу бумаг, наказал отнести их в контору и дал листок с адресом, затем Алеша отвел домой, пытался что-то сказать, но я не стала слушать, возможно потом, когда немного отойду и дам ему шанс, пока же хочется просто отдохнуть. Дальше был звонок родителям, чтобы не волновались, и в ту самую контору — назначить время нашей встречи, после — чай. Много чая. Жаль, что дома не оказалось ничего из сладостей, но выходить никуда не хочу — страшно.

Страшно, что встречу старых знакомых.

Страшно, что люди будут таращиться на мой весьма экзотический облик.

Страшно, что там, за порогом, снова встречу кого-нибудь из Тридевятого царства.

Надеюсь, со всей этой паранормальщиной действительно покончено: у меня и так из-за этого вся жизнь под откос. Надо теперь как-то объяснить все родителям, поменять паспорт и права, — по нынешней фотографии нельзя опознать Лилию Белокопытову, — найти другую работу… Даже заповедь несравненной Скарлет не помогала: никак не получалось отложить на завтра решение всех проблем. Заснуть я смогла только ближе к утру и сразу же проснулась от настойчивого стука в дверь.

Похоже, в этой жизни мне покоя не видать. Я кое-как слезла с кровати, затем умылась и только потом пошла открывать. Увидев на пороге Марьяну, я тяжело вздохнула и пожалела, что вообще вылезла из кровати.

— Что опять?

Губы Марьяны задрожали, из глаз потекли слезы:

— Гору худо совсем, а А-алеша…

Меня прошиб ледяной пот, пусть она скажет, что лиходей ранен, сбежал, натворил что-нибудь. Я злюсь на него и хочу придушить, но только сама.

Только пусть будет жив!

— … нет больше лиходея!

Марьяна разрыдалась, я же почувствовала, как мир вокруг завращался и расслоился, показав пейзажи ближайших пространств, квартиры по соседству, лиходейских тропы и портал диви на один лестничный пролет ниже.

Та же самая орда пауков, сложившихся в круг, и высокий железный монстр рядом. Огонь закипел в крови и рванул наружу, стекая с пальцев раскаленными алыми каплями. Марьяна! Сволочь! Как могла?

— Это же не ты меня тогда к птеродактилям толкнула! Вас там много, что ли?

Она же сложила руки на груди и выпрямилась, слезы высохли на ее глазах раньше, чем губы растянулись в злой ухмылке.

— Не-е-ет, я одна. А вот дураков, готовый помочь в обмен на доступ к телу — хватает. Закрытый коллектив, женщин не хватает, думаю, дальше можно не объяснять. А сейчас собирайся и пошли, догадливая ты наша.

— Размечталассссь!

Я зашипела и бросилась на Марьяну, метя в лицо полыхавшими пальцами. Она не стала уклоняться, просто поймала меня за шею и подняла над полом. А через мгновение дернулась, заскрипела суставами и превратилась в металлическую тварь, похожую на Кощея. Я пыталась разжать ее хватку, обжечь или оттолкнуть, но дивь держала крепко.

— Я один раз чуть не погибла в битве, покалечилась жутко, а Кощей меня подобрал и подарил второе тело, попрочнее. Ну а дальше уже желания не было князю служить, пошла искать себе других хозяев.

— А-алеша жив? — просипела я.

— Конечно жив, что ему, Хозяюшке нашей, сделается. Да и зачем бы ты тогда была нужна? Гора охраняют слишком хорошо, а больше близких людей у лиходея нет.

Как бы я не злилась, но после ее слов испытала облегчение. Жив, паршивец!

— А теперь идем в царство дивье!

Марьяна легко закинула меня на плечо и потащила в сторону портала.

Само царство располагалось под землей и более всего напоминало бункер. Мы с Марьяной долго шли по идеально ровным, белоснежным каменным коридорам. По стенам тут и там вились затейливые геометрические узоры золотого цвета.

Да уж, совсем не так я представляла себе замок Кощея. Но вся эта история заставила здорово пересмотреть свое отношение к сказкам. Попробуй почитай их после таких приключений. Да я от одной фразы «прилетели гуси-лебеди» теперь до конца жизни вздрагивать буду.

Тем временем мы дошли до какой-то двери, и Марьяна бесцеремонно пихнула меня внутрь. Помещение было небольшим, традиционно бело-золотым, без окон и с единственной дверью. Возле стены стояла узкая кровать, больше похожая на нары, на которой сидела плачущая Елена.

— Привет, — выдавила я из себя и уселась рядом.

— Лиля? — она вскинулась и вытерла слезы. — Ты как здесь? Почему так выглядишь?

— Ярослава помогла со сменой имиджа, — отмахнулась я. — А сюда Марьяна притащила. Хочет повлиять на нашу новую Хозяйку.

— Алеша — молодец, а вот мы со Славой сплоховали, — вздохнула она.

— Алеша? Да он забрал себе наши силы, а меня приказал домой отправить.

— А тебе там разве плохо? Мы со Славой мечтали отслужить положенные пятнадцать лет и уйти на пенсию, переехать к вам. Только кто бы нас отпустил: боярин и Хозяйка дорог…

Было ли мне плохо дома? Конечно, мою жизнь нельзя назвать идеальной, одна квартплата и кредит за машину чего стоят, но и не настолько все было беспросветно, чтобы мечтать переехать на ПМЖ в Тридевятое царство. Здесь же под каждым листком сидит злобный фольклорный элемент, мечтающий сожрать беззащитную Лилечку. И даже на Заставе, в окружении толпы бравых молодчиков, нельзя быть уверенной в своей безопасности.

Да и что делать на этой Заставе? Книги читать? Вышивать? Тренировать свои Змеиные навыки? А в остальное время чем заниматься? Дома у меня любимая работа, с осени еще начнется подработка в детском развивающем центре, кроме того, у нас есть спортзалы, кинотеатры, клубы, кафе, разные выставки… В конце концов, там живут мои родители и Светка, к которым я могу съездить в любой удобный момент, а не собирать кипу бумаг или ждать милостей от Алеши.

Елена снова всхлипнула, и я приобняла ее за плечи:

— Не горюй, вы с Волковым сделали все, что могли.

— Но этого не хватило. И Славы здесь больше нет: его еще пару часов назад продали. Скоро и мой черед настанет. Диви люди без надобности, зато золото всегда пригождается.

Получается, если Алеша не придет, то и меня продадут? Куда? Я… я еще не готова к рабству! И с каждой минутой все сильнее и сильнее хочу домой.

Дверь бесшумно отворилась, и в нее чинно зашел уже знакомый мне Кощей в своем человеческом обличье. Он держал в руках поднос с нарезанными фруктами.

— Приветствую! Принес угощения для налаживания диалога.

— Что-то нет желания с тобой болтать, — я демонстративно отвернулась от Кощея, но тот нахально уселся рядом. Вот же… еще один Алеша!

— Мое обращение после операции показалось тебе неправильным?

— Мне сама ситуация показалась неправильной. Но Ярослава за нее уже поплатилась, только ты остался.