Небосвод мечей - Дэйв Дункан

Она толкнула панель. В комнате было темнее, чем раньше, на люстре горело всего несколько свечей; очаг стоял холодным. Кто-то попытался навести какое-то подобие порядка: убрать бутылки и застелить ложе. В комнате находился всего один человек — и он сидел на кушетке спиной к принцессе, опустив голову на руки. Эти широкие плечи и соломенные пряди могли принадлежать только Псу. Она помедлила. Ничего не изменилось: он просто сидел, уставившись в пол.

Ну! Именно это тебе и нужно было — Пес как он есть. Боишься идти дальше?

Да, она боялась. Но закрыла решетку и стала спускаться.

Добравшись до двери, Малинда поставила лампу на ступени, стащила чепец и встряхнула волосами. Несколько раз глубоко вздохнула и только потом потянулась к ручке. Устройство замка здесь было такое же, как в верхней комнате, однако гораздо туже, и ей пришлось дергать обеими руками, чтобы сдвинуть колонну. Дверь скрипнула и отъехала.

Пес уже вскочил на ноги и поднял меч. Огромный двуручник не шелохнулся, пока она приближалась. Обойдя вокруг острия, принцесса подошла вплотную к Клинку и прикоснулась к влажной дорожке на его щеке. Красные, опухшие глаза говорили, что он плакал. В Айронхолле он рыдал по ночам, теперь он никогда не спит — куда же делись его сны?

— Ты ждешь кого-то?

Он покачал головой. Во время борьбы с дверью Малинда потеряла плащ. Винтер говорил, что если в кого-нибудь должна попасть молния, то это будет Пес, и вот теперь посреди ночи его посещает принцесса-девственница, одетая в ночную рубашку. Впрочем, бальные наряды обнажали больше, но ненамного, да и обстоятельства несколько отличались.

— Может, ты ждал кого-нибудь?

Он снова слабо покачал головой.

Обрадовавшись, что не вмешалась в любовную ссору, Малинда тяжело сглотнула.

— Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал. Это может оказаться довольно опасно.

Он убрал меч в ножны.

— Расскажите мне.

Наверняка он догадался. Пес был упрям, но никак не глуп.

— Гренвилл собирается выдать меня замуж, чтобы я не мешалась у него на пути после смерти Амби. Тогда он любыми способами избавится от Кортни и предъявит права на трон. И я думаю… я не знаю, но мне кажется… я почти уверена, что он хочет отдать меня герцогу Ансьерскому, потому что герцог уже трижды женился, и ни одна из его супруг не прожила долго.

Взгляд Пса скользнул вниз, к кружевной ленточке на ее шее, потом снова вернулся на лицо.

— Вы хотите, чтобы я убил Гренвилла?

— Ты же знаешь, что нет. — Малинда поцеловала его в щеку. Она оказалась щетинистой. Пес не моргнул, вообще никак не отозвался. — Глупый, это же меня погубит. Если Клинок совершает преступления, кто виноват? Нет, так не пойдет.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Герцог женится только на девственнице. Такие порядки во всех королевских домах — мужчинам позволено делать все, что угодно, и при этом они все желают жениться на девушках.

— Тебя разденут и осмотрят? — скептически спросил Пес.

— Может быть. Не обязательно. Достаточно просто спросить меня. В каждой стране есть инквизиторы, которые изобличают ложь. — Любой умный человек сумеет построить разговор так, чтобы загнать ее в ловушку и без всякой магии. Как вчера Гренвилл. Но скоро правда изменится. Она передернулась. В комнате было прохладно. — Я хочу, чтобы ты… не здесь, а наверху. Пес, пойдем наверх, в постель. Пожалуйста.

Пес скривился в гримасе.

— Тебе нужен опытный, вроде Абеля. Или Одлей. Девицы вьются вокруг них как мухи.

Его неохотность нисколько не удивила ее. Малинда даже испытала некоторое облегчение.

— Уверена, дамы научили тебя, как это делается.

— Они не слишком часто хотят меня. Уродливый и глупый, не умеет смеяться, не шепчет сладких словечек, никаких манер. Просто кусок мяса — так они шутят. Иди и попроси кого-нибудь другого.

Малинда почувствовала, что лицо его залилось румянцем, хотя в сумраке было не разглядеть.

— Я хочу тебя. Ты не станешь смеяться над моей неопытностью, не станешь травить байки. Ты будешь нежным. Мне что, на колени перед тобой встать? — Малинда попыталась, но Пес схватил ее за локоть и поднял. — Чтоб ты сгорел, парень! Тебя пугает то, что произошло с Орлом? Ты ведь наверняка слышал про Орла! Ты сказал, что сделаешь все, что я…

Его лицо сморщилось, как у ребенка, который собирается заплакать.

— Только не я, принцесса. Я не стою. Я просто грязь.

— Мне наплевать, что ты делал в прошлом, — резко сказала она. — Или я тебе противна?

— Противна? Принцесса… — В какой-то миг она решила, что он рассмеется, но Пес никогда не смеялся. Он зарычал еще глуше: — Нет, дело не в этом… Ступай и найди себе нужного человека, женщина! Не меня. Уродливого, мерзкого Пса? Я зверь!

Она взяла его за руку. Его ладони были в два раза больше, широкие, все в мозолях от громадного меча. Малинда повела его к лестнице, и Пес шел следом, словно дитя, не сопротивляясь и не удивляясь. На ступеньке помещались двое. Он закрыл дверь, и тела их оказались очень близко, даже слишком близко.

Она подняла лампу. Неожиданно вспомнилось пари с сэром Пьерсом.

— Ты можешь отнести меня наверх?

— Если хочешь.

— Хочу.

— Не попади в огонь. — Пес с легкостью, словно маленького Амби, подхватил ее на руки. Он быстро бежал по ступеням, ловко минуя все повороты и острые углы, хотя его огромный меч то и дело норовил чиркнуть по каменной кладке.

Он совсем не запыхался, когда добрался до ее постели. Пес взял из рук Малинды лампу и поставил ее на столик, сорвал с кровати покрывала и постелил на их место меховой плащ.

— В первый раз может пойти кровь, — сказал он.

Малинда кивнула. Сердце ее колотилось, как бешеное.

Насколько она пьяна? Он шагнул ближе, обнял ее за шею, притянул к себе и мягко прикоснулся губами к ее губам. Его дыхание пахло яблоками. Этот поцелуй начал сэр Орел, но ему не дали его завершить. Сперва Клинок был нежен, однако становился все сильнее и сильнее; одной рукой Пес прижимал ее к себе, а другая гладила ее бедра и талию. Мир вокруг закачался, и ей пришлось ухватиться за Пса. Он коснулся ее груди: соски защипало от какой-то странной боли, и кровь забурлила в венах. Клинок оторвался от ее губ, и Малинда посмотрела прямо ему в глаза, ставшие черными от расширившихся зрачков.

— Еще мгновение, и я не смогу сдержаться, принцесса.

Голос его стал еще более хриплым, чем обычно. Он горел и не мог этого скрыть. Он так же возбужден, как и она! Он желал ее, и эта мысль возбуждала сильнее всего.

— Не смей останавливаться!

— Сними эти тряпки. Ложись в постель.

Он осторожно опустил ее, как будто понимая, как неуверенно она себя чувствует. Отвернулся, открыл лампу и затушил огонь.