Неизвестный с "Драккара" - Константин Муравьев

Поэтому, не отвлекаясь на второстепенные задачи, я за оставшиеся двадцать минут собрал этот мини-поставщик помех и отправил дроида установить его в комнату управления на место настоящего гиперпередатчика.

Прикинув, всё ли намеченное успел завершить, я направился в капитанскую рубку «Драккара». Здесь уже в своих креслах расположились девушки, которые при моём приближении почему-то соскочили со своих мест.

Кивнув им, я, проходя мимо Леиты, не удержался и погладил её по спине, пронаблюдав, как она, изображая очень большую и стройную кошечку, что-то мурлыкнула себе под нос. Не желая обделять вниманием и вторую девушку, я нежно провёл рукой и по спине Рахуты, с усилием удержавшись и не опуская руку ниже её поясницы. Полюбовавшись на одновременно довольные и хитроватые мордашки этих безумно прекрасных бестий, я понял две вещи: у меня две кошечки, и я ещё с ними намаюсь…

Но я, как обычно, отвлёкся, очень уж пагубно на меня действует близость моих кошечек. Хорошо, меня вернул в реальность 896-й:

– Алексей, работы по минированию узла связи и подготовке искина завершены. Демонтаж оборудования, найденного на станции и признанного полезным для нас, выполнен на сто процентов. Его погрузка в трюм корабля завершена.

– Отлично, – ответил я и услышал доклад Леиты, одновременно продублированный на консоль управления кораблём.

– Предстартовая подготовка завершена. Готовность систем к полёту сто процентов. Работоспособность основных систем в норме. Жду приказа на запуск двигателя и старт.

– Ну, тогда чего ждать, – сказал я. – Поехали!

Я почувствовал, как по кораблю прошла небольшая вибрация, и он заскользил к раскрывающимся створкам шлюза причального дока станции.

Через пару минут мы покинули этот узел связи. Не сказать, что он был слишком гостеприимным к нам, но обогатил нас большим количеством новой информации и знаний. А также подарил Леите и Рахуте возможность пообщаться со своими родными; родственникам же девушек преподнёс радость их воскрешения из небытия.

Неоднозначным у меня было отношение к этому небольшому уголку во вселенной, где мы провели всего несколько часов, но где так много узнали об окружающем нас мире. Я смотрел на удаляющийся силуэт станции и чувствовал, что уже больше никогда не увижу его, так как Ньютон постарался на славу и от неё не останется ни одного целого кусочка.

– Грустишь? – подойдя ко мне сзади и приобняв за плечи, спросила Леита.

– Не особо, – ответил я. – Просто думаю, что пребывание на этом клочке, оставленном человечеством, многое мне и вам дало, но наш визит, вероятно, оказался для него роковым.

– Тебе не за что винить себя. Он уже давно не принадлежит людям.

– Я знаю, но мне почему-то там понравилось. И если бы не его смертельно-опасные хозяева, которые скоро прибудут проведывать свою вотчину, то я хотел бы оставить его некой точкой, куда бы мог периодически возвращаться.

– У тебя будет не один такой дом, – вступила в разговор Рахута.

– Видимо. Мне в последнее время везёт на такие заброшенные и всеми забытые осколки мира людей, а может, и не только людей. Так что у меня есть неплохой шанс найти среди них тот, где я смогу обрести свой дом.

– А как же дом наших родителей? Ты забываешь. Если тебе всё и так уже известно, ты должен понимать, что это теперь и твой дом, – напомнила мне Леита.

– Вот именно, солнышко, это дом твоих родителей и родителей Рахуты, а не мой. У меня должен быть хоть какой-то, но свой, куда бы я мог увезти и вас.

– Зачем? – удивилась Рахута.

– Ну а как может быть по-другому? – удивился я.

– У нас не так, – ответила Леита. – Нет ничего зазорного в том, что ты войдёшь в род своей жены.

– Я ведь не аграф всё-таки и так не могу, не то воспитание, – улыбнулся я, не желая продлевать эту дискуссию.

Но девушки ухватились за одну мою оговорку и мгновенно перевели разговор в совершенно другое русло.

– А какое у тебя воспитание? – поинтересовалась Леита.

– Дедовское, – не задумываясь ответил я и, ещё раз улыбнувшись девушкам, повернулся к пульту управления.

Просмотрев навигационные карты ближайших секторов, я выбрал один из них, находившийся в двух системах от нашего места расположения. Проверив его описание, я понял, что эта система нам идеально подходит. В ней располагалось несколько совершенно безжизненных планет, и через неё не проходило ни одного караванного пути.

– Ну что, девочки, в путь? – спросил я своих необычных жён, девушек, подруг, необходимо подчеркнуть, правда, в перечне не хватает ещё одного пункта.

Увидев их кивки, я ввёл координаты выбранной системы и в последний раз обернулся в сторону одинокой тёмной точки узла связи. И увидел как будто наяву, хотя физически этого не могло быть в принципе, что станция окутывается минными полями, как неким воздушным коконом, они стягиваются вокруг неё в тугой комок и вот уже не занимают и десятой части того объёма, что был первоначально.

– Я, мы готовы, – услышал я.

– Спасибо, – тихо отозвался я, и на мой голос с удивлением обернулась сидевшая рядом Рахута.

Не обращая на неё внимания, я повторил ещё раз, уже про себя: «Спасибо! – и, поняв, что меня слушают, искренне и от всей души пожелал: – Удачи!»

«Я, мы не подведём», – пришло мне в ответ.

Уже перед самым выходом из системы в гипер я услышал странный нейтральный голос:

– Спасибо.

– Не за что, – ответил я, так и не поняв, кто меня поблагодарил.

На этом всё прервалось, мы покинули эту странную и загадочную систему.

За несколько минут до того, как в пространстве сверкнула вспышка от уходящего в гипер корабля, в совершенно другой точке сектора одновременно открылось семь гиперпространственных выходов.

Если бы кто-то мог наблюдать эту картину, то его удивил бы состав мирно летящих рядом судов, три из которых принадлежали Содружеству, два империи Аграф и один консорциуму архов. Их всех сопровождал корабль размером с огромный линкор, неизвестного происхождения и принадлежности.

При подлёте к станции между кораблями прошла серия быстрых неидентифицируемых переговоров, и линкор остановился и замер, неподвижно ожидая дальнейшего развития событий. Слишком необычно выглядели подлёты к станции, куда им нужно было попасть. Всё там настораживало.

Все остальные суда осторожно стали двигаться в сторону одинокого узла связи, непрерывно отправляя туда группы повторяющихся сигналов. От второй линии судов отделился корабль Содружества и полетел к станции.

Вот он прошёл заградительный заслон из тонкого слоя мин.

Вот пристыковался к базе, открыл створки шлюза и исчез в её недрах.

Оставшиеся корабли ещё несколько придвинулись к границе минных полей. Этот же манёвр повторил и линкор, но встал на приличном расстоянии от кораблей второй линии.