Звезда Востока - Анна Бахтиярова

— Вылейте в сосуд, — Эмилио протянул склянку с кровью, собранной у отсутствующих участников ордена. — Надеюсь, это поможет.

Я сомневалась. Но попробовать стоило.

До берлоги мы добрались без проблем. Сложности начались во время обряда. Трое защитников и близко не одно и то же, что восемь или семь. Я, как и раньше, видела строящийся замок. Но не четко. Картинка рябила, тряслась, а иногда и вовсе переворачивалась верх ногами. А, может, причина крылась не в ней, а во мне? Дух забирал многовато энергии, и сознание, унесшееся на столетия в прошлое, не справлялось? У меня не было тела, и все же я ощущала, как оно слабеет.

Догадка подтвердилась.

Очнувшись, мы еще час провели в тайном убежище. Сидели за столом, почти не разговаривая. Силы ушли. Напиток, который обычно использовали для восстановления, помогал плохо. Пришлось ждать. Пусть «лечит» время. Нам повезло. Его хватило, чтобы прийти в себя и унести ноги до восьми вечера. Шли медленно, понимая, что спешка сегодня наш враг. И думали о завтрашнем дне.

— Не уверена, что выдержу, — озвучила общие тревоги Милли.

— Попрошу брата, пусть придумают с леди Дитрих новую подпитку для нас, — отозвался Элиас.

— А если это не поможет? Вдруг мы не очнемся вовремя и застрянем в берлоге? — проговорила я. — В отличие от тебя, нас хватятся.

— Давайте не нагнетать заранее, — отрезал младший герцог. — Если тени победят духа, будет неважно, кого не досчитаются в секторах после обряда.

Меня слова Элиаса не успокоили. Ему легко говорить. За спиной влиятельная семья. А мы — полуцветы. И если у меня есть мать, то Милли одна на свете.

Сдав «господина» на попечение старшего брата, мы, наконец, добрались до сектора. Я поднялась наверх и свалилась в кровать с намерением не подниматься до утра. Обойдусь без ужина. Сама мысль, что через полчаса придется спускаться в столовую для трапезы, вызывала желание послать всё и всех непроходимой топью. Увы, мой сон не входил в планы соседки. Агния объявилась, извергая недовольство направо и налево.

— Ненавижу Дитрих!

— За что? — спросила я хмуро, борясь с желанием запустить в огневичку подушку.

Ее вечер точно прошел легче моего. Но я-то молчу.

— Потому что стерва! Наказала нас с Шемом! Будем работать у мэтра Шаадея! Неделю!

Мой уставший разум включился.

— Вас с Шемом? С какой стати?

— Вот и я спрашиваю: с какой?! — Агния плюхнулась на постель. — Строит из себя герцогиню. Это Брайс Райзен виноват, а не мы!

Я села, готовясь слушать. Что бы ни приключилось с друзьями и нахальным мальчишкой из ордена, это заслуживало внимания.

— Мы с Шемом возвращались из библиотеки, а тут этот нарисовался и…

Ссору, по словам Агнии, спровоцировал Брайс. Цеплялся к обоим полуцветам, обзывал и унижал. Огневичка держалась, так как дала обещание бабушке не вредить будущему сводному братцу. Но тот не унимался. Толкнул ее на пол. Агния взбесилась и выпустила из ладоней огни. Не в Брайса. Поверх его головы.

Я сначала не поверила, что во всем виноват мальчишка. Но развязка ссоры заставила изменить мнение.

— В этот самый момент появилась Дитрих. Теперь мы с Шемом наказаны, а Брайс и на словах нагоняя не получил. Где справедливость, а?

Я не знала, как утешить Агнию. Тем более, наказание друзья получили из-за меня. Наверняка, «ссору» организовала сама Дитрих, чтобы вывести Агнию с Шемом из игры на ближайшие вечера. Потроша жаб в кабинете Шаадея, они не заметят моего отсутствия в секторе. Оставался Лиан. Но от него проще отделаться. Ох, наверняка, Брайс получил массу удовольствия, выполняя «поручение» Дитрих!

— Справедливости нет, — проворчала я, вытягиваясь на кровати. — А Дитрих — это Дитрих.

— В следующий раз огненный шар полетит ей в голову, — пообещала Агния и плотоядно улыбнулась.

Я знала, это пустая угроза. Но мечтать-то никто не запрещает. Пусть подруга рисует в уме сцены расправы. Это приносит удовлетворение. И облегчение.

****

Мэтры придумали, как нам троим пережить обрядную неделю. Дитрих снабдила меня особенной микстурой, оставив после урока под выдуманным предлогом.

— Это запрещенное средство, — объяснила она. — Попадешься с ним, выставят из колледжа взашей. В прежние годы ученики нередко использовали микстуру во время экзаменов. Помогает лучше соображать, запоминать пласты информации и ощущать способность свернуть горы. В твоем нынешнем состоянии с запоминанием вряд ли поможет, но сил предаст несомненно. Пейте с Милли по глотку утром и вечером. Только, умоляю, будь осторожны. Ваше изгнание нас точно погубит.

Микстура не подвела. До способности сворачивать горы нам было далеко. Но день за днем мы выдерживали обряды и без приключений покидали берлогу. Правда, само перемещение в прошлое давалось тяжко. Четкость в картинке всё еще отсутствовала. Замок напоминал призрака, мерцал и дергался, словно исполнял зловещий танец. Я каждый раз оставалась на месте. Не путешествовала по колледжу и не рвалась полетать над морем. Просто ждала возвращения в настоящее, напоминая себе, что болезненные ощущения не вечны и однажды непременно закончатся.

В шестой вечер я поднялась после обряда первая. Элиас и Милли посмотрели с завистью. Оба навалились на стол и повторять мой подвиг не торопились.

— Не упади, — с трудом выдавил младший герцог.

— Не упаду, — пообещала я почти весело.

На удивленье, я чувствовала себя бодро. Словно подпитывала некая сила помимо микстуры Дитрих. Пуститься в пляс бы не рискнула, но прогуляться по берлоге запросто. Вокруг стола, вдоль заставленных книгами шкафов. Взгляд магнитом притянула одна из полок. Будто кто-то диктовал, куда смотреть.

— Непопулярные легенды, — прошептала я, прочитав название книги.

Вот, пропасть! Неужели?!

Вдруг меня, и правда, подвели к томику, годами лежавшему в библиотеке без дела. Вдруг настало время для нового откровения? Пальцы дрожали, пока я перелистывала страницы в поисках третьего зашифрованного послания. Но не навредили книге. Открыв нужный разворот, я ахнула. Так и есть! Непопулярные легенды приоткрывали завесу тайны.

«Дорогой друг, настало время для новой встречи. Ты, наверняка, слышал о странной и зловещей легенде, сопровождающей орден полной луны. Считается, что придет день, и один из защитников навредит или даже погубит директора Гвендарлин. Какого именно, никто не знает. Но каждый из них с тех пор опасается за свою безопасность и пытается установить личности членов ордена.

Это пророчество правдиво. Только никто из директоров колледжа не слышал, как оно звучит полностью. Главе Гвендарлин, действительно, грозит беда, но придет она с неожиданной стороны. Участник ордена полной луны навредит не со зла или в попытке защитится. К трагедии приведут поступки самого директора. Он сам себя погубит, охотясь на орден…»