Хранитель равновесия. Темные игры - Дана Арнаутова

– Что я у Раэна вместо постельной грелки? – холодно уточнил Фарис. – И что же это за люди, хотелось бы знать? И вы тоже так думали? Про меня?

«А ведь думали, – понял он с пронзительной ясностью, глядя на смущенно отводящих глаза родичей. – Решили, что чужестранец нашел себе новую игрушку взамен Камаля, потому и от столба отвязал. И… смирились? Похоже на то. Просто выкинули меня из своей жизни, забыли, будто и не было у них племянника. Ашара не человек, и всем наплевать, что с ним делает хозяин. А если бы меня Сейлем отвязал?! Неужели во всей долине нашлись только два человека, которые поверили в мою невиновность?! Раэн и… Камаль? И все?!»

Что-то внутри натянулось, как тетива, и вдруг порвалось, хлестнув острой обжигающей болью. Вот так вот… Он ведь любил и почитал своих старших родственников, доверял им, как и друзьям. Тем самым лихим парням, что не побоялись бы столкнуться с отрядом степняков и с восторгом шли за ним на любые проказы. А хотя бы разок прийти вечером в дом целителя и поговорить с бывшим другом, узнать, в самом ли деле он виноват, испугались. Но то хотя бы не родня, а вот его дядюшки да двоюродные братья… На мать и сестер он обижаться даже не думал: приличные женщины не имеют права даже выйти на улицу без сопровождения мужчины, а дом Раэна – последнее место, куда они могли попросить их проводить. Но вот эти самые мужчины!

– Что за люди, дядя Нафаль? – повторил он.

– Да какая разница? – увильнул травник. – Я про лекаря ничего худого сказать не хочу, но он здесь покрутится и уедет, а тебе жить. Худая слава век не ржавеет, как говорится.

– Да какая слава?! – с тихой пока еще злостью выдохнул Фарис. – Раэн меня спас, делил со мной кров и еду, лечил меня. Какая тварь осмелилась про нас такое сказать? Он мне старшим братом стал! И весь наш род, если еще не забыли, дядя, ему честью обязан. Кто доказал, что я не виновен?

– Ты, племянник, не кипятись, – прогудел, вступая в разговор, Фарид. – В то, что молодой ир-Кицхан болтает, никто из умных людей не поверит, а на дурней плевать…

– Так это Сейлем такое несет? – гневно перебил старейшину Фарис. – А он не рассказывает, как они с Касимом да Салихом подкараулили меня и пытались кнутом отходить? А потом избили так, что Раэну пришлось мне магией кости сращивать. Об этом он молчит? И как старейшина Самир домой к нам пришел требовать, чтобы целитель меня же за драку и наказал, а Раэн его отправил восвояси. Об этом он помалкивает?

– Вот оно что, – поморщился Фарид. – Ну, Сейлем, гаденыш! То-то Самир на меня волком смотрит…

– У обычных людей дерьмо извергается снизу, – процедил Фарис, – а у Сейлема изо рта. Из уважения к семье Саттах, которая не виновата в делах этого выродка, я не буду мстить Сейлему за тот случай. Но если он еще хоть словом оскорбит меня или целителя Раэна, позову ублюдка в круг, и пусть нас ножи рассудят.

– Еще чего не хватало, – посуровел глава семьи. – Из-за Самирова щенка семьи ссорить? И думать забудь. А что касается лекаря, так его, конечно, поблагодарить надо. В гости позвать, угостить, подарок достойный на память поднести. Это само собой! Ты не беспокойся, мы с Нафалем сами обо всем позаботимся, обижаться ему не придется.

– Подарок, значит? – Фарис хмуро посмотрел на него. Что-то поздновато родичи спохватились. Благодарность, конечно, не молоко, не прокиснет, но и тянуть с этим не следовало. Он бы на месте Раэна как раз обиделся, что род ир-Джейхан зовет его на объедки своего праздника, когда разве что глубокие старики да лежачие больные не поздравили их с оправданием. – А от меня вы что хотите, дядюшка Фарид? Вы ведь за этим пришли, вас россказни Сейлема не волнуют.

