Никто и никогда - Элора Климова

— Наверное, вы поздно начали учиться? — предположила вторая, с чёрной косой до пят.

— Меня учит Эскора… — пробормотала Тоня. — Уже три месяца.

Теперь на лицах детей появилось совсем иное выражение. Девочки смотрели с какой-то ревнивой завистью и недоверием. Мальчик восхищенно хлопал большими глазами:

— Эскора Толари? Хранительница?!

— Я знаю! — воскликнула светловолосая девочка. — Это о вас шептались в профессорской наши наставники. Точно о вас! Они говорили, что сам Старший Маг Кейлора тайно привез в Атер великую волшебницу. Они сказали «великую, но неопытную». Разве великие волшебницы могут быть неопытными?

— Еще как могут, — заверила её Тоня, с неудовольствием подумав о том, что теперь всяк в Атерианоне знает их с Борей тайну. И как они тут борются с утечкой информации?

— Если вас и вправду учит сама Эскора Толари, — сказала черноволосая девочка, — она может вами гордиться. Ещё никто и никогда за всю историю Атера не получал звание адепта через три месяца обучения. Меня зовут Теония Денар, — она протянула Тоне руку.

— Антония… Энлин, — ответила на рукопожатие девушка.

Новая волна удивления прокатилась по детским личикам. Они опять начали переглядываться. Тоня заметила, что светловолосая ученица, которая тоже хотела представиться, теперь явно боялась это сделать.

— Скажите, — тихо спросила она. — Вы — внучка Сималии Бесстрашной?

— Ага, — просто кивнула Тоня. — Только, пожалуйста, не спрашивайте, где моя бабушка и откуда я здесь взялась. Это — большой секрет, за разглашение которого мне Эскора уши оторвет.

Дети засмеялись, и барьер между ними и волшебницей рухнул. Всем вдруг сразу захотелось познакомиться.

— Кселерона Ривен, — протянула руку вторая девочка. — Я учусь с Теонией в одной группе.

— Теодорик Лотер, — плохо выговаривая букву «р», представился малыш. — Я из младшей группы.

Неожиданно дверь, ведущая в зал, распахнулась, и в коридор важно прошествовали два кейлорских профессора. За ними шла Хранительница Архивов. Глаза Эскоры победоносно сияли. Она даже потирала руки от удовоствия.

— Поздравляю, девочка, — сказала она, широко улыбнувшись, юной волшебнице, — поздравляю с присуждением звания адепта второго ранга!

Тоня сдержанно улыбнулась. Она не сомневалась в успешном исходе экзаменов. Эскора отлично подготовила её.

— Поздравляю! — сказал один из профессоров и добавил, обращаясь к детям: — Пусть Кселерона Ривен заходит.

На лице светловолосой девочки отразился смертельный испуг, но она сразу же взяла себя в руки и храбро вошла в зал. Один из седобородых магов вручил Тоне свиток — свидетельство о присвоении звания адепта.

— Надеюсь увидеть вас на следующей аттестации, — улыбнулся он. — Вы очень порадовали меня. Давно не слышал таких блистательных ответов.

— Спасибо, профессор, — почтительно произнесла Тоня. — Я, в свою очередь, надеюсь и в дальнейшем оправдывать ваши ожидания.

После этого девушка попрощалась с магами, но не ушла к себе, решив дождаться результатов аттестации детей. Это удивило Эскору, однако она не стала возражать. Все-таки Антония проделала большую работу, можно дать ей день передышки.

Кселерона покинула зал минут через двадцать. Она буквально выскочила оттуда, покрасневшая, испуганная, судорожно сжимая свиток. Устало улыбнувшись Тоне и остальным, она сказала:

— Вот и все. Я теперь адепт.

Потом вызвали Теонию. На ее аттестацию ушло гораздо меньше времени, вышла девочка из зала спокойно и с достоинством, без тени страха.

— Можете меня поздравлять, — деловито заявила она.

Последним сдавал экзамен Теодорик. Малыш боялся больше всех и все время до того, как его вызвали, повторял заклинания. Его вытолкали из зала сами профессора, посмеиваясь в белые бороды. На лице мальчика застыло выражение удивления и недоверия.

— Давай беги отсюда, кроха, — сказал высокий старик, борода которого была самой длинной. — Беги скорей, пока мы не передумали и не забрали у тебя свидетельство.

Теодорик с ужасом посмотрел на мага: и впрямь поверил в то, что долгожданный свиток могут отнять. А потом, даже не попрощавшись, бросился бежать к Тоне и девочкам, которые поджидали его неподалеку.

* * *

С тех пор четыре новоиспеченных адепта стали неразлучны. После уроков Кселерона, Теония и Теодорик бежали к предмету своего восхищения и обожания — Антонии Энлин. Дети прекрасно знали историю Тони, которую как-то холодным ненастным вечером девушка, не удержавшись, поведала им. Однако против ожидания Эскоры больше никто, кроме них, не узнал, что внучка Сималии живет и учится в Атерианоне.

Тоне доставляло огромное удовольствие помогать маленьким друзьям готовить домашние задания. В свободное от уроков время они обсуждали творящиеся в мире дела, причем юные создания давали событиям настолько недетские, трезвые оценки, что девушка только диву давалась.

— Маг — это не просто человек, наделенный способностью колдовать, — часто говорила Теония, замечая удивленный взгляд Антонии. — Настоящий маг — это прежде всего тот, кто может отличить истину от лжи и зло от добра. Маг — человек с острым умом, точной памятью и сильным духом. У нас особый склад разума, не такой, как у обычных людей.

— Ну, положим, для того, чтобы отличить добро от зла, большого ума не надо, — улыбалась Тоня. — Каждый с детства знает, что хорошо, а что плохо.

— Ошибаешься, — серьезно отвечала Теония. — То, что на первый взгляд кажется нам полезным и несущим радость, может на деле оказаться злым и расчетливым умыслом. Сегодня мы думаем, что это добро, а завтра оно обернется крахом мира. А то, что мы считаем злым, может таить в себе добро и любовь, но такие, которые наш разум не в состоянии понять.

— В таком случае я совершенно не маг, — призналась Тоня. — Иногда я ошибаюсь насчет добра и зла. Да какое там иногда! Там, откуда я родом, это происходило очень часто.

— Мы все просто еще очень молоды, — отвечала обычно на эти слова Кселерона. — Только мудрецы могут точно сказать, что есть зло, а что — добро. Правда, и они, бывает, ошибаются, потому что четких граней между тем и другим не существует. Не бывает абсолютного добра, так же как и абсолютного зла. Я уверена, что даже Марилана ошибается в смертных.

…Под Новый год пришло короткое письмо от Бориса из Алирона, в котором были только поздравления с праздником и сообщение, что с ним, Эной и сыном все в порядке и что Kсep решил отпраздновать начало года в пещере, отказавшись от приглашения в столицу на торжество.

В феврале, как раз после второй аттестации Антонии, когда она получила звание адепта первой степени, в Архивы приехал человек с секретным посланием Хранительнице. Как потом выяснилось, оно предназначалось вовсе не Эскоре, а Тоне. И было написано Денисом из Атены.