Жнец - Павел Корнев

— Нам куда? — вслед за Раулем выбрался я из кареты.

— Пошли, — потянул он меня за собой.

К графу незамедлительно присоединилось четверо марнийских офицеров, а потому никому из караульных и в голову не пришло воспрепятствовать нам войти в башню и по винтовой лестнице подняться на стену.

— Сюда! — пригласил нас в рондель один из сопровождающих.

Переводя сбившееся дыхание, я осторожно выглянул из-за зубца и, разглядев в темноте белые пятна уже расправленных знамен еретиков, обернулся:

— Эдвард!

— Ну?

— Как тебе позиция?

— Нормально, — безразлично пожал плечами лучник, казалось, больше занятый разглядыванием установленной неподалеку катапульты. Крепкие парни крутили ворот, рядом замер сержант, с трудом удерживающий в руках увесистый глиняный сосуд с горючей жидкостью.

— Точно?

Дугой выступающий в ров рондель позволял обстреливать даже подобравшихся вплотную к крепостной стене солдат противника, и лучше места нам было не отыскать. Но это на мой дилетантский взгляд.

— Да, — буркнул Эдвард, расчехлил лук и принялся натягивать тетиву.

Я вновь слегка перегнулся через парапет, глянул на темную воду рва и тут же попятился назад. В голове мелькнула мысль о прыжке вниз головой, и стало как-то не по себе. Нервы. Это все клятые нервы.

— Рауль, — тихонько поинтересовался я у графа, — а с чего вы вообще решили, что Высший появится именно здесь? Вот залезли мы на стену, ждем, а ну как он на другом конце города штурм возглавит? Или они с двух сторон одновременно попрут?

— Не волнуйся, — загадочно улыбнулся Луринга. — Место выбрано не просто так.

— Ну, вам видней, — пожал я плечами. — Только не верится мне, что еретики на стены полезут вот так сразу, даже ров не засыпав. Да и осадные башни собрать время надо. И катапульты наверняка не привезли…

Со стороны выстраивавшегося перед городом войска Ланса послышался вой сигнальных рожков, и занявшие позиции на крепостных стенах стрелки принялись вполголоса молиться. Находившиеся в резерве латники залязгали доспехами и оружием; невольно поддавшись всеобщей настороженности, я снял шляпу и надел прихваченный с собой шлем. Натянувший тетиву на лук Эдвард презрительно покосился в мою сторону, но ничего говорить не стал. Сам-то даже кольчугу в особняке оставил. Не от большого ума это лихачество, ну да Святые с ним.

— Не нравится мне этот ветер. — Рауль придержал едва не слетевшую с головы шляпу.

— А уж мне как не нравится! — принялся разминать кисти Эдвард Рох, — В самое лицо ведь дует!

— Неспроста это, — поежился кто-то из марнийцев.

А ветер и в самом деле будто обезумел, он все усиливался и усиливался, беспрестанно гнал на город клубы пыли и заставлял стрелков прятаться от его порывов за зубцами крепостной стены.

— Сильно мешает? — уточнил я у Эдварда.

— А сам как думаешь? — прикрыв ладонью глаза от пыли, поморщился Рох. — Еще как мешает!

— Плохо, — вздохнул я и нахмурился, когда к нам присоединились несколько настороженно озиравшихся по сторонам высоких парней, под длинными плащами которых звякали доспехи.

Присоединиться к нам их заставило вовсе не простое любопытство: убедившись, что здесь все в порядке, один из здоровяков скрылся в башне, а несколько минут спустя вернулся обратно в сопровождении важного господина, который был мне определенно знаком.

Чтоб вас всех!

— Он что здесь делает? — прошипел я на ухо Раулю.

— Я его сам пригласил, — невозмутимо ответил граф. — Зато теперь нет никаких сомнений, что Высший ударит именно по нам.

— Вся секретность псу под хвост, — горестно закатил я глаза, — Если переживем сегодняшний день, подыщите нам новое обиталище. Хорошо?

Граф ничего не ответил и поклонился темноволосому мужчине.

— Господа, все идет по плану? — поинтересовался тот.

— Разумеется, ваше величество, — улыбнулся граф. — Теперь все зависит только от еретиков.

— Будем надеяться, они не заставят нас ждать, — пошутил марнийский монарх и вдруг, склонив голову набок, уставился на меня: — Мы случайно с вами не встречались раньше?

— Не имел чести, ваше величество. — Сохранить невозмутимость удалось с превеликим трудом. Вот ведь остроглазый! Когда только рассмотреть успел? Два года минуло уже…

— Значит, показалось… — Его величество отошел к башне, Луринга последовал за ним.

Я с облегчением выдохнул и толкнул в плечо пристально уставившегося в темноту Эдварда:

— Видишь чего?

— Нужен свет. — Рох потер глаза и обернулся к командовавшему лучниками лейтенанту: — Свет! Вы слышали?

— Исполняйте, — скомандовал офицер, и солдаты взялись за стрелы с обмотанными просмоленной паклей наконечниками. Стук кресал о кремень, яркие всполохи искр, скрип луков, щелчки тетивы — и вот уже во мрак ночи понеслись разгоравшиеся в полете огни.

— Да нет, не видать никого, — покачал головой Эдвард, и тут легонько вздрогнула крепостная стена.

В нескольких местах по кладке побежали тоненькие трещины, а миг спустя над полем начал подниматься непроницаемый полог густого тумана. Почудилось, будто на нас надвигается стена сгустившегося воздуха, еще чуть-чуть, и меня поднимет в воздух неведомая сила. Поднимет, чтобы со всего размаху швырнуть вниз на замощенную брусчаткой площадь. Тут же послышался чей-то истошный крик, а мгновение спустя донесся глухой стук.

Звук упавшего со стены на мостовую тела? Так и есть. Вот тебе и наваждение.

Тотчас в городе зазвенели колокола, к распевавшимся монахам присоединился целый хор голосов, и морок сгинул. Морок сгинул, а стена так и продолжила трястись.

Я изо всех сил вцепился пальцами в шершавый камень, и тут раздался неприятный хлюпающий звук, а ров на протяжении полусотни шагов в обе стороны от надвратной башни оказался засыпан землей, сдвинутой к городу чей-то чудовищной волей.

Едва не повалившись с ног от сотрясшего стену толчка, я зажал платком начавший кровить нос, осторожно выглянул из-за зубца и моментально спрятался обратно: под покровом тумана подобравшиеся к засыпанному рву лучники еретиков открыли стрельбу по горожанам.

— Не спать, сукины дети! — рявкнул лейтенант, и тут ему в затылок угодила одна из перелетевших крепостную стену стрел. Шлем выдержал удар, но офицер моментально бухнулся на колени и замотал головой.

Лучники принялись обстреливать показавшегося из тумана врага, с глухим стуком сработало сразу несколько катапульт, и в темноту унеслись заполненные горючей смесью снаряды. Полыхнуло пламя, и миг спустя по полю прокатился многоголосый вопль боли. Но еретики не отступили-в защитников города продолжали лететь стрелы, из ночного мрака один за другим появлялись тащившие лестницы и веревки с крюками пехотинцы. Солдаты оскальзывались на сырой земле, падали пораженные арбалетными болтами и сброшенными со стен булыжниками и бревнами, но продолжали рваться вперед…