Жнец - Павел Корнев

— Все так и есть, но по нашей информации посол был Высшим.

— И теперь вы ведь боитесь, что он объявится в Марне в самый неподходящий момент? — уселся я на подоконник. — Так?

— Именно, — кивнул Яциус. — Мне не нравится, что один из Высших выпал из моего поля зрения.

— Да уж, приятного мало, — вздохнул граф. — Что еще нового?

— Осада Данкура так и продолжается, Драгарн, пользуясь превосходством на море, начал наступление и вышел к Нильмаре, ну и мы тут… Ах да, появились новые известия о беспорядках на оккупированных территориях Пакта!

— Так это не ваши люди громят храмы Единения? — удивился Рауль. — Я думал…

— Нет, — покачал головой Яциус, — тайная служба не имеет к этому никакого отношения. Это дело рук воинствующих ортодоксов.

— Надо бы наладить с ними контакт, не находите? Подкинуть золота, направить энергию в нужное русло…

— Об этом я и хотел с вами поговорить, — поднялся на ноги Кларь. — Одни только сведения о переброске войск между Пактом, Норвеймом и Довласом окупят все понесенные расходы.

— И чего вы от меня хотите?

— Ваш ординарец, он ведь из Вельма? Отдайте его нам.

— У вас что, там своих людей нет?

— За последние месяцы ищейки графа Нейла очень сильно проредили нашу агентурную сеть. А Вадер — местный уроженец, его возвращение в родные края ни у кого не вызовет подозрений.

— Хорошо, забирайте.

— Прямо сейчас?

— Бес с вами, забирайте прямо сейчас! — рассмеялся граф. — Но за вами должок.

— Вне всякого сомнения. Всего доброго, — поспешил распрощаться с нами Яциус Кларь.

— Вот ведь жук, — только и покачал головой Рауль, когда мы остались вдвоем, — на ходу подметки рвет!

— Не иначе припекло. Не жалко парня-то отдавать?

— Яциус насчет него командующему все уши уже прожужжал, — вздохнул Луринга. — А тот — мне. Ладно, им нужнее. Да и в должниках такого человека иметь лишним не будет.

— На него где сядешь, там и слезешь, — засомневался я.

— Поживем — увидим…

— Все, принимайте работу, — звеня серебряными колокольчиками, выглянул из моей комнаты один из экзорцистов. Приподняв шляпу, он вытер вспотевший лоб и отступил в сторону, освобождая дорогу.

— Так, не понял! — Я уставился на храпевшего на кровати лучника. В комнате витал густой дух перегара, и провалиться мне в преисподнюю, если это не полынной настойкой попахивает, — Вы зачем человека споили?

— Чтоб не нервничал и не дергался, — сухо рассмеялся слепец, — И он был вовсе не против.

— Кто бы сомневался! — усмехнулся я и принялся рассматривать переползавшие с кистей на предплечья лучника разноцветные татуировки. Пентакли, кресты, обвивающие жилистые запястья цитаты из священных книг и какие-то совсем уж непонятные символы. И на левой стороне груди еще полсотни раскиданных якобы в беспорядке букв внутри наложенных друг на друга треугольников. Вроде все. Хорошо хоть на лице ничего нет.

— Этого будет достаточно? — уточнил Рауль.

— Тьма не коснется души вашего человека, — уверенно заявил слепец. — Если он не впустит ее добровольно.

— Те наконечники, что за проклятие в них заключено? — Решив воспользоваться ситуацией, поинтересовался я.

— Зачем спрашивать о том, что самому известно наверняка? — поднялся со стула слепой экзорцист, — Это ведь вы впустили в мир несущее отпечаток Извечной Тьмы оружие?

— Не впустили в мир, а привезли в Стильг, — поправил я собеседника. — Это все же разные вещи.

— И скверну в свою душу вы тоже не впускали? — Мастер-татуировщик вслепую нашарил мою руку. — Так получилось?

— Иногда обстоятельства оказываются сильнее нас. — Вырывать ладонь из цепких пальцев слепца я не стал.

— Смутные времена настают, смутные и страшные, — покачал головой экзорцист. — Вы хоть представляете, насколько опасно давать приют бесам? Опасно не только для вас, но и для окружающих.

— Обстоятельства, господин экзорцист, обстоятельства…

— Если бесы вырвутся на волю, даже Святые будут не в силах вам помочь.

— Значит, такова цена, которую мне придется заплатить.

И что понадобилось от меня этому зануде? Чего он только прицепился? И подручные его уставились, будто никак решить не могут — то ли обряд экзорцизма прямо сейчас проводить, то ли за дровами для костра бежать. Кстати, как он вообще бесов учуял?

— Любая потеря самоконтроля может стоить вам жизни и бессмертия души…

— И что вы предлагаете? Уйти в монастырь? — наконец не выдержал я.

— Себастьян! — шикнул на меня Рауль, а вот слепец нисколько этой отповеди не обиделся.

— Боюсь, вас туда не возьмут, — улыбнулся он в ответ, — Но, знаете, если найдется пять минут свободного времени, возможно, я смогу подарить вам один дополнительный шанс.

— Раздеваться по пояс? — усмехнулся я, глядя, как Рауль безуспешно пытается растолкать вусмерть пьяного Эдварда, — И что насчет полынной настойки?

— Достаточно просто закатать рукав по локоть, — Экзорцист вернулся к стоявшему у окна столу. В комнате давно уже сгустился полумрак, но слепцу, разумеется, он помехой не был. — А полынной настойки, боюсь, у нас с собой больше нет…

— О, Святые! — Оставив в покое лучника, граф вышел из комнаты.

Один из подручных татуировщика принялся разжигать спиртовку, второй достал из саквояжа баночку с черной краской. На меня эти двое посматривали с нескрываемым подозрением.

— Что вы собираетесь делать?

Я кинул куртку на кровать и принялся закатывать рукав рубахи. Один дополнительный шанс — это вовсе не так мало, как может показаться на первый взгляд. В нашем ремесле он ценится на вес золота.

— О, ничего особенного. — Экзорцист сунул наконечник иглы в пламя горелки. — Нанесу несколько священных символов и коротенькую молитву.

— И этого будет достаточно? — усомнился я и стиснул зубы от боли, когда горячая даже после баночки с краской игла проколола кожу.

— Если бес возьмет верх и завладеет вашим телом, его сущность окажется развеяна. Только и всего.

— А что будет с остатками его силы? — после нескольких уколов предплечье загорелось огнем, и я попросил стоявшего у двери экзорциста: — Под кроватью мешок, сразу сверху лежит фляжка. Будьте добры, передайте ее мне…

— Вы хотите сказать: с остатком скверны? — поправил меня слепец.

— Угу, — Невыносимо-горькая настойка обожгла горло, но зато сразу перестала болеть рука. — Именно это я и хотел сказать.

— Скверна достанется вам, и уж как вы с ней поступите…

— Но если я буду, допустим, без сознания, то никак не смогу с ней поступить! А вам ведь известно, что обычно случается с переполненной скверной душой?