Когда наступит вчера - Владимир Свержин

– Он что же – волшебный? Или так– дорогостоящий антиквариат? – поинтересовался я.

– Вероятно, какая-то магия в нем присутствует, – с легким сомнением произнесла фея. – Но чтобы доподлинно о том узнать, надо попасть в сокровищницу. Там должен храниться свиток, в котором Хведон самолично обо всех тайных субурбанских закавыках подробно, честь по чести излагает. Но иначе, как с перстнем и ключом, туда не войти! Причем ежели полканы фальшь учуют, не сносить злому ворогу головы. Растерзают прежде, чем обмыслят, кто да что.

– Н-да, – протянул я, – занятная история. Символы государственной власти расползаются по частным коллекциям. Интересно узнать, откуда у Юшки перстень взялся? Ключик-то королевский наушник мог и после исчезновения Барсиада из тайника отвернуть. А колечка, выходит, там уже не было! Но тогда странные вещи получаются: Ян Кукуевич наверняка знает порядок посещения сокровищницы, стало быть, ему перстень Хведона нужен целым и невредимым. Зачем же тогда теракт устраивать?! Не отоварил бы Вадик главу по голове – нашли бы каана на окрестных елках мелкими порциями. Где потом утерянные ценности искать?

– Так, может, это демонята?

– Ну, об этих вообще ничего не известно. Разве только, что они есть. Можно предположить, что тот, кто устроил взрыв, либо не собирается проникать в сокровищницу, либо знает какие-то иные способы войти туда.

– Как же не собирается? – возмутилась фея. – Там и казна государева, и корона, и печать!

– Казна это да, серьезно. А корону и печать, при случае, заново сделать можно, как говорится, лучше прежних.

Вавила Несусветович удивленно открыл рот, собираясь разразиться возмущенной речью в защиту государственных регалий, однако фея его опередила:

– Никому о том более не сказывай! Ежели всякий, кому в голову взбредет, короны делать станет, то святости в них будет не более, чем в бараньей шапке. Хоть всю ее каменьями самоцветными изукрась, а ни на что больше, как пустую башку украшать, она годна не будет.

– А что еще нужно? – удивился я.

– Ох, Виктор, Виктор! Боярин ты мой лапотный!

– Кроссовочный, – поправил я.

– Ну, будь по-твоему, – кивнула Делли. – Нешто тебе невдомек, что явление регалий королевских есть великое таинство. Субурбанские корона, скипетр, держава и печать из древнейших будут. В незапамятные времена их в катакомбах нашли, что под Елдинским Храмом Премудрости Нычкиной на многие версты под землею тянутся. Оттого-то они и святы.

– Ладно, – согласился я, – как скажете, вам виднее. Но в таком случае узурпаторам одна дорога – в сокровищницу.

– Это уж точно, – подтвердил урядник Нежданных Дел. – Иначе никак нельзя! Без печати-то ни указ не издашь, ни на Алатырь не поплывешь.

– Да ты-то почем знаешь, с чем на Алатырь плавают? – усмехнулся я.

– Так, ясное дело, знаю! – Толмач пожал плечами. – В прежние времена, еще до того, как в стражники к Юшке подался, я в королевской гвардии служил. Так оттуда, что ни год, самых проворных да лихих отряжали орехи к морю отвозить. И мне, – он широко расправил плечи, не без гордости вспоминая былые деньки, – тоже доводилось ездить!

– Что ж ты раньше-то не говорил? – возмутился я.

– Ну, так ведь и спроса не было. – Мой умудренный службой собеседник удивленно вскилул брови. – А как же ж без спросу вперед старшего лезть?!

– А инициативу проявить? – вздохнул я.

– На то приказу не было, – не задумываясь, отчеканил исправный служака.

– Считай, что уже есть. – Я усмехнулся, меняя гнев на милость. – Впредь проявляй. А сейчас расскажи, будь добр, что ты еще знаешь о ключе, перстне, орехах и тому подобных секретных делах?

– Да кому ж о сем толком ведомо! – замялся урядник. – Разве только самому королю из Хведонова Свитка. Я как-то пару раз к морю с орехами ездил, а вдругорядь тоже к морю, но в иное место, за смарагдами и золотом. Тогда Юшка-каан как раз казначеем был. Он у нас сокровища по весу принимал. Я тогда еще подивился, сколько мы из Елдина орехов вывезли – столько же обратно злата да каменьев привезли. Спросил о том у каана, а он мне в ответ: «Неча, мол, в государевы дела нос совать!» И больно так по носу щелкнул, аж перстнем кожу оцарапал! Ну да я не в обиде! Может, не спроси я его, он бы меня и не приметил. А так, срок службы моей вышел, и я уж было решил домой ворочаться, да тут Юшка меня к себе в стражу взял. Затем уж с вами повстречался. Вот и выходит, кабы не кольцо да не подранный нос – не быть бы мне сейчас урядником!

– Да, забавно, – согласился я, вспоминая оставшегося в бесчувственном состоянии каана. – Лихой карьерный взлет! Не было б у каана перстней на пальце, остался бы с носом и без места.

– А про остров тот байку старые люди сказывают…

– Погоди-погоди, – остановил я собеседника. – Байки потом. Ты хочешь сказать, что когда Юшка-каан щелкнул тебя по носу, у него на указательном пальце был перстень?

– Точно был, – подтвердил толмач. – Вот им-то он…

– Но ведь Юшка на мурлюкский манер перстней на указательном пальце не носит!

Неожиданный свидетель на минуту задумался.

– Кажись, не носит.

– А не то ли это Хведоново сокровище, о котором мы нынче толковали?

– Да кто ж его знает? – смутился бывалый вояка. – Мне его на перстах королевских видеть не доводилось, да и саму священную особу зрил токмо на параде издаля.

– Должно быть, оно, – вмешалась в наш разговор Делли. – Недосуг было Барсиаду всякий раз самому в сокровищницу спускаться. Вот он казначея доверием своим и облекал.

– Понятно, – усмехнулся я. – В таком случае, если вдруг окажется, что нынешний казначей был из Юшкиного клана, то я, кажется, знаю, откуда у него взялось заветное колечко!

– Зашибись! – подытожил результаты моего вдохновенного оперативно-следственного прозрения Вадим. – И че мы, в натуре, с этим знанием делать будем?

– Похищенная священная регалия – серьезная улика, – торопливо бросился объяснять я. – Казначей, отдавая перстень государю, а он наверняка должен был его вернуть, без риска для жизни мог подсунуть королю фальшивку лишь в случае, если несчастный венценосец не будет иметь возможности быстро вскрыть подлог. Но копию-то нужно было сделать заранее, а перстень, если судить по варварским вкусам древности, был отнюдь не маленький и, вероятно, особым изяществом не отличался. Такая себе увесистая гайка с кучей загогулин! Так что заговор получается долгоиграющий. Всё нужно было продумать, подготовить и своевременно исполнить. Непонятно только, почему ключ на стороне оказался?

– То и другое вместе может нести либо король, либо его наследник перед вступлением на трон. В прочих же случаях в сокровищницу спускается урядник казначейства и хранитель сокровищницы, – пояснила многоопытная в тонкостях государственного правления Делли. – А чтобы не дразнить гусей, казначей и хранитель испокон веку назначались из разных кланов. Коли первый с западного берега, второй – завсегда с восточного. И наоборот.