Межмировая таможня - Алексей Свиридов

— Маладой чэлавек, пагады, да?

— Слушаю вас. — Я усиленно делал вид, что никого не узнаю. Трое, впрочем, тоже.

— Пагаварыть нада…

— Извините, уважаемый, я тороплюсь.

— Э-э, куда тарапиться, на тот свет всэгда успеем…

Мне этот намек не понравился, и я промолчал, только вопросительно посмотрел на него.

— Аны тэбя вчера искали, бальших людэй пабэспокоили, и только самый бальшой из бальших людэй сказал, и не им, а мнэ, чтоб нэ лэзли, куда нэ нада, панымаэш, да? Аны сэгодна хатэли тэбя ждать, гдэ ты работаэш или живеш. Аны не нашли. А мнэ сказали — не лэзь, плохо будэт. Мнэ редко такое гаварят, но кагда гаварят, то так оно и ест. И я подумал, что к нашэй дэвачке ты придешь. И я с ними тэбя здэсь жду. Аны маладые ещо, гарячие, глупые, панымаэш, да? Ты их прости! Да? Сахри — мой правнук, болше никого нэт, панымаэш? Иди суда, Сахри…

Самый здоровый, тот самый, златозубый, покорно опустив голову, подошел к старику. Тот дотянулся, вцепился ему в ухо.

— Он глупый, кров играэт. Я его в город взял, думал — паумнээт. Прости, да?! Я его сам выпорю.

Я думал, что старик смеется, но глаза у него были серьезными, и так неловко мне все это было, что я махнул рукой:

— Ладно, только пусть они к Зуфе не лезут.

— Нэ будут лэзть. И ныкто нэ будэт. А он, пока нэ паумнээт, на жэнщин глаза нэ паднымэт. Спасыбо тэбэ, да? За мной долг будэт, нэ отдам — на всом роде долг. — Старик дернул здорового за ухо еще раз. — Пашли, сапляк, учис мужчыной быть.

И все четверо не спеша зашагали по улице, а я открыл дверь в департамент и наконец-то вошел туда. Зуфа обрадованно заулыбалась, увидев мое лицо в окошке справочной.

— Айше, привет! А мне и переезжать-то не надо, сегодня сюда наши старейшины приходили, извинялись за тех баранов, что вчера пристали.

— И что думаешь, им можно верить?

— Ты что, это ж старейшины родов. Этих баранов из Вельдана теперь в их деревни отправят. У нас слово старейшин — закон, так что все в порядке теперь.

— Ну и хорошо, а то уж я думал — куда ты переедешь.

— Да я б нашла куда, у нас здесь девчонки дружные. Вот только кому ж охота совсем уж от своих отрываться. А ты чего такой озабоченный?

— Да я ж ехал помогать тебе с переездом.

— Ой, да ты обо мне не беспокойся, ты лучше о себе подумай. И не всякой здесь доверяй…

— Ты ж не всякая.

— То я, а то кто знает, за кого ты еще заступиться полезешь. Ты ж зеленый совсем, хоть и третьего уровня…

Я вздохнул. Не хотелось признаваться, но, наверное, в чем-то она была права.

— Ну ладно, если я не нужен, то я на работу. А то обед скоро кончится.

Она вздохнула:

— Ну, иди…

— А когда тебя можно будет встретить?

— Ну, не знаю, я вообще-то девушка занятая…

Я так и сник. Не знаю уж с чего, но я себе и в самом деле кое-что успел вообразить. Но тут она продолжила:

— Но вообще-то меня после работы проводить можно. — И она улыбнулась, да так, что я не мог не улыбнуться в ответ! Но вот встретить ее после работы… Хотя…

— Слушай, Зуфа, вот ты в справочном работаешь…

— Ну?

— Вот, допустим, такой гипотетический случай…

— Какой-какой?

— Ну, придуманный и никак не связанный с моей работой.

— А-а, понятно. Давай свой случай, не связанный с работой. Я уже поняла, что ты весь такой насквозь секретный, хоть и зеленый.

— Ну в общем, если тебе вдруг, зная имя и фамилию, нужно в Вельдане человека разыскать, то что б ты стала делать?

— А мне это очень нужно? — Она снова улыбнулась.

— Очень.

— Для работы?

— Да. — Я кивнул, потом нахмурился. — То есть не…

— Ну ладно. Какая раса?

— А это важно?

— Конечно. У каждой расы разные критерии поиска. Нас ищут по родам, гнумов — по территориальной принадлежности, вас, людей, — по фамилии, троллей — по породе…

— А эльфов?

— Каких?

— Темных.

— Вообще-то и темных, и светлых эльфов ищут по имени. Они имен не меняют, прозвищами не пользуются. Да и само имя используется только один раз, так что с ними проще всего. Давай сюда имя, я в центральную справку отправлю, у меня там подружка.

— Илалис Лиолатинд.

— Ага, понятно.

Тремя пассами она зажгла зеркало связи (откуда у них тут иномирным телефонам взяться) и защебетала вдруг на каком-то уж совсем непонятном языке. Из зеркальца ей что-то отвечали. Минут пять они так пообщались, потом она снова повернулась ко мне, прервав связь.

— Ну вот, готово. Ты уж извини, что я так долго. Эти леди, конечно, красавицы, но поговорить любят. А у меня талант к языкам. — Она что-то написала и вручила мне адрес. — Вот здесь и живет твой темный эльф.

— Ох, спасибо. Ты не представляешь, как я тебе обязан. Теперь-то я… — Я вовремя заткнул себе рот, захлопнув его.

— Что — ты?

— Ну… смогу тебя вечером проводить. И вообще — с меня самое лучшее пиво, какое выберешь.

— Ой, не обещай заранее, примета плохая.

— Да все уже, можно сказать, и дело-то закрыто. Ты умница. Я б точно не догадался через справочную узнавать.

В контору я возвращался, стараясь выглядеть как можно солиднее, хотя так хотелось пробежаться с прямо-таки ликующим воплем.

Все мои многоопытные соратники, можно сказать, сели в лужу, мотаясь по Дальним Мирам, а я, новичок, студент по переписке, пустое место, с их точки зрения, сам, лично, раскрыл это дело. Нет, разумеется, когда они вернутся, я не буду хвастаться. Я буду строг и скромен. Но вот сейчас я приду в контору и свяжусь с самим Нимом Кравлином и верну ему его драгоценный грош. А потом поеду и проведу задержание этого самого Лиса. Он-то мне все и расскажет, и до их возвращения я успею закрыть дело. Главное — это успеть до их возвращения. Ох, как ловко я уже научился ходить сквозь Зеркала — самому приятно…

Я опустился в кресло Ринель и перелистал служебный справочник. Ага, вот и телефончик Кравлина.

— Пожалуйста, попросите господина Кравлина к телефону.

— Кто его спрашивает, представьтесь, пожалуйста?

— Айше Стасский, сотрудник бригады «У». — Вот так вот, просто и скромно.

— Одну минуту, господин Кравлин сейчас вам ответит. — В трубке послышались различные щелчки, а потом чуть сонный и чуть гнусавый голос со вздохом произнес:

— Кравлин слушает.

— Ваше превосходительство, вас беспокоит сотрудник бригады «У» Айше Стасский.