Стрелок - Стивен Кинг

Человек в черном привел его для разговора к древнему местусвершения казней. Стрелок узнал его сразу: лобное место, голгофа — скопищеистлевающих костей. На них отовсюду таращились выбеленные черепа: буйволов,койотов, оленей, зайцев и ушастиков-путаников. Вот алебастровый ксилофон —скелетик курочки фазана, убитой во время кормежки; вот тонкие кости крота,убитого, может быть, ради забавы дикой собакой.

Голгофа. Чашеобразная впадина в пологом откосе горы. Ниже посклону стрелок разглядел деревья: карликовые ели и юкку — дерево Иисуса. Небонад головой — нежного голубого цвета. Такого неба стрелок не видел уже целыйгод. В воздухе веяло чем-то неописуемым, но говорящим о близости моря.

Вот я и на западе, Катберт, — удивленно подумал стрелок.Если это еще не Срединный мир, то все равно уже близко.

Человек в черном присел на бревно какого-то древнего дерева.Его сапоги побелели от пыли и костяной муки, усыпавшей это угрюмое место. Онснова надел капюшон, но теперь стрелку были видны его губы и квадратныйподбородок — в тени от капюшона.

Затененные губы искривились в усмешке.

— Собери дров, стрелок. По эту сторону гор климат мягкий, нона такой высоте холод может еще ткнуть ножом в пузо. Тем более что мы сейчас вовладениях смерти, а?

— Я убью тебя, — сказал стрелок.

— Нет, не убьешь. Не сможешь. Но зато можешь собрать дрова,дабы почтить память своего Исаака.

Стрелок не понял намека, но без единого слова пошел собиратьдрова, точно какой-нибудь поваренок на побегушках. Набрал он негусто. Бес-травана этой стороне не росла, а древнее дерево стало твердым как камень и уже небудет гореть. Наконец он вернулся с охапкой тоненьких бревнышек — или, вернее,толстых палочек, — весь в белой пыли от рассыпающихся костей, словно его хорошовываляли в муке. Солнце уже опустилось за верхушки самых высоких деревьев иналилось алым свечением. Солнце глядело на них с пагубным равнодушием.

— Замечательно, — вымолвил человек в черном. — Какой же тыисключительный человек! Редкий, я бы даже сказал, человек! Такой обстоятельный!Такой находчивый! Я перед тобой преклоняюсь. — Он хохотнул, и стрелок швырнулему под ноги охапку дров. Они с грохотом ударились о землю, подняв облакокостяной пыли.

Человек в черном даже не вздрогнул. С совершенноневозмутимым видом он принялся сооружать костер. Стрелок смотрел как зачарованныйна то, как дрова для костра складываются в очередную (на этот раз совсемсвежую) идеограмму. В конце концов костер стал похож на причудливую двойнуюдымовую трубу высотой фута два. Человек в черном поднял руку к небу, встряхнулею, откинув широкий рукав с тонкой красивой кисти, потом рывком опустил ее,выставив мизинец и указательный палец «рожками» в древнем знаке, оберегающем отдурного глаза. Сверкнула вспышка синего пламени. Костер загорелся.

— Спички у меня есть, — весело проговорил человек в черном,— но я подумал, тебе понравится что-нибудь колдовское, магическое. Хотелосьтебя позабавить, стрелок. А теперь мы с тобой приготовим себе обед.

Складки его плаща всколыхнулись, и на землю упала тушкажирного кролика, уже освежеванная и выпотрошенная.

Стрелок молча насадил тушку на вертел и пристроил его надогнем. В воздухе разнесся аппетитный запах. Солнце село. Лиловые тени жаднопротянулись к впадине на склоне горы, где человек в черном решил наконецвстретиться со стрелком. В животе у стрелка урчало от голода, но когда кроликпрожарился, он без слов протянул вертел человеку в черном, а сам запустил рукув свой изрядно похудевший рюкзак и достал последний кусок солонины. Мясо былосоленым, как слезы, и разъедало рот.