Воин Яровита - Василий Сахаров

– Рыбак Люк был молод, красив и горяч, и многие девушки любили его. Но однажды парень решил пойти на войну и заработать денег. После чего вместе с другими храбрыми фламандцами он отправился в далёкую Нормандию, где королева Мод (Матильда) вела войну со своим родственником королём Стефаном Блуаским. Они делили трон Англии, и фламандские пикинеры за серебро и золото встали на сторону Стефана. Однако большого сражения долго не было, а затем нормандские аристократы поймали фламандцев на мародёрстве, и войско короля из-за внутренних конфликтов распалось. Дворяне перешли на сторону Матильды, а наёмники двинулись домой, и уже на границе в ногу Люка-красавчика впилась стрела одного из местных разбойников, который, видимо, затаил на вояк зло. Нога загнила, и ее отрезали. И с тех пор Люк-одноногий сидит в таверне и зарабатывает себе на жизнь песнями собственного сочинения.

Вот такая баллада. Простая и незатейливая. О жизненном пути одного отдельно взятого человека.

Музыкальный инструмент смолк, кто-то из гостей кинул Люку несколько мелких монет. Они раскатились по полу, и бывший наёмник, упав на здоровое колено, стал их собирать.

Человека, которого я ожидал, всё ещё не было, и я снова попробовал приложиться к кружке. Эль пах прелой мукой и мышами, а выглядел как белёсый кисель. Дерьмо. Не могу такое пить. Кружка опустилась на стол, а я откинулся на стену позади себя, прикрыл веки и отмотал назад события минувших дней. Воспоминания пронеслись чередой быстрых картинок, и я задал себе один вопрос: верно ли я поступаю? Не знаю. Это как посмотреть…

Итак, мои корабли покинули Зеландию, но поход практически сразу начался с трудностей.

Лишь только «Перкуно» и «Яровит» проскочили пустой пролив Каттегат, как Северное море встретило нас непогодой. Над головой повисли тяжёлые свинцовые тучи, а сильный юго-западный ветер не давал нам продвигаться к Ла-Маншу. Природа словно говорила, что нам не надо идти дальше. Вернитесь обратно в Венедское море! Однако я воспринял это как вызов и приказал дружине сесть на вёсла. Воины роптали, само собой, но я от своего решения не отступился, и через двое суток, так и не послав нам шторм, море успокоилось, а ветер переменился и стал попутным.

Усталые дружинники заулыбались, удача с нами. После чего были развёрнуты паруса. Над драккаром – белый с тёмными полосами, самый обычный, а над шнеккером – чёрный с головой сокола в языках пламени (трофей из Леддечепинга, на котором нарисовали мой знак). Люди, которые уже не раз посматривали в сторону берега, смогли немного отдохнуть, и мы пошли в сторону Ла-Манша и города Брюгге, который находится на входе в этот пролив.

От бухты Яммер до нашей цели дошли достаточно быстро, всего за четверо суток. На нашем пути не попалось ни одного грузового корабля, а на рыбацкие лодки мы не разменивались. Наконец по левому борту показались окраины Брюгге, и под покровом тьмы драккар и шнеккер пристали к берегу. Я намеревался посетить славный фламандский город, чтобы посмотреть на мельницу и алхимика, о которых писал агент купца Менко, и взял с собой только трёх воинов: Немого и пару варягов, которые неплохо говорили на языке саксов. Одежда стандартная – лёгкая кожаная броня с металлическими вставками на груди и плечах, шерстяные и войлочные поддёвки, полотняные рубахи и сапоги, плюс простые деревянные крестики на верёвочке. Оружие у всех своё. Типичные наёмники без роду и племени, которые ищут того, кто возьмёт их на службу.

С Самородом я договорился так. Каждую ночь в течение недели корабли подходят к месту высадки, а утром уходят обратно в море. Грабить пока никого не надо. Только стоянка на рейде и наблюдение за прибрежными водами. В драку с военными кораблями европейцев не вступать. Всё потом. Сейчас самое главное – разведка. При этом Ранко предлагал идти в Брюгге большим отрядом, но я был против. Небольшая группа внимания не привлечёт, так что сделаем своё дело и уйдём.

Ранним утром мы вышли на дорогу и зашагали в сторону Брюгге. Честное слово, я ожидал, что проникнуть за стены и как-то адаптироваться будет трудно. Но, как это часто бывает, в жизни всё гораздо проще, чем в планах. Брюгге – город космополитов, и кого здесь только не было! Фламандцы и брабантцы, фризы и даны, саксы и бургунды, норги и свеоны, тюринги и англы, бавары и гэллы, ирландцы и скотты, итальянцы и славяне, франки и испанцы. Короче, люди со всех концов Европы. Поэтому моя группа легко влилась в толпу, которая входила в город, своим чередом мы заплатили пошлину, и у нас никто не спросил, кто мы и откуда. Я отлично говорил на местном наречии, а варяги вставляли в свой разговор саксонские слова. На шее крестики, а значит, мы свои, католики то есть.

В городе оказались в полдень, и надо было перекусить. Мы походили по окраинам и набрели на «Топор и окорок». Зашли, посмотрели, поели и решили здесь остановиться. На этом первый этап – инфильтрация, проникновение в тыл противника – был завершён. Начинался второй – сбор сведений. Мы прогулялись к мельнице на противоположном конце города, посмотрели на творение местных мастеров и узнали, кто они и где живут. Это в один день, а на другой была собрана вся возможная информация на алхимика Ромуальда Бургоского из Кастилии.

После чего пришла пора подумать о том, что делать дальше, и для начала я собрал весь информационный массив в кучу и обработал. И что же у меня вышло? Хм! Расскажу.

Имеется две цели.

Первая – семья знаменитого мастера Густава Ван-Мейера. Глава клана, крепкий жадный пятидесятилетний мужик, его жена, два взрослых сына с невестками, а также четверо внучат. Все они живут в трёх соседних домах на одной улице невдалеке от мельницы, которую сообща построили два года назад и где сейчас собираются строить вторую. Ван-Мейеры работают от города и свои секреты никому не выдают. Густаву предлагали перебраться в графство Пуату, где его обещали осыпать золотом, лишь бы научил франков своему ремеслу. Однако городская община заявила, что не выпустит его, а если Ван-Мейер примет предложение иностранцев, до Пуату он и его семья не доедет. Мастер семью любил и на риск не пошёл. С тех пор он всё время под присмотром городской стражи и за пределы Брюгге не выезжает.

Вторая цель – алхимик Ромуальд из Бургоса, цепкий и худой, словно палка, седой старик в строгой чёрной одежде и небольшой круглой шапочке. Насколько я понял пожилую служанку этого учёного, которая за серебряную монетку сдала своего хозяина со всеми потрохами, раньше его звали Моисей, он был иудеем, который принял мусульманство. Пока был молод, Моисей побывал в Гранаде (как я и предполагал) и прошёл обучение у арабских алхимиков. Потом он сбежал в Леон и стал католиком. Оттуда, уже получив имя Ромуальд, переехал в Бургос, но был обвинён в ереси и драпанул во Францию. В Париже у него случился конфликт с местной общиной иудеев, которой Ромуальд задолжал денег. Поэтому алхимик снова пустился в путь, сейчас вкручивает мозги бургомистру Брюгге, но собирается бежать в Швабию. Короче, вроде бы и учёный, но в то же время мошенник. Посули такому денег побольше, и он хоть на край света поедет. Вот только очень уж охраняют учёного человека, ибо бургомистр им дорожит, а может, начинает подозревать, что его обманывают и свинец не станет золотом. Ну и, кроме того, за Ромуальдом наблюдают шпионы епископа, который утверждает, что алхимик – слуга дьявола и его надо очистить. Ясное дело, огнём, а иначе никак.