Академия магического права. Брюнетка в бою - Азалия Еремеева

— Не думал, говоришь? — Ян зло уставился на Андре. — Притом что был в курсе подозрений Торна?

Андре шумно, с негодованием выдохнул и пропустил очередной удар, пришедшийся ему прямо в солнечное сплетение. На миг согнулся, пытаясь восстановить дыхание, а затем отбросил от себя Себастьяна.

— Ты все не так понял! Давай поговорим! — попытался образумить друга Андре.

Однако к разговорам Ян расположен не был и, поднявшись с пола, снова ринулся на оборотня. Закончив обмениваться ударами, словно любезностями, мужчины сцепились не на шутку, применяя все свои боевые навыки.

К счастью, от магии Себастьян все же воздерживался, иначе судьба этой драки решилась бы за несколько секунд. А вот в банальной драке силы мужчин были равны, и увлеченно мутузили друг друга, обзаводясь все новыми синяками и ссадинами. Поначалу смотреть на это было страшно, но затем я осознала, что вся эта потасовка напоминает разборки двух мальчишек в песочнице.

— Прекратите немедленно! — не выдержав, вмешался отец, и подкрепил требование мощным магическим барьером между драчунами.

— Ян, ты все не так понял, — в который уже раз произнес Андре, с трудом шевеля разбитыми губами.

— А как я должен был понять? — тяжело дыша и вытирая кровь, с не меньшим трудом отозвался Себастьян, впрочем, воздерживаясь от дальнейших ударов и нападений. — Или хочешь сказать, что Торн солгал?

— Нет, — признал Андре. — Но это не значит, что я ему поверил.

— Если мне ничего не сказал, значит поверил. А я думал, что ты мне друг.

— Я друг тебе…

— Советую приобрести словарь и прочитать значение этого слова, друг, — произнес Ян с откровенной издевкой. — Разве я хоть раз дал повод в себе усомниться? Но ты поверил Торну и его команде, а не тому, кто десятки раз спасал твою жизнь.

— Вот только не надо делать из меня неблагодарную скотину! Кто бы и что мне ни говорил, я всегда был на твоей стороне! — Андре снова начал закипать.

— Ты должен был сказать! — повысил голос Ян.

— О чем сказать? Что твоя сила может выйти из-под контроля и стать опасной? Так я и говорил! — огрызнулся Андре. — Сколько раз я говорил тебе держаться от Кары подальше, когда узнал, что ее присутствие дестабилизирует твою силу? А? Сколько?! Я пытался уберечь тебя! Пытался тебя спасти!

— Спасти, при этом играя на два фронта?!

Кажется, драка грозилась возобновиться по новой.

— Я сейчас отменю доступ в поместье, и будете продолжать выяснять отношения в другом месте, а не громить мой дом! — предупредил отец и решительно встал между ними.

— Хватит! — вмешалась и я. — Нормально поговорить можно? Без разбитых носов и челюстей? Не угомонитесь, я… я стражу вызову! Будете сидеть пятнадцать суток, как мелкие нарушители правопорядка.

Мужчины изумленно воззрились на меня. А я, подобрав чудом уцелевшую после разборок бутылку квискира и пачку салфеток, двинулась к ним оказывать первую помощь.

Как только следы недавнего «дружеского» общения Андре и Яна были устранены, мы уже спокойно расположились на диванах в гостиной. Конечно, некоторая неловкость и настороженность между отцом и Яном еще проскальзывала, но слишком многое необходимо было обсудить.

Ян хотел знать подробности об исходящей от Кристалла угрозе, которую увидела Иритин. Папа — подробности инициации Себастьяна и причины странного поведения его силы.

По счастью, основные опасения Яна в том, что Хаос с помощью Кристалла мог отравить всех судей подряд, не оправдались. Моя родительница рассказала, что тот способен влиять на людей лишь во время сильной связи при инициации.

В остальном возможности Хаоса к управлению Главным Кристаллом были весьма ограничены.

Хотя их все же хватало, чтобы заставлять Кристалл вспыхивать при касании судей-отступников. Именно поэтому процедура проверки судей была бессмысленна, и сработала лишь, когда Хаос серьезно отвлекся.

А вот о том, почему Справедливость заморозила эмоции Яна, тот рассказать не смог. Хранительница, по его словам, просто утверждала, что это необходимо.

Отец и Андре тут же начали строить предположения о причинах, однако лично меня они не интересовали. Главное, ледяного Верховного судьи больше не было, а был настоящий, живой Ян.

Ну а под конец разговора речь зашла обо мне и моем будущем. Для начала меня отругали за общение с Хаосом.

Ругали сильно, все вместе и по очереди. Да так, что захотелось даже сбежать к недоеденному творогу.

Правда, потом Андре узнал о моем интересном положении и с энтузиазмом заверил, что утроит защиту. Воображение тотчас представило утроенного Годарда, и бежать к нивергатам как-то сразу расхотелось. Уж лучше у Яна прятаться: он хоть и помешан на заботе, но все ж один, и на шантаж, в отличие от моего «няня»-оборотня, реагировал.

Тем более теперь родители ничего против нас двоих не имели, что отец и подтвердил:

— Мы с Иритин даем согласие на помолвку.

— Свадьбу, — поправил Себастьян. — Лишние церемонии ни к чему, и тянуть тоже незачем. На будущих выходных и отметим. Объявление в журнал Церемоний я уже дал.

— А вы не слишком торопитесь? К чему спешка? — осторожно попытался отговорить его отец.

Однако взгляд, которым Ян наградил моего родителя, без слов показал тому всю тщетность уговоров. Отступать Себастьян был не намерен.

— Что ж, как хотите, — не стал спорить папа. — В любом случае, думаю, ты согласишься, что в те дни, когда ты занят, Кара должна находиться в ордене или дома.

— Не возражаю, — Себастьян кивнул. — Поскольку разногласия мы уладили, я надеюсь, что могу без опасений оставлять свою невесту в ее родном доме.

Невеста! Я невеста Яна! Создатель, как же это нереально звучит! И как восхитительно!

Видимо, радость на моем лице была слишком заметна, так как Ян улыбнулся, а объятия рук стали крепче.

— К сожалению, сейчас мне пора, — извиняясь, добавил он и легко поцеловал меня в висок. — О делах тоже не стоит забывать.

— А мне надо в академию, — быстро добавила я.

В орден, под надзор Годарда и бог весть кого еще, не хотелось. Тем более, в академии обед скоро. Нормальный.

Возражать, по счастью, никто не стал. Только Андре вручил аж несколько настроенных на дом ордена сфер танириума и приказным тоном потребовал в случае малейшей опасности сразу перемещаться туда.

Разумеется, я пообещала. А затем, заодно уж, поинтересовалась, где сейчас Ники.

— В академии, — с неожиданным раздражением сухо бросил Андре.

Заметив промелькнувший в его взгляде сердитый янтарный огонек, я поняла: все это не к добру. Неужели они опять поссорились?

От нехорошего предчувствия сжалось сердце, а в академию захотелось еще сильнее.