Неизвестный с "Драккара" - Константин Муравьев

Пока я проводил проверку пересланной мне финансовой документации и производил регистрацию права собственности на приобретённое оборудование и корабли, Леита с Рахутой уже закончили разговор со своими родственниками и сейчас тихо сидели, каждая задумавшись о своём.

При взгляде на их грустные, задумчивые лица мне самому становилось холодно и одиноко, поэтому я подхватил девушек под руки и спросил:

– Чего грустим, красавицы? Всё хорошо! Родители уже не переживают так, как раньше, не убиваются по ночам, не думают о том, что не смогли, не успели, не сказали, не сделали. Для них вы снова живы и здоровы. Радуйтесь! А вы грустите! У вас сейчас всё хорошо! Вы в относительной безопасности. Ведь с таким защитником, как я, с вами ничего не случится. Тем более скоро вы своих родных увидите, я постараюсь всеми силами это обеспечить. Ну, так что? Печаль и уныние или бодрость духа и смелый взгляд в будущее? – И подумал, что на клоуна и агитатора я не тяну. Поэтому уже более спокойно подбодрил: – Всё будет хорошо, у нас всё получится.

На что Леита мне ответила:

– Мы знаем.

А Рахута добавила:

– Вообще-то у нас уже всё замечательно, – и подарила мне свою волшебную улыбку, которая мгновенно перескочила на вторую девушку, отразившую её зеркально.

А меня окатила волна благодарной и нежной теплоты, идущая от них. Так бы и стоял здесь вечно, а может, и ещё что-нибудь захотелось бы, но неизменный внутренний голос в лице одного из драконов по имени Колдун расстроил все планы.

«Обнаружено нагнетание вероятностно-событийного фактора в данном узле пространства. Примерное время развязки – два часа».

«Можешь поточнее определить, что произойдёт?» – спросил я у него.

То, что это не значит ничего хорошего, я был уверен, а вот насколько, мне бы хотелось узнать.

«Непосредственной опасности самому хозяину я не чувствую», – ответил Колдун.

Я почувствовал, как немного отлегло от сердца, но всё-таки что-то не давало успокоиться, и это правильно, так как за этими словами последовало продолжение: «Но я вижу смерть одной из самок хозяина и потерю второй».

Как обухом по голове.

«Нужно сматывать удочки, – решил я. – Найти нас благодаря усовершенствованию движка не смогут, а следы мы частично, я надеюсь, уничтожим», – рассудил я и обратился к девушкам:

– Леита, Рахута, обстоятельства изменились, и нам необходимо срочно покинуть систему. Поэтому отправляйтесь на корабль и готовьтесь к отлёту. Я сейчас узнаю, на какой стадии выполнение заданий, выданных искинам, если будет необходимо, помогу им по мере сил, но всё равно мы покинем станцию максимум через час.

– Хорошо, но что случилось? – попыталась узнать Леита.

– Думаю, скоро у нас будут гости.

– Но как ты узнал? – удивилась Рахута.

– Есть у меня пара скрытых талантов. Вопросы есть? – И, увидев их зарождающийся порыв спросить ещё что-нибудь, прервал его: – Вопросов нет. Замечательно. Выполнять отданный приказ капитана корабля.

Я посмотрел на удаляющиеся спины оскорблённых в глубине души девушек. Хотя, если честно, посмотрел я несколько ниже, и, вероятно, почувствовав мой далеко не одухотворённый взгляд, эти прекрасные «спинки» заспешили побыстрее убраться с моих глаз.

Оставшись один, я первым делом вызвал 896-го:

– Ньютон, как дела с минированием станции?

– Закончено на девяносто три процента. Полное минирование для создания эффекта максимально разрушающего и поражающего действия будет завершено через двадцать пять минут.

– Понятно. Хорошо. Это укладывается в оставшееся время.

– Какое время? – заинтересовался Ньютон. – Ведь вы говорили о трёх часах.

