Мой Рагнарек - Макс Фрай

— Мы могли бы посадить его на кол. — Застенчиво предложил Дракула. Он тут же начал оглядываться по сторонам — в поисках подходящего материала, я полагаю!

— Не надо никого никуда сажать. — Вздохнул я. — Ничего не случилось, ребята. Просто мне стало паршиво. Но это пройдет. Можно сказать, уже прошло…

Я уселся на песок между Мухаммедом и притихшей Доротеей и заставил себя улыбнуться. Я прекрасно понимал, что не имел никакого права заявлять, что мне, дескать, паршиво, да и чувствовать себя паршиво я тоже не имел права.

Не та это была игра, из которой можно выйти после подробного ознакомления с правилами и составом участников! Так что по условиям контракта мне полагалось стиснуть зубы и вежливо сказать неведомому и непостижимому распорядителю: «да, сэр!» С горем пополам мне это удалось. Может быть, зубы я стискивал слишком старательно, улыбка вышла вымученная, а согласие с невидимым распорядителем прозвучало на редкость фальшиво, но, как и натужная шутка Анатоля, это было лучше, чем ничего. Гораздо лучше!

Через полчаса я дисциплинированно взгромоздился на спину своего верного дромадера, и мы отправились в путь. Синдбад неторопливо шагал строго на север — куда же еще?! А я не нашел ничего лучшего, чем мечтательно уставиться в одну точку и с нежностью вспоминать сияющие глаза Афины… вообще-то, это была не самая лучшая идея, но до меня такие вещи, как правило, доходят, когда уже ничего нельзя исправить!

Но по крайней мере, неуместные мысли о прекрасной греческой богине, счастливым образом не похожей на собственные скульптурные изображения, отвлекали меня от мучительных размышлений о многоликом кошмарном существе, которое покорно следовало за мной, ритмично дыша в такт моему собственному дыханию…

* * *

Судьба давно не баловала меня такими хорошими ночами, как эта: время праздных разговоров прошло, я снова был при деле и чувствовал себя безгранично сильным, как в старые добрые времена. В эту ночь все зависело от меня — и все было в моей власти! Я призвал к себе Слейпнира, и он примчался так быстро, словно все это время пасся в долине у подножия столовой горы в ожидании моего оклика. Мой старый бессмертный конь был счастлив, как жеребенок, поскольку здорово соскучился за нашими совместными полетами сквозь темноту: давненько я не баловал его своим вниманием! А потом мы сломя голову носились с амбы на амбу, и я не винил Слейпнира за то, что иногда он пренебрегал кратчайшим путем ради редкостной возможности хорошенько растрепать на ветру свою гриву и мою бороду, заодно… Невидимые даже для зорких глаз Олимпийцев, мы появлялись у их дверей, и я одним стремительным движением, от которого сладко ныло все тело, чертил руны-близнецы по имени Эйваз у входа в жилища Олимпийцев, щедро поил их своей кровью и горячим шепотом называл им почти непроизносимые имена наших непостижимых врагов. На рассвете я вернулся на амбу Афины. Я ожидал, что застану там нашего разговорчивого гостя, но его там не было. Это мне не понравилось.

— Он уже ушел? — Удивленно спросил я у Афины. Она сидела на пороге, задумчиво уставившись на светлую полоску неба на востоке.

— Ушел. — Эхом отозвалась она. — Знаешь, а ведь этот странный парень не подшутил над нами. Он назвал нам истинные имена наших врагов!

— Да я и сам уже перестал сомневаться. Не так уж трудно отличить правду от хитроумной лжи… А ты тоже сперва подумала, что наш гость решил подшутить над нами?

— А почему нет? Всякое бывает! — Неопределенно заметила Афина. — Тем не менее, он нас не разыграл, в чем мне уже пришлось убедиться. После его ухода я задремала, но меня разбудил грохот. Эта тварь с веретенами — как там ее? Ну да, Тласольтеотль! — снова решила нас навестить и нарвалась на твою руну. Да, Один, твой колдовской знак теперь отлично нас охраняет, надо отдать тебе должное!

