Врагов выбирай сам - Наталья Игнатова

– Не рановато баб лапать?

А он и вправду смельчак, Золотой Витязь. Ирма знала мужчин, и знала, что далеко не у каждого достало бы наглости продолжать разговор, когда воздвигается рядом эдакая башня.

– Нет, – все так же спокойно ответил Артур, – уходи.

– Соплюх имей, пацан, – Зако смерил его взглядом, – а Ирму не замай, понял...

... Альберт успел.

Чудом успел взвиться из положения лежа и повиснуть у брата на руке. Всем телом повиснуть, всей своей невеликой тяжестью:

– Нельзя!

– Твою мать, – с сердцем высказался Артур, – тебя еще не хватало!

А от входа уже набежали Карнай с Варгом, и мечник тут же влез между Артуром и Зако, втолковывая доблестному хайдуку что-то про «вежливость» и «достоинство», а Варг взялся вместе с Ирмой собирать рассыпанные драгоценности. Ее замешательство прошло, сменившись раздражением. Низость какая, низость и бесстыдство. Ведь до драки могло дойти. До драки, а может, даже и до боя. До поединка.

Из-за нее. Как из-за простой селянки на осенних выбираньях!

– Ты совсем дурак? – сердито выговаривал брату Альберт. – Из-за какой-то, каких на дюжину двенадцать... А если б убил?

– Стоило бы.

– Не той головой думаешь, братец.

– Да не убил бы, – Артур поморщился с досадой, – а в зубы ему сунуть стоило.

– Зачем?

– Чтобы впредь не лез.

– Смирение, смирение и еще раз смирение, – с неподражаемыми интонациями произнес Альберт и потянул брата за руку. – Ну-ка садись, оглобля. Кто мне втолковывал, что христианину и рыцарю надлежит быть скромным, смиренным и милосердным?

– Ну, надлежит, – согласился Артур, – так для этого тоже условия нужны. Я ведь не святой пока что.

– Ага, – Альберт стал строгим. – Обещай мне, что больше его не тронешь.

– Я его еще и не трогал, – напомнил рыцарь.

– И не надо.

Артур молчал, разглядывая узоры прожилок в белом мраморе пола.

– Ну? – как можно более сурово произнес Альберт

– Не могу, – сокрушенно, но честно признался Артур, – обещать не могу.

– Ну обещай хотя бы постараться.

– Ладно.

– Вот, – удовлетворенно сказал маг, – так лучше. Не пойму только, как ты это делаешь?

– Что?

– Ну с Ирмой вот. Два слова сказал, два раза глянул, а она уже раздевается.

– Ты что, не спал?

– Ну, так... дремал. Я выспался, вставать просто лень было. А у Зако меч волшебный.

– Он уже не похож на Безымянного, – хмуро заметил Артур, – тело то же, а человек другой. Ты есть хочешь?

– Да.

Артур кивнул и поднялся на ноги.

– Ты куда? – тут же насторожился Альберт.

– Поесть тебе принесу.

– Нет уж. – Юный маг почесал нос, принюхался... и в дверной проем медленно, чуть неуверенно, вполз закопченный котелок. Над гладким мраморным полом он приподнялся примерно на ширину ладони и дальше полетел, а не пополз. Все так же медленно, чуть покачиваясь.

– О! – Альберт поднял палец. – Я выспался.

– Да уж.

Артуру доводилось видеть, как младший на кухне у профессора развлекался, ленясь готовить по-человечески. Тогда сам загорался огонь в очаге, и наполняла кастрюли вода, и стучали по доскам ножи, на ровные-ровные кусочки рубя мясо, овощи, зелень, и летали через всю кухню ложки и половники, и... и все это одновременно. Впрочем, учитывая, что после безмагии, отнимающей у братишки все силы, прошло всего несколько часов, даже левитация одного-единственного котенка была неплохим результатом.

– А знаешь, почему с Тори не сразу получилось? – спросил Альберт, принимая из рук Артура ложку. – Я в Развалинах жертву принял. – Он недоверчиво попробовал варево. – Хм, вкусно. Опять Варг готовил. Мне жертвы еще ни разу не приносили. Я даже не понял сначала. Ну и принял. Если бы понял, все равно, конечно... Интересно же. Из-за этого все и пошло наперекосяк. Вроде как... – Альберт облизал ложку и поднял на Артура ясные, черные глазищи, – вроде как нас с тобой в разные стороны потянуло.

– Угу, – кивнул рыцарь, – я знаю. Ты ешь, не болтай.

– Откуда?

– Флейтист рассказал. Порадовался, что я не от тебя об этом узнал.

– А-а, – протянул младший. И какое-то время ел молча. Потом не выдержал: – Я и не хотел рассказывать. Если бы не Тори... Я не думал, что так получится. Мертвую силу не всякий маг взять может. Тем более не всякий маг может кровавую жертву принять. Говорят, от этого мозги сгорают. В труху. А я смог.

– Зря.

– Вот потому и не хотел рассказывать. Ты бы ругаться стал. – Альберт махнул ложкой. – Я и вправду лучше всех. – Он отодвинул котелок и уселся, скрестив ноги, глядя куда-то мимо Артура. Потом встретился с ним глазами, вздохнул: – Все равно не верится. Головой знаю, что я лучший, а здесь, – показал куда-то в область не то сердца, не то желудка, – здесь не верю. У Зако меч волшебный, видел?

– Да. Ты говорил уже.

– Говорил. Просто Зако этот... ему меч такой ни к чему. Чего он на тебя взъелся? Не из-за Ирмы ведь.

– Какая разница?

– Пойдем в библиотеку. – Альберт встал, потянулся. – Варга надо позвать, ему интересно будет. Да! Ты зачем жемчужину отдал?

– Вспомнил! – ухмыльнулся Артур.

– Я и не забывал. Она же моя была. Я заработал, а ты...

– А я отдал. – Артур тоже поднялся на ноги. – Пойдем в библиотеку. Флейтист сказал, что отложил для тебя какие-то книжки.

Зако

Кто же знал, что так выйдет? А я-то... Сколько песен, сказок сколько. Братья – то, Братья – это! Герои... В Цитадель Павших, как к себе домой. Капища в предгорьях... были капища, и не стало капищ. Мертвяков – с сотнями Друидов – подчистую. Козлодуйское Лихо вместе с Козлодуем изничтожили.

И где они, герои? Эти вот? Детишки? Сопляки! Молоко на губах не обсохло, а туда же – подвиги совершать.

Не успели бы. Как ни поверни, а не успели бы. Столько сотворить, сколько рассказывают, это не на один десяток лет. Они столько еще и не прожили.

Велика ли доблесть змея золотого убить, ежели на него впятером? А Тори, хоть и в одиночку, едва всех не порвала.

Герои! Посмотреть не на что.

Чего бы братцам в Цитадель запросто не заглядывать, если хозяин здешний с ними накоротке? Он и змея прибить пособил. И оружейная его – берите, пользуйтесь. И барахла волшебного полные сундуки. Можно при таких делах героями быть. Да еще когда собственный маг хвост заносит.

Черт с ним, с маленьким, колдун он колдун и есть. Здесь пошептал, там кукиш скрутил – вот вам чудеса, громы и молнии, и денег груды, и все, чего хочешь. Он с магией своей горя не знает, ну так и с него спроса никакого. Какой с колдуна спрос? Но Артур-то этот, щенок, что он о себе мнит? Миротворец! Много бы он нагеройствовал без братовых чудес? Маленький все делает, а старший знай головы рубит. И всех делов. А разговоров-то, разговоров!