– Обстоятельства изменились, есть сведения, что кто-то появится в системе в ближайшие два часа. Поэтому нам нужно как можно скорее её покинуть. Но те двадцать пять минут, что ты просишь на завершение первого этапа своих работ, у нас есть.

– Понятно. Продолжаю выполнение.

Подумав, что на демонтаж оборудования времени совсем не остаётся, я было уже пожалел о потерях, как заметил забежавших в помещение узла связи всех инженерных дроидов. Они быстро стали снимать напольное покрытие, разобрали настенные плиты, и уже через минуту был извлечён большой модуль памяти крейсера.

«А работы-то движутся по нескольким направлениям», – понял я и спросил о происходящем Ньютона.

– Да, план работ по демонтажу оборудования разработан. Все неосновные и дублирующие системы разобраны и доставлены на корабль. Сейчас производится демонтаж основных узлов станции. Для полного демонтажа потребуется порядка сорока минут.

– Что ещё не перенесено на корабль?

– Искин, ретранслятор и приёмник уже размещены на складе корабля, генератор и контур сканирования местности демонтированы, но ещё не доставлены.

– Понятно, выполняйте. По завершении жду отчёта уже на корабле.

Я остался доволен. Всё складывалось намного лучше, чем я ожидал. Если удастся разнести станцию, то в дальнейшем о нас не получится узнать абсолютно ничего.

И я обратился к другому искину:

– Ника, как дела у тебя? Платформы и минные поля подготовлены для встречи гостей?

– Да, задание выполнено час назад. Особых трудностей не возникло, так как на всех платформах один источник получения информации, и, имея доступ к системе управления станцией, можно залить любую информацию на платформы и мины. Также произведены незначительные усовершенствования окружающего станцию минного объёма с целью несколько повысить разрушающий и останавливающий эффект от более равномерного и оптимального расположения мин в секторе.

– Понятно, молодцы. Готовь корабль к отбытию со станции и прыжку из системы. Время отсчёта – сорок минут, – отдал я последнее распоряжение, отключился и направился в рубку корабля.

Была у меня одна идея, которую я хотел реализовать ещё до отлёта. Но для этого мне нужно было собрать небольшой гиперпередатчик, который создаст широковещательный сигнал. Я хотел подключить его к искину и дождаться отправленного им сигнала в одном из соседних секторов. Далеко он пробить не сможет, радиус распространения сигнала при таком типе его отправки не превышает двух систем, но прыгать далеко пока я и не собирался. Это давало возможность понять, забрался кто-то на станцию или нет.

За несколько минут дойдя до ремонтного комплекса, я притащил со станции ещё один искин, снятый с разобранной мины, и скрутил антенный модуль, установленный на неё.

«Думаю, это подойдёт», – решил я.

Создание настоящего передатчика сигнала через гиперпространство являлось, конечно, достаточно сложным процессом. Но мне этого и не нужно. Я собирался сделать устройство, которое бы послужило источником сильных помех в гиперпространстве. Именно их я хотел принять за тот сигнал, который ожидал получить. А это можно было реализовать достаточно просто из подручных материалов. Главное – добиться нужной частоты колебаний источника, генерирующего шумовой фон. Для этого идеально подходил любой специально настроенный компьютер, перебирающий список определённого типа частот и отсылающий их на передающую антенну. Цикличность должна отрабатываться очень быстро, чтобы резонирующая волна смогла совершить небольшой пробой в гиперпространстве. Поэтому для генерации сигнала приходилось использовать не просто какую-то железяку, а искин. Единственным минусом этого метода было то, что в момент срабатывания такой гиперпространственной бомбы несколько секунд сбоило всё навигационное оборудование, но в моём случае этот минус опять же приобретал статус положительного эффекта. Ну и радиус распространения этих помех до их окончательного затухания был невелик, всего два-три сектора, что тоже меня вполне устраивало.