Из любви к истине - Карина Пьянкова

Я позволила себе выказать удивление.

— А вы, видимо, не знали об этой особенности? Да бросьте вы, ларэ Риннэлис, вы же знаете о кахэ все, что можно и что нельзя… Это признак нечистой крови — основательница Дома, Айис, взяла в мужья эльфа, и все их потомки унаследовали его цвет глаз.

— Я поражена вашими познаниями, ларо, но какое это имеет отношение к нашему делу? — Примерное представление о происходящем у меня уже было, и теперь я размышляла на тему, чем мне все это грозит.

— При задержании составляется описание внешности и в документации магически закрепляется образ. Я позволил себе проявить любопытство, ларэ, — ответил мне ларо Орон.

Это все объясняет. И предвещает крупные неприятности.

— Кстати, вы знаете, что устанавливать магические средства защиты на жилище — незаконно? — нахмурился дознаватель. — Мои люди пострадали.

А вот тут я уже ехидно осклабилась.

— Во-первых, подобные системы защиты уже месяц как официально разрешены. Во-вторых, моя защита была зарегистрирована согласно с административным уложением сразу же по факту ее создания. В-третьих, проникнуть в жилище дознавателя можно только с его согласия, даже если на него заведено уголовное дело, следовательно, здоровье «ваших людей» мне глубоко безразлично, ко всему прочему, у меня появляется законный повод для заявления протеста.

— Восхитительно, — хмыкнул ларо Орон. — Вы еще и отличаетесь потрясающей наглостью, ларэ Тьен. Я в восторге.

— Польщена. Но либо вы предъявляете мне обвинения прямо сейчас, либо прекращаете попытки запугать, все равно меня ваши инсинуации мало трогают.

— Я не собираюсь ни в чем вас обвинять, ларэ. Мое дело — найти того, кто помог организовать на вас покушение. И я понял достаточно, чтобы с уверенностью сказать: изменой ваши действия и не пахнут. А вот убийство ларэ Софии Айрэл пахнет заговором, вы ведь тоже так решили, ларэ Тьен?

Я сухо кивнула, с некоторым интересом взирая на нелюдя. Тот отвечал мне не менее заинтригованным взглядом.

— Вы тщательно оберегаете свою территорию, ларэ, для меня, как для оборотня, подобное поведение понятно и нормально, — сказал ларо Орон. — Более того, я тоже не желаю, чтобы кахэ попали в руки властей.

— С моими мотивами мы уже разобрались — я защищаю свою территорию. Каковы ваши?

— Видите ли, все Аэны являются кровниками моего клана, — странно улыбнулся мужчина. — А относительно Риэнхарна как минимум трое моих родственников имеют ten-hi. Знаете, что это такое?

— Боюсь, мои познания в обычаях оборотней довольно скромны, — с неудовольствием призналась я. Терпеть не могу не знать чего-то.

— Ну да, вы же специализируетесь на кахэ, ларэ, — заметил ларо Раэн. — Если вам так будет понятнее, то ten-hi очень похож на da-liss. Личная кровная месть.

— То есть несколько ваших сородичей мечтают лично перегрызть горло ларо Риэнхарну?

— О да. А врагов мы бережем не меньше друзей: позор, когда твой враг погибает от чужой руки.

— Следовательно, вы хотите обеспечить ларо Риэнхарну безопасное возвращение домой, тем самым дав возможность кому-то из своих родственников убить его?

— Да.

— Именно поэтому люди никогда не смогут понять вас, — вздохнула я. — По-моему, было бы гораздо проще позволить его повесить.

— Люди вообще примитивны.

— О да, зато вы, такие великие и возвышенные, полностью от нас зависите, — прибегла я к излюбленному аргументу всех людей в споре с оборотнями.

— Ну, это спорный вопрос… — ехидно улыбнулся ларо Раэн. Глаза его гневно сверкнули, а рука сама собой потянулась к короткому мечу, висящему на поясе.

— Хорошо, а почему вы тогда сами его не убьете? — спросила я, решив не затрагивать извечные политические темы, пока Рысь на меня не кинулся.

— О, ларэ Тьен, вы подстрекаете меня на убийство? А как же ваша вопиющая законопослушность?

— Я никого не подстрекаю, — раздраженно поморщилась я. — Просто хочу понять.

— У меня к ларо Аэну всего лишь sae-hi — убив его сам, я нанесу оскорбление тем, у кого к кахэ ten-hi. А я бы не хотел обижать своих сородичей. Это, знаете ли, чревато.

Знаю я, чем оно чревато. Помнится, если кто-то не дает кахэ осуществить da-liss, по глупости убив его кровника, то автоматически сам становится объектом мести. Скорее всего, у оборотней ситуация схожая.

— А зачем тогда ваши люди пытались пробраться в мое жилище? — решила я удовлетворить свое любопытство.

— Таэллон, — спокойно улыбнулся оборотень, продемонстрировав чуть увеличившиеся клыки, которые у представителей его расы даже в человеческом облике внушают уважение. — За племянником кахэ пойдет даже кдемонам.

— Не слишком благородно, — заметила я.

— Какое может быть благородство, когда речь идет о кровной мести?

— Я не отдам вам младшего. — Я сочла нужным предупредить каэ Орона.

— И не надеялся, — безразлично пожал плечами он. — Не собираюсь просить вас о том, чего вы никогда не сделаете. Согласен и на живого Риэнхарна, убирающегося в земли Дома Эррис с племянником под мышкой. Главное, чтобы мои родственники не потеряли объект мщения.

— Меня полностью это устраивает. Я могу рассчитывать на вашу поддержку, ларо каэ Орон? — решила проверить свои тылы я.

— Разумеется, ларэ Тьен. Я прикрываю вас, как представитель отдела внутренних расследований, и снабжаю необходимой информацией. Думаю, даже после завершения вашего расследования мы будем полезны друг другу. Превосходно.

— Ларо, если не секрет, а с чего оборотню служить в страже, и сколько информации вы сливаете в свой клан? — невинным голосом спросила я.

— О, ларэ, я служу в страже потому, что это посчитал полезным глава моего клана… А насчет информации… Мы ведь уже не дети, а оборотни остаются верными подданными королевства Эрол.

То есть сливает все.

— Я, в свою очередь, также являюсь верной подданной Эрола и его величества Генриха, — усмехнулась я.

— Ничего невозможного я и не требую. Но могут же два дознавателя посплетничать в свое свободное время? — превосходно понял мои сомнения ларо Раэн.

— Разумеется, ларо.

Каэ Орон, конечно, расчетливая скотина, впрочем, как и любой нормальный оборотень, но ему действительно в данный момент выгодно наше сотрудничество. Теперь главное — не упустить тот момент, когда перевертыш посчитает возможным с чистой совестью сдать меня начальству.

Размышляя о состоявшейся беседе у себя в кабинете, оборотень пришел к выводу, что Риннэлис Тьен в некоторой степени даже понравилась ему. Ровно настолько, чтобы он поблагодарил всех богов за рождение этой примечательной особы среди людей. Окажись Тьен Рысью, рано или поздно она бы включилась в вечную борьбу за власть в клане и сцепилась бы с любимым кузеном Раэна, Третьим лордом Линхом каэ Ороном, прожженным интриганом. Первого и Второго лордов Линх не стер в порошок только по той причине, что один был его дедом, а другой — отцом, а родственные связи между оборотнями исключительно чтились. Если бы Риннэлис Тьен принадлежала к роду каэ Орон, то наверняка нашла бы коса на камень.