Воин и маг - Валерий Иващенко

– Леди, а где господин баронет? – поинтересовалась малышка, когда обе уже шли не по пружинящей под ногами лесной подстилке, а по твёрдой и щербатой городской мостовой.

Изабелла легкомысленно пожала плечами.

– Он перед уходом только сказал, что Крумт начал войну, и чтобы я за него не беспокоилась.

Кито с совершенно серьёзной мордашкой размышляла.

– Крумт... это за морем от закатного побережья Империи?

Изабелла кивнула, в сомнении разглядывая медовые крендельки на прилавке у входа в мастерскую кондитера.

– Взять, что ли?.. Да, крупное островное государство, три сотни лиг на запад от Берега Эльфов, где мы так славно покуролесили. И сотня островков вокруг. Давний наш соперник на море, и похоже, они никак не угомонятся.

– Война, это плохо, – вздохнула малышка и взяла пару крендельков – себе и леди. Пухлая булочница в ответ на предложенные за товар деньги только улыбнулась молодой госпоже и, поклонившись, замахала руками.

– Да что вы, леди? Прямо как будто не дома...

– Любят вас здесь, – улыбнулась Кито, когда они чуть отошли. А ещё горячие, истекающие медвяным ароматом крендельки оказались настолько вкусными после прогулки по свежему осеннему воздуху, что обе улыбнулись друг дружке и заспешили в замок, приветливо и радушно подмаргивающий огоньками в полумраке впереди.

За ужином почти не разговаривали. Барон, которому Император отказал в праве идти со своей дружиной на войну, вполне резонно заметив, что в морских сражениях коннице делать нечего, только что вернулся из дальней деревни, где проверял – всё ли готово к зиме, и изрядно устал. От тепла и сытости он уже клевал носом и потому, едва поев, извинился перед дамами и отправился спать.

Так что у камина, в котором пылал целый сосновый комель, как и вчера, собралась только прекрасная половина замка. Баронесса Амалия, закутавшись в тёплую шаль, задумчиво покачивалась в кресле-качалке. Невиданный предмет мебели недавно подарили барону мастеровые-краснодеревщики, и кресло оказалось настолько удобным, что барон сразу уступил его своей супруге, а сам заказал ещё несколько.

Ната, на время вернувшись в родной замок, сидела на тёмно-зелёной тафтяной софе и предавалась своему излюбленному занятию – игре на цитре. Излюбленному – с тех пор как муж, сэр Питер, вместе с её братом Valle отправились вправлять мозги этим выскочкам с Крумта.

Естественно, Изабелла подпевала ей, и выходило настолько хорошо, что даже сам барон, которому, по его с ухмылкой признанию, «медведь на ухо наступил», признал, что отныне всех этих бардов и менестрелей надо гнать в шею – слабы они против невестки. А на днях обе будущие молодые мамаши раскопали в замковой библиотеке сборник стихов одной поэтессы – без обложки и имени, и судя по шрифту, из такой многовековой древности... Так вот, стихи безвестной искусницы оказались изумительно подходящими к эльфийским мелодиям, и теперь Изабелла, волнующе красивым голосом, выводила последний вариант.

Бегу по кругу...

Не убежать от смерти

и от разлуки.

В это время во дворе раздался шум, лошадиное ржание и крики.

– Что? – резко прижав струны, вскочила Ната.

Кито выскользнула из своего любимого полутёмного угла за выступом камина, где было тепло, уютно и спокойно. Выскочила и, тонко звякая своим браслетом, умчалась из комнаты, и по лестнице вниз зашлёпали её резные деревянные сандалии.

Через десяток мигов она вернулась и с сияющей мордашкой доложила.

– Сэр Питер вернулся, на побывку!

Бледная, с глазищами в пол-лица, баронесса Амалия рухнула обратно в кресло. Заплакав от того, что известно об ожидании только женщинам, она качнула головой.

– Ох, я уж...

– Не надо беду накликать, – мягко, но вполне резонно ответила Изабелла. Она обула тёплые вязаные тапочки и, под ручку с Натой, пошла встречать молодого рыцаря.

Тот оказался веселым и шумным, несмотря на висящую на перевязи руку. Весь красивый и статный, привёзший с собой ветер дальних странствий и новых дорог.

– Ага, привет, красавицы!

Впрочем, супругу он ласково чмокнул, неловко обняв здоровой рукой.

– Да вот, под заклинание подвернулся, – чуть смущённо пояснил он в ответ на немой вопрос, – Целители сказали – полгода отпуску, тогда даже следов не будет. Так что зимовать будем вместе!

– Здравствуй, сэр Питер! А сына моего ты видел? – негромко спросила баронесса Амалия, спускаясь по лестнице, всё ещё бледная и с чуть покрасневшими глазами.

– А то как же! – Питер раскинул руки в восторге, – С волшебниками там что-то колдуют, аж дым коромыслом идёт!

За завтраком сэр Питер был оживлён, весело болтая с набитым ртом.

– Представляете? В кои-то веки они собрали сильный флот, и наконец-то у нас есть серьёзный соперник!

Барон хохотнул, накладывая себе ещё заячьего рагу.

– Если бы это было на суше, я бы тоже порадовался этому обстоятельству, – заметил он, тянясь рукой к кувшину вина, – И тогда можно было бы вволю напотешиться в сражениях.

Однако супруга легонько шлёпнула его ладошкой по руке, непринуждённо заявив, – Не стоит с утра набираться, дорогой.

Странно, но барон, последними днями чуть ли не в открытую тискавший по углам девиц и молодых пейзанок, на этот раз послушался.

– А что волшебники? – поинтересовалась Изабелла, задумчиво разглядывая яблочную запеканку, – Съесть кусочек, что ли?

– И никак иначе, доченька, – заботливо проворковала баронесса Амалия, накладывая ей лакомства. Заодно одарив и Нату, продолжила, – Будущим мамам надо отменно кушать!

Сэр Питер легкомысленно пожал плечами, при этом потревожив раненую руку. Сморщившись, он вынужден был глубоко вдохнуть-выдохнуть, дабы не осквернить слух армейским жаргоном, недостойным в присутствии дам.

– Да когда началось дело за Подветренные Острова, наше руководство оказалось не таким уж и тупоголовым. Всё-таки решились не отдавать их без боя. Хоть наших сил там было маловато, захотели в бою выяснить, на что способен враг. Вот и довыяснялись, – заметил он, почёсывая руку под повязкой.

– В-общем, на суше мы сильнее. – продолжил он, – Флот у нас с ними примерно одинаковый, а вот по части магии... Valle сказывал мне после дела, когда навестил меня в госпитале, что на Крумте традиционно сильно морское колдовство, и наши маги погоды едва могут их сдерживать. Тут уж не до наступления.

– Наших много полегло? – полуутвердительно спросил барон тоном знатока. Но сэр Питер, глянув на него, так многозначительно указал взглядом в сторону дам, что тот только виновато захлопал глазами.

– Да нет, не очень, – наигранно бодро ответил молодой рыцарь, – Когда они десант высадили, мы их, спасибо богам, покрошили, как хорошая хозяйка колбасу.