Великий поход - Рональд Колд

Тело Карка кувыркалось в сыром болотном воздухе на высоте десяти локтей, сотрясаемое конвульсиями. Его глаза были выпучены от боли, распахнутый в беззвучном вопле рот напоминал вход в преисподнюю, из него прямо на остывающие угли костра падали клочья пены. Эливенер, воздев руки, стоял неподвижно, словно статуя, а флоридяне, мутанты и северянин растерянно созерцали происходящее, не зная, что предпринять.

Прямо над стоянкой дрожало марево, из которого вылетали крылатые тени каких-то хвостатых и рогатых тварей, устремлявшиеся к несчастному колдуну. Подлетев к хаотично дергающемуся телу, призрачные посланцы Великой пустоты начинали рвать торс некроманта и проглатывать куски плоти. Кровь, льющаяся из рваных ран, не успевала долететь до земли, ибо в сгустившемся воздухе возникали еще более мелкие и не менее отвратительные существа, напоминающие летучих мышей, которые жадно глотали жизненные соки. Стая привидений издавала тонкий крысиный писк и сладострастные стоны, весьма похожие на искаженные человеческие голоса, отчего зрелище приобретало все более отвратительные черты.

Метс молился, встав на колени, а Вагр и Аграв пытались сбить атакующих с курса, но оружие проходило сквозь бесплотные тела монстров, словно сквозь клубы пыли. Ушан и Ирм, напротив, старались держаться подальше от посланцев мастера С'лорна, рыча и щеря клыки. Они лучше людей чувствовали исходящие от пернатой нечисти эманации холодной злобы и поистине адского голода.

В это самое время вокруг лагеря, под покровом наползающего от «сердца болот» тумана, происходили странные события. Мерно колыхавшаяся пленка мертвого планктона беззвучно лопнула, и на берег устремились громадные серые туши, цепляющиеся за коряги и тростники длинными щупальцами. Спруты безошибочно нашли стоянку отца Вельда и взяли ее в плотное кольцо. Из дымки появились несколько белесых существ с перепончатыми лапами и уродливыми мордами, являющими собой гнусную пародию на человеческие лица.

Эти причудливые порождения Лучей Смерти тащили за собой небольшие черные ящики, в которых отец Вельд, не будь он в те мгновения занят спасением Карка, безошибочно узнал бы колдовские приборы мастера С'муги.

Самым странным было то, что жалящий покров, состоящий из микроскопических гидр, совершенно не реагировал на появление пришельцев.

Пока в тумане происходили причудливые приготовления, в ближайшей роще раздался призывный вопль самки Ластоногого, на который из глубин топи откликнулись детеныши болотного гиганта. Уши Ирма, рычавшего на крылатых бестий, дернулись, и он встревоженно мотнул головой в сторону принесенного ветром вопля, но тут же вернулся к наблюдению за невидимой схваткой. Желтый Ушан, привыкший к звукам, издаваемым хищниками Внутренней Флориды, даже не шевельнулся, безотрывно глядя на конвульсии некроманта.

Эливенер опустил усталые руки и обратился к Кену:

— Похоже, мы теряем пленника. Я ничего не могу поделать с этой нежитью, она существует вне природы этого мира. Будь они животными, у меня бы что-нибудь вышло, а так…

Он устало сгорбился и отвел глаза от Карка, который выгнулся дугой и вздрагивал каждый раз, как призрачный летун прикасался к нему клыками или когтистыми лапами.

Кен собирался с пафосом вскричать, что сдаваться нельзя, когда вдруг старик встрепенулся и неуверенно произнес:

— Кажется, кто-то помогает мне… Да-да, я чувствую, как омерзительная мощь, вызванная из-за грани мироздания Темным Братством, колеблется!

Теперь флоридяне и северянин видели, что крылья призраков стали тяжело ворочаться в сгустившемся воздухе. Крысиный писк стал еще более оглушительным, но истерзанного некроманта оставили в покое.

— Смотрите, — воскликнул Аграв, указывая рукоятью топора на упавшего в грязь монстра. — Он стал плотным, словно насосался крови!

Вагр, не долго думая, подскочил к копошащейся в куче влажного мха твари и с хрустом раздавил ее череп. Вслед за чернобородым и Аграв смахнул из воздуха пищащий крылатый ком, и ударом обуха топора буквально вбил в грязь посланца С'лорна.

Ирм и Ушан одновременно взвились в воздух, и когти врезались в стаю, разрывая крылья и хрупкие тела. Карк стал опускаться вниз. Уже у самой земли словно лопнули невидимые нити, державшие его на весу. Аграв еле успел подставить плечо, иначе некромант рухнул бы в угли костра. Остальные призрачные тени, все еще кружившие с криками и писком над стоянкой отряда, стали медленно таять. Последний отчаянный прыжок Ушана достиг цели: его зубы удерживали тварь за крыло. Приземлившийся на четыре лапы мутант попытался свернуть летуну шею, но тот вдруг исчез, оставив на острых клыках лемута лишь полоску кожи.