История Рунного посоха - Майкл Муркок

– Опиши ваш парус.

– Наш парус? Зачем?

– Было в нем что-нибудь необычное?

– Не припоминаю. Сам парус темно-синий. Больше ничего.

– Значит, ты купец? – уточнил Хоукмун.

– Да.

– И ты впервые на этом корабле?

– Да.

– Когда вы отчалили?

На лице Кориантума отразилось нетерпение.

– Вчера вечером, приятель. В день лошади, по керченскому исчислению.

– А по общему календарю?

Пленник наморщил лоб.

– Э… одиннадцатого числа третьего месяца.

– Три месяца назад, – подытожил Д’Аверк.

– Что? – Кориантум уставился на француза сквозь полумрак. – Три месяца? О чем ты?

– Вас чем-то опоили, – пояснил Хоукмун. – Опоили, а затем использовали, чтобы вы совершали ужасные преступления, неслыханные за всю историю пиратства. Ты знаешь что-нибудь о культе Безумного бога?

– Немного. Слышал, что это где-то в Укрании и что его адепты в последнее время странствуют по миру, забираясь даже в далекие моря.

– А ты знаешь, что сейчас на парусе вашего корабля символ Безумного бога? Что несколько часов назад ты ревел и хохотал в приступе кровожадного помешательства? Посмотри на свое тело… – Хоукмун наклонился, чтобы перерезать стягивающую пленника веревку. – Потрогай шею.

Кориантум из Керчи медленно поднялся, удивляясь своей наготе, медленно провел пальцами по шее, нащупал ошейник.

– Я… я ничего не понимаю. Это какой-то розыгрыш?

– Зловещий розыгрыш, и придуман он не нами, – сказал Оладан. – Вас опоили чем-то, а потом приказали убивать и забирать всю добычу, какая попадется. Несомненно, ваш так называемый капитан единственный знал, что происходит, и его-то уж точно нет сейчас на корабле. Ты ничего не помнишь? Какие-нибудь указания, куда вы направлялись?

– Ничего.

– Наверняка этот капитан собирался потом снова сесть на корабль и направить его в выбранный порт, – рассудил Д’Аверк. – Может, есть какой-нибудь корабль, который поддерживает постоянную связь между остальными, если они так же полны дураков, как и этот.

– Где-то на борту должен быть большой запас этого пойла, – предположил Оладан. – Они наверняка глотали его регулярно. Если бы мы не связали этого типа, он мог бы снова его хлебнуть.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Хоукмун купца.

– Слабость во всем теле, из меня как будто утекла вся жизнь и все чувства.

– Неудивительно, – хмыкнул Оладан. – Наверняка этот наркотик в конце концов убивает. Какой чудовищный план! Взять ни в чем не повинных людей, одурманить их, превратив в безумцев, использовать их, заставляя убивать и грабить, а потом просто забирать трофеи. Никогда еще о таком не слышал. Я-то думал, что Безумному богу поклоняются настоящие сумасшедшие. Но за всем этим стоит холодный расчет.

– Во всяком случае, на море, – уточнил Хоукмун. – Однако мне бы очень хотелось найти того, кто в ответе за все это. Только он может знать, где сейчас Иссельда.

– Во-первых, предлагаю спустить парус, – перешел к насущным вопросам Д’Аверк. – Мы понемногу дрейфуем к гавани. И если там увидят такой парус, прием нам окажут не самый теплый. Кроме того, можно извлечь пользу из этих сокровищ. Народ, мы же теперь богачи!

– Ты все еще мой пленник, – напомнил ему Хоукмун. – Но это правда, можно потратить часть сокровищ на себя, ведь те несчастные, которым они принадлежали, мертвы. Остальное отдать на сохранение какому-нибудь честному человеку, чтобы затем помочь семьям всех, кто пал от рук безумных моряков.

– И что потом? – спросил Оладан.

– Потом мы снова поднимем парус и подождем, пока корабль не отыщет хозяин.

– Откуда нам знать, появится ли он? Вдруг он узнает о нашем приходе в Симферополь.

Хоукмун мрачно усмехнулся.

– Тогда он, без сомнения, захочет нас найти.