Руна ее не убила, но причинила ей сильную боль — судя по тому, как выла эта «пожирательница грязи», убегая прочь! Я вышла, чтобы послать ей воздушный поцелуй на прощание, но ее уже и след простыл… А интересно, она действительно ест дерьмо, или наш гость просто решил нас насмешить?

— Ну, должен же кто-то есть дерьмо! — Усмехнулся я. — А почему этот парень так быстро ушел? Честно говоря, я надеялся, что он погостит у нас подольше… Я даже начал думать, что он захочет быть с нами до конца.

Признаюсь, я так и не понял, кто это был, но кажется, он мог бы стать сильным союзником — если уж ему ведомы вещи, спрятанные от нас под покровом тайны…

— Делать ему больше нечего! — Мрачно сказала Афина. — Присоединяться к обреченным на поражение… Я бы ни за что так не поступила, если бы у меня был хоть какой-то выбор!

— А кто тебе сказал, что мы обречены, Паллада? — Весело спросил я. В это утро мой дух был несокрушим. — Мало ли, что накаркала эта старая карга, Вельва! Мне как раз пришло в голову: возможно глумливый бродяга Лодур побывал у нее за день до меня и посулил ей больше серебра? Неплохая вышла шутка, признаю — и как раз в его духе…

Ну да, конечно, еще о нашей гибели говорится во множестве глупых старых сказок, которые по большей части придумали несведущие люди, чтобы пугать перед сном своих сопливых чад! Какой надежный источник информации о нашем будущем! Между прочим, люди только и делали, что ошибались — пока были живы… Так что мы еще попрыгаем!

— Я не верю тебе, Игг. Но мне нравится, что ты так говоришь. — Слабо улыбнулась она. — Наш ночной гость здорово поднял тебе настроение да?

— Да, отчасти это его заслуга. Сегодня ночью я впервые за долгое время занимался настоящим делом, и все шло как по маслу! Я даже не испытываю желания собирать своих валькирий и спрашивать у них, как прошла эта ночь на других амбах — я и без того уверен, что все в полном порядке… Несколько дней назад — как раз перед нашим путешествием к Аиду — я раскинул руны, чтобы спросить у них, как наказать чужаков, которые убивают моих союзников.

Руны обещали мне, что помощь прийдет со стороны, и я начал опасаться, что они меня обманывают — я был совершенно уверен, что нам неоткуда ждать помощи! И тут из темноты ночи появляется этот странный незнакомец — языкастый, как Лодур, но приветливый, как утренняя птица — выкладывает нам полный список имен наших врагов и исчезает невесть куда, так и не представившись… Или он все-таки рассказал тебе, кто он такой?

Афина отрицательно покачала головой.

— Ну да, этого следовало ожидать! Досадно: я так спешил взяться за дело, что даже не успел поблагодарить его должным образом…

— Не переживай, я не забыла сказать ему «спасибо». И потом, я совершенно уверена, что он еще заявится. Во всяком случае, он спрашивал, можно ли навестить нас снова. Я сказала, что можно. — Хмуро сообщила Афина.

— А что, разве он тебе не понравился? — Мне стало любопытно: неужели эти двое успели повздорить?

— Да нет, вполне понравился. — Так же хмуро возразила она.

— Чудной он, верно? Не похож ни на человека, ни на одного из нас. — Заметил я. И добавил:

— Не могу поверить, что ты не развязала его язык, и без того охочий до болтовни! — Да какое там, я был совершенно уверен, что наш гость, кем бы он ни был, не смог отвертеться от расспросов Афины, и теперь она решила оставить свои трофеи при себе — а старик Один пусть сам разбирается, что к чему! Такое за ней всегда водилось.