Старейшина с явным облегчением вздохнул.

– Ну, раз уж ты сам понимаешь… Не стоит тебе к нему больше ходить, Фар. Тут не в сплетнях, конечно, дело. А только простым людям лучше от чародеев подальше держаться, ты уж мне поверь. Кто его знает, что этому Раэну от тебя нужно?

– Он мой друг.

– Это тебе так кажется, племянник, – ласково возразил Фарид. – У колдунов друзей не бывает, а этот Раэн – чародей не из последних. Думаешь, он с тобой месяц в одном доме жил, так вы теперь побратимами стали? Вот увидишь, он отсюда уедет, о тебе и не вспомнит. И то еще хорошо, если не вспомнит. Слыхал я о волшебниках, которые себе молодость за чужой счет продлевали. Заманит он дуралея вроде тебя, да и выпьет из него жизнь. Больно уж личико у твоего лекаря юное да смазливое… Не по умениям…

– Дядя Фарид!

Слушая чушь, которую с серьезным видом нес глава рода, Фарис никак не мог понять, возмутиться ему или посмеяться. Раэн – темный джинн, крадущий чужую молодость?

Однако переубеждать дядюшку было бессмысленно. Если уж почтенный Фарид ир-Джейхан что-то вбил себе в голову, обратно этого и стенобитным тараном не выбьешь. Но он все же попытался в последний раз:

– Дядя, его ведь сам верховный предстоятель другом зовет. Неужели такой человек стал бы с черным магом знаться?

– Так предстоятелю уже лет, как нам с Нафалем вместе взятым, наверное, – возразил старейшина. – Мог и не рассмотреть, с кем дело имеет.

– Ладно, – притворно покорился Фарис. – Как скажете, дядя. Можно мне хотя бы сегодня сходить к нему попрощаться?

– Само собой, Фар. – Глава рода расплылся в довольной улыбке, видя похвальное послушание племянника. – Сходи, вреда от этого не будет. Вот и Нафаль с тобой пройдется, двум лекарям всегда найдется, о чем поговорить.

«Ага, – не мог мысленно не съязвить Фарис, – конечно, найдется. О черной магии, к примеру!» Так. Значит, родичи твердо решили не дать ему даже увидеться с Раэном наедине. И можно сколько угодно убеждать их, что пожелай Раэн забрать его жизнь или молодость, никто бы ему не помешал, когда Фарис, бесправный и всеми отвергнутый, жил в доме чародея. Пустое. Дядюшки уже все решили.

Можно не сомневаться, теперь у них найдется для него куча поручений, которые непременно нужно сделать поскорее. А потом страшно занятой дядя Нафаль все-таки выкроит немного времени, чтобы посетить уважаемого целителя. Пожалуй, и подарок с собой возьмет, чтобы два раза не ходить. И в гости позовет, но так, что Раэн после подобного приглашения носа к ним не сунет. В Нистале, где чужаки встречаются реже двухголовых телят, это еще как умеют.

И Фарис будет стоять за спиной дядюшки, не смея сказать лишнего слова о том, что касается только их двоих.

А как же таинственный стрелок, умеющий прыгать на два десятка шагов? Чародей останется с ним один на один? И не будет больше ежедневных уроков сабельного боя? И вечерних посиделок у очага с кофейником и кучей лепешек! И игры в нарды под неторопливые насмешливые рассказы о жизни в большом мире? И того, кто погубил нистальских парней, Раэн тоже будет искать в одиночку?! Ну-ну!

Вот интересно, догадаются ли почтенный Фарид с уважаемым Нафалем прицепить к нему кого-нибудь из сверстников, чтобы не дать улизнуть потихоньку? Или сами возьмут под опеку любимого младшего родича, уберегая от подозрительного чужака. Ну-ну!