Влюблена по расчету - Алекса Вулф

— Мау! Мау мрмау мау.

— Ну не ругайся, — вздохнула береника. — И никакой ты не посыльный. Просто так будет быстрее.

— Мау, — ответил кот и испарился.

— Что за бальзам? — спросила я, испытывая смесь любопытства и сомнения. Не то, чтобы я не доверяла способностям Береники, но… своя рубаха так-то всегда ближе к телу.

— Экспериментальный, — ответила береника с грустью. — Пока мы не нашли способа вылечить заболевших. Но этот бальзам помогает организму, чтобы не заболеть. По крайней мере, пока мы с Луи держимся.

Береника развела руками.

— Но я не уверена, что это может стать окончательным решением в нашей ситуации. Просто я выиграла нам немного времени, чтобы найти тот единственный и реально работающий способ задавить эту чуму в зародыше.

Я кивнула. Шутки шутками, а ведь действительно, дело было слишком серьёзным, чтобы относиться к своему организму так беспечно, как я привыкла. Где была моя голова, когда я решила лететь за Ренаром в самое сердце таинственной лихорадки? Ох, дурная моя башка, верно говорил Корб.

Но теперь уже плакать поздно, надо было помогать другим, насколько это было в моих силах.

Когда мы с Ренаром выпили экспериментальный бальзам Береники, который нам с видом оскорблённой невинности принёс Альмонд, ведьма всё же ответила на вопрос Ренара.

— Если и существует способ остановить лихорадку, то он в книге. Я смогу ответить точнее только когда доберусь до неё.

— И мне это очень не нравится, — вступил в беседу Луи. — Я, как и Ренар, буду вынужден оставаться здесь, в то время как тебе придётся одной заниматься поиском спасения всего королевства.

— Ваша роль тоже важна, — накрыв руку мужа ладонью, сказала Береника. — Вы будете защищать город от ведьм. Видишь же, что они сотворили с Ренаром. Боюсь, после побега Силь и Ренара ведьмы начнут действовать более решительно.

— Я поеду с тобой! — вызвалась я и осеклась, напоровшись на хмурый взгляд Ренара. А что я, собственно, такого сказала? Если Ренар и Луи будут нужны здесь, на, можно сказать, передовой, то почему бы мне не помочь Беренике и не составить ей компанию? Тем более мне страсть как хотелось увидеть эту загадочную книгу, вокруг которой было столько тайн.

Решено, я еду в Старый Ондельф!

Ренар был против. Оставив Беренику и Луи готовиться к скорой разлуке, мы переместились в мою комнату и продолжили наши споры там. Мой муж искал разные аргументы, чтобы убедить меня остаться в Астольде, подле его сильного и надёжного крыла, но я была неумолима.

— Кто-то должен помочь Беренике, — в который раз убеждала я своего фиктивного супруга, который вдруг возомнил себя самым что ни на есть настоящим мужем. — И вообще, я вольная птица.

Зря я добавила последнее.

Ренар весь напрягся, словно собирался броситься на меня и съесть. Зуб даю, именно с таким выражением высокий лорд смотрел на меня, пока на его скулах играли желваки.

— Значит, вольная птица?

Я неуверенно кивнула. Отступать от своих слов не было в моих привычках.

— Хорошо, — внезапно согласился Ренар. И даже шаг назад сделал, словно моя близость внезапно стала ему в тягость. Это ещё что за шутки, лорд мой высокий? Где гром и молния, где искры и разряды магией?

Я даже не поняла, почему внезапное равнодушие Ренара меня вдруг задело. Ведь он дал мне, наконец, долгожданную свободу, не так ли? Так отчего на сердце так неприятно саднило? Словно кто-то искусно царапал по самому живому.

В таком непонятном настроении я и занялась сборами в дорогу. Ренар молча вышел из моей комнаты, даже не ввинтив последнюю шпильку. И от этого на душе стало ещё гаже.

А уже через несколько часов мы с Береникой сидели в экипаже, который спешно удалялся от Астольда. Времени на долгие прощания не было, на счету была каждая минута. Чем раньше мы окажемся возле книги и найдём способ остановить лихорадку, тем быстрее будем в безопасности. Все мы.

* * *

Старый Ондельф встретил нас грозой и сильным ливнем. Береника вздохнула, отодвинув шторку экипажа.

— Дом, милый дом, ты как всегда рад меня видеть.

— Не любишь сюда приезжать? — спросила я, выглядывая в окно. Мимо проносились низенькие домики с тёмной черепичной крышей, изредка попадались и занятые своими делами горожане, которые не обращали на наш экипаж никакого внимания. Будто столичные гости здесь не редкость.

— Тпру! — услышала я окрик кучера и приготовилась выходить на мощёнку.

— Погоди, — тронув меня за руку, сказала Береника. И, кивнув открывшему один глаз коту, сказала:

— Альмонд, радость моя, проверишь дом?

— Мау, — зевнув, лениво ответил кот. Вальяжно потянувшись так, как умеют только коты, он встряхнул рыжую шерсть и выпрыгнул на улицу прямо из окна.

— Я прослежу, чтобы всё было в порядке, — подал голос Корб и вылетел из экипажа следом за котом.

— Такое впечатление, что они постоянно соревнуются, кто лучше, — хмыкнула Береника, глядя на своего фамильяра, обнюхивающего порог дома, возле которого и остановился наш экипаж.

— Так это и есть твой дом?

— Дом, где я выросла, — поправила меня Береника. — Наш с Луи дом не здесь, а в столице.

— А почему тогда… — я хотела спросить о той самой книге, но Береника меня перебила.

— Потому что только здесь достаточно сильные охранные чары, наложенные не только моей матерью и бабушкой, но и всеми ведьмами моего рода.

— Ну, теперь ясно, — улыбнулась я. С такой защитой никто не совладает, это точно. Наверное, для этой книги не было более безопасного места, чем этот старинный двухэтажный особняк с белыми колоннами.

Альмонд мяукнул что-то и Береника распахнула дверь экипажа.

— Идём, всё чисто.

И, словно боясь не успеть, тут же каркнул Корб, наматывающий круги вокруг особняка:

— Я проверил, никаких ловушек или следящих маячков.

— Умничка, — похвалила я ворона по нашей связи и, вдохнув всей грудью непередаваемый запах дождя, ступила на мокрую мощёнку. Где-то у сердца приятно щекотало волнение, — совсем скоро я увижу этот загадочный фолиант, вокруг которого витало столько тайн!