Крылья феникса - Светлана Жданова

Фридрих принял переговорщиков неохотно, прямо посреди своего стана.

Низко присев в самом официальном реверансе, изобретенном наверное для дам, которым есть что продемонстрировать, я подняла на дядюшку Фреди полный девичьей дури глаза и слегка покраснела, выражая крайнюю степень влюбленности. Вадик начал толкать королю речь, но того она не очень-то интересовала — когда ведьма начинает целенаправленно соблазнять кого-то, устоять почти невозможно. А я геройски улыбалась во все тридцать два зуба, хотя жутко хотелось оскалиться не хуже Данте.

Сам демон осматривался вокруг с таким скучающим видом, что даже король соизволил нахмуриться. А я так вообще от злости чуть не задохнулась. Надо же, я тут чуть ли не подушки этому старому ловеласу взбиваю, а этому бесу рогатому все по боку. Зак и Бали куда внимательней относились ко мне.

Ну ладно, это мы еще посмотрим!

Фридрих наконец сдался и проводил нас в большую палатку, уступив мне самое удобное кресло. Я поблагодарила его и принялась изливать такой мед благодарностей, восхищения и прочей лапши на его уши, что король слегка раскраснелся от удовольствия. Основная тема была забыта, советники и послы заметно заскучали, а я развлекалась по полной программе. А накормив мужчинку пряниками до отвала, решила перейти к кнуту.

— О, ваше величество, вы так увлекли меня… хм, своим рассказом, что я совсем забыла о времени. К сожалению, нам уже надо возвращаться, иначе мы не доберемся до королевского стана дотемна. А ночами здесь так страшно.

— Но куда вы собрались? Вы вполне можете остаться на ночь здесь.

— Вы желаете мне зла, господин? Это так жестоко с вашей стороны. Кому, как не вам, столь блестящему правителю, знать, чем карается предательство, а что еще могут подумать в Терезе, когда мы не вернемся в оговоренный срок? Не думаю, что кто-то поверит в нашу задержку по уважительному причине. — Я издала страдальческий вздох, колыхнув грудью. Сидящий неподалеку Вадик закатил глаза. Зато Амели следила за мной с чисто женским интересом.

— Что я могу сделать для вас, леди Лил?

— На данный момент ничего. Моей страной это будет принято как подкуп. Разве только рассмотреть наше предложение, — передернула я плечами.

— И в чем же оно заключается?

Я перевела взгляд на Вадика. Тот понял, что пришла его очередь морочить мозги королю, и принялся излагать:

— Власти Тереза предлагает вам, Фридриху Эрлийскому, удостовериться в правомерности обвинений, выдвинутых против вашего сына. Это можно сделать благодаря такому беспристрастному артефакту, как Кристалл Истины, и независимому контролю. Если вы так уверенны в непогрешимости принца, то эта процедура позволит вам не только снять с принца все клеветнические обвинения, но и выдвинуть ответный иск. В качестве извинения от Тереза, в случае невиновности принца, вы получите не только посыпанную пеплом голову Тито Терезского, но и одну треть его земель. При том вы должны подписать соглашение на тех же условиях. Как жест доброй воли и уверенности в собственном сыне. Подобная проверка поможет вам выиграть войну или избежать ее. Думайте, ваше величество. Мы оставляем вам нужные бумаги с предложением, а нам пора возвращаться.

Я вслед за всеми встала и поклонилась.

— Мы очень надеемся на мирное разрешение этого дела в ближайшее время. Я… я буду рада снова увидеть вас, господин, — потупила я взгляд, все же бросая голубые искры из-под ресниц.

— И как это все называется?

— Развлеклась.

— Слушай, Лил, у всех мужиков такой глупый вид, когда их нагло соблазняют.

— Ох, Вадик, что тебе сказать. Вон, Амели подтвердит, в этом вопросе мужчины не так глупы, как принято думать, они еще глупее. А Фридрих всегда предпочитал молоденьких блондинистых дурочек. Это мне призрак его прадеда доложил, — пояснила я.

— И где ты встречала этот призрак?

— В их дворце, разумеется. Они же без вызова не перемещаются. Меня призраки до сих пор шугаются, как черт ладана. Кстати, чертенок, ты чего замолк?

— Вот думаю, где ты такому научиться могла.

— А где я научилась большинству своих дурных привычек — дома конечно. Ты мою дикую семейку припомни, они и не такому научат. Вадик каким скромником был, а тут смотри как языком молол, не хуже королевского советника. Ну ты брат даешь, я при всем желании так язык не заплету.

— Что с тебя, женщины взять. И зачем тебе водить этого старого дурака за… ну не за руку, короче?

— А я ему потом такое устрою. Вот жена его порадуется, поймав с поличным. Она давно об этом мечтает. Два сапога пара, любят налево ходить.

— Все-таки тебя неправильно воспитали, Лил. Ты ненормальная!

— Ой, а нормальные в моих условиях, думаешь, выжили бы?

Демон усмехнулся и посмотрел на меня своими синими глазами, от которых медленно съезжала крыша.

— Знаешь, малышка, ты будешь великой королевой.

Да-а, комплимента сомнительней он сказать не мог.

Посыльный сокол прилетел в стан Тито даже раньше нашего отряда. Так что нас ждал приятный сюрприз — Фридрих согласился с условиями соглашения. Я вздохнула с облегчением и в тоже время с горечью.

Ну, вот и все.

Переодевшись в удобную простую одежду и снова перекинувшись в себя настоящую, я вечером вышла в люди. Посреди лагеря горели костры простых солдат, военачальников, лекарей, магов и другой разной братии. У одного из них и расположились мои друзья, их друзья и просто любопытствующие. Я тенью скользнула в их ряды и устроилась где-то между своим возлюбленным и Вадиком, сидели они далеко друг от друга.

В руки мне тут же сунули глиняную тарелку с жареной картошкой. Из костра на мои колени шмыгнула саламандра, с некоторых пор переставшая помещаться на плече. Маги заворожено смотрели на это волшебнорожденное чудо, понимая, что приручить саламандру не легче, чем приручить огонь — можно держать в рамках, но не в руках.

Сидевший рядом вояка, украшенный шрамом поперек щеки, глянул на меня с хитрым прищуром:

— И не страшно девке-то на войне?

— А чего боятся? Война не моя.

— Тыг смертушки.

— Эх, дяденька, я с Аидом за ручку здоровкаюсь. Он меня сколько зовет в гости, чайку попить, а я все никак не загляну.

Потеснив воина, на бревнышко, придвинутое к костру, опустился молодой архимаг, лет так под сто пятьдесят. Кажется Вадик назвал его своим мэтром. С Олеандром конечно не сравнишь, но все же учитель ему достался вполне приличный.

— Магаина Лил, — посмотрел он на меня умными карими глазами, — я много слышал о вас от Орлийского. При том весьма занятного.

— О, Вадик много чего может рассказать. И за половину мне приходится краснеть.

— Это конечно лишняя скромность. Вы весьма талантливы, и я считаю глупым растрачивать такие возможности по мелочам. Позвольте просить вас остаться в Терезе. Думаю, король и Академия вполне могут предложить вам кафедру и место придворной магианы.