Грань - Джек Хорн

После моего последнего «Шутовского тура» прошло каких-то три недели. Я была уверена, что мои великовозрастные подопечные позабыли про меня, увлеченные обсуждениями футбольных матчей, торговыми переговорами и бесконечными отчетами. После того как я оставила их у «Пиратского дома», они ругались с женами, мирились, стригли газоны и играли в гольф. Наверняка обо мне и не вспоминали. А я понимала, что уже никогда их не забуду. Тот самый тур стал вехой, после которой завершилась моя нормальная жизнь. Я изменилась как раз в тот момент, когда увидела Хило на Колониал и решила прийти к ней. Тогда-то мой мир и завертелся в бешеном ритме.

Убийство Джинни, жеребьевка. Гнев и ревность Мэйзи, ее исчезновение, пусть и временное. Заклинания Хило, затянувшие меня в ее темный мир и отправившие в объятия Питера. Месть Грейс и сила Оливера, которую я позаимствовала. Коннор и Рен. Огонь, саламандры и духи тьмы, пожравшие моих обидчиков. Джексон и его уход. Крошечный зародыш в моей утробе.

Внезапно я осознала, что сижу на постаменте статуи «Машущей девушки» и глазею на водную гладь в ожидании того, что все потечет своим обычным чередом. Я вдруг поняла Флоренс и то, почему она сорок лет приходила сюда и махала фартуком. Она не ждала мужчину. Она надеялась, что к ней вернется та девочка, которой она была до того, как ее жизнь встала с ног на голову. Я сомневалась, что смогу сочинять про Флоренс небылицы. У меня родится мальчик, заявила мне Эллен, подразумевая, что я оставлю ребенка. Он будет здоровым, если я его выношу положенный срок, заверила она меня. Эмбриону было всего пара дней, и я не нуждалась в ведьмовской магии, чтобы избавиться от этого союза яйцеклетки и сперматозоида. Если бы я того пожелала, можно было сделать так, будто его никогда и не существовало.

Я смотрела на блики солнечного света на реке и инстинктивно опустила руку на живот, защищая зарождающуюся во мне жизнь. До того как ее можно будет определить простым человеческим способом – еще не один день! Я никогда не осуждала женщин, прерывающих незапланированную беременность, но для себя не принимала аборты. Другого не дано. Я выношу малыша, даже если это будет слишком рискованно для меня, как и для моей мамы. Но в таком случае я окажусь накрепко привязанной к Питеру. Мне надо попытаться простить его, ведь я не собираюсь, чтобы мой сын рос без отца. Не знаю, смогу ли я верить Питеру, а я никогда не выйду замуж за человека, который меня однажды предал. Если честно, я не могла сказать, верю ли я теперь вообще кому-нибудь.

Я заметила группу туристов. Они позировали на фоне статуи «Машущей девушки». Мне не хотелось «светиться» на их фотографиях, поэтому я слезла с постамента и побрела по Ривер-стрит, вспоминая туры и своих подопечных. Смотрите на мостовую, не обращайте внимания на то, что я привираю. До бара недалеко! Не забудьте поблагодарить гида.

Мне надо поговорить с Питером, и чем раньше, тем лучше. Нужно все уладить прежде, чем снова начнется безумие. Осталось меньше недели до ритуала передачи, когда энергия грани перейдет к Мэйзи на всю ее оставшуюся жизнь. В наш дом набьется куча представителей девяти семейств, которые обязаны участвовать в колдовском действе. Я неожиданно воспылала симпатией к Эммету. Какой хороший способ заменить девятерых гостей одним големом! Мэйзи вернется скоро – ровно за сутки до ритуала. Интересно, сколько мне придется ей рассказывать и сколько уже ей известно. Неужели она отсутствовала всего неделю?

История о пожаре в доме Джинни и самоубийстве Коннора была на первых страницах газет Саванны, ей даже посвятили несколько минут на местных телеканалах. Я свернула на Брод-стрит, стараясь не попадаться никому на глаза. Знакомые обязательно захотят поболтать о том, что случилось, а у меня настроения нет. Пусть жители Саванны думают все, что им угодно, но лучше им держать это при себе.

Я выудила из рюкзачка мобильный и включила. Тридцать сообщений, в основном – от Питера. Пара голосовых посланий от Эллен и Оливера. Я открыла последнюю эсэмэску Питера. «Приходи ко мне домой», – ответила я, даже не читая.