Ходок - Василий Сахаров

Видение накатило неожиданно, как обычно. После рабочего дня, поговорив по радио с Велимиром, который завтра вечером будет ждать меня в Ольгинске, я лег спать. Заснул мгновенно и сразу же обнаружил себя в теле Отти Гореля, который находился в роскошном кабинете и смотрел на пожилого блондина в расшитом позолотой сюртуке. Сразу поступила первичная информация из головы предка, и мне пришлось расслабиться. Все равно ничего изменить или как-то повлиять на ситуацию я не мог. Просто зритель, и не более того…

— Значит, вы утверждаете, что восстание неизбежно?

Губернатор провинции Фризия князь Вернер, собеседник Гореля, посмотрел на него, и полукровка коротко, по-военному кивнул:

— Так точно, господин губернатор. Местные сепаратисты подняли голову, и в городе вот-вот начнутся массовые беспорядки.

— Какова цель мятежников?

— Как обычно, провозглашение независимости.

— И что вы предлагаете?

— Нанести упреждающие удары по базам и лагерям мятежников.

— И вы готовы это сделать?

— Да. Войска Фризского военного округа приведены в боевую готовность и ждут приказа. Правда, сил под моим командованием немного, но мы справимся. А если нам помогут ваши дружинники, тогда все сделаем за сутки.

— Вам известно, кто стоит во главе сепаратистов?

— Нет. На то, чтобы размотать весь змеиный клубок, не хватает времени.

— А ваша разведка не может ошибаться?

— Сведения точные. — Горель положил левую ладонь на рукоять меча и кивнул на стол губернатора, где лежала обтянутая красной кожей папка. — В моем докладе все есть, донесения агентов, копии допросных листов и планы по уничтожению противника. Так что дело за малым, нужна ваша подпись — и мои полки наведут порядок.

Губернатор нахмурился, плотнее закутался в толстый суконный плащ и сказал:

— Ступайте, генерал Горель. Мне надо подумать.

— Но время дорого…

— Я сказал, что должен подумать. — Губернатор оборвал полукровку, который, как выяснилось, уже был в чине генерала, и взмахнул рукой. — Идите и не предпринимайте никаких действий. Вскоре вы получите подтверждение приказа. Несколько часов ничего не решат.

— Слушаюсь!

Вновь короткий кивок Гореля, а потом четкий поворот на месте — и он вышел из кабинета…

Полукровка удалился, а я остался, бесплотной тенью повис в помещении и стал свидетелем разговора губернатора с его секретарем. Раньше такого не было. Но я не волновался и продолжал наблюдать…

Размеренный звук шагов генерала Гореля стих сразу, как только военный оставил кабинет губернатора.

Некоторое время князь Вернер стоял на месте, видимо, размышлял. Но затем он подошел к окну, щелкнул пальцами — и к нему подскочил секретарь, невысокий смуглый чиновник в сером сюртуке, белых панталонах и красных туфлях.

— Да, ваша светлость. — Верный слуга князя склонился в полупоклоне.

— Вызови на связь тысячника Ампелена и передай ему мой приказ — генерала уничтожить, сегодня же, вместе со всеми его близкими и слугами. В живых не оставлять никого. После чего пусть наши воины и повстанцы атакуют казармы республиканских псов и дома их прихлебателей, в первую очередь офицеров, купцов и учителей.

— Ваша светлость, еще не все наши сторонники вошли в город…

— Ничего. Нас больше, и мы на своей земле, а республиканцы чужаки.

— Как скажете, господин. Ваше слово закон для каждого фриза.

Секретарь вновь поклонился, сделал шаг назад, развернулся и вышел. А его господин, полное имя которого звучало как Вернер тан Фриз, посмотрел вниз и увидел, как слегка припадающий на левую ногу генерал садится в окруженную конными арбалетчиками карету, и прошептал: