Один из семи - Роман Галкин

Мужик уставился на меня, явно размышляя, то ли я идиот, то ли из него пытаюсь сделать идиота.

– Мне простимулировать твой мозг, землянин? – тороплю его, мило улыбаясь и очень аккуратно касаясь его сознания, чтобы не причинить боли, но чтобы почувствовал прикосновение. Судя по его наполнившимся ужасом глазам, он почувствовал.

– ФСБ, – поспешно выпаливает он. – Вернее, Смирнов.

– Какой Смирнов?

– Полковник Смирнов. Ну, он что-то типа крыши для нашего предприятия. Мы предоставляем ему информацию о клиентах и иногда выполняем некоторые заказы.

– Он заказал вам взять Суровцева?

– Да.

– Василий жив?

– Суровцев?

– Суровцев. Не тупи!

– Я не знаю. Мы передали его людям Смирнова, и больше мне о нем ничего не известно.

М-да… Вот так петрушка заворачивается… Это что ж мне теперь, с фээсбэшниками воевать? Там-то уж вряд ли кого удастся взять под контроль. И чем им Василий не угодил? Может, все-таки это дело рук Катерины? Ладно, раз уж спокойной жизни мне не видать, будем веселиться по-полной.

– В общем, так, землянин, – дружески кладу ему на плечо руку. – Ты устраиваешь нам встречу с этим Смирновым, и мы забываем о твоем существовании. Если, конечно, ты снова не станешь нам поперек дороги.

– Выбора у меня, я так понимаю, нет?

– Ну почему же? Выбор есть всегда. Ты можешь отказаться, и тогда я сделаю из тебя послушного зомби, как, например, из этого твоего сотрудника, телом которого я сейчас пользуюсь.

Сказав это, украдкой подмигиваю Толику, чтобы ненароком не принял мои слова на веру.

Начальник «Багиры» смотрит на меня со смесью ужаса и недоверия.

– Если ты соглашаешься устроить нашу встречу с этим полковником, то у тебя опять есть выбор, – продолжаю просвещать Сергеича. – Можешь продолжать жить дальше, как ни в чем не бывало, а можешь сменить «крышу». Кстати, как тебя зовут-то?

– Михаил, – представляется он. – В каком смысле сменить «крышу»? Вы предлагаете мне свое покровительство?

– Скажем так – сотрудничество и содействие.

***

– Слушай, Олег, а что это, ну, тот твой человек молол про каких-то землян, про зомби? – озадачивает меня вопросом Толик, когда мы отъезжаем от офиса «Багиры». – Он что, прикалывался?

– Понимаешь, – пытаюсь подобрать более правдоподобное объяснение. – Это такая методика психологического воздействия. Давление на психику мистифицированными образами. Понял?

– Ясно, – говорит Толик, но, судя по его тону, вряд ли ему что ясно. – Надо сказать, убедительно получалось у него это мистифицирование. И где же такому учат?

– Не забивай себе голову всякой ерундой, – отмахиваюсь от вопроса. – Сейчас нужно думать о предстоящей встрече с этим фээсбэшным полковником.

Толик удивленно поворачивается ко мне, заставив машину вильнуть.

– Э-э! – восклицаю я. – Смотри на дорогу! Чай, не в чистом поле едем.

– Откуда ты знаешь про полковника? – продолжает удивляться Толик. – Я же тебе еще ничего не рассказывал.

Вот, блин, действительно, надо было сперва расспросить парня. Ему наверняка хотелось описать все с красочными подробностями. Но теперь придется снова что-то выдумывать.

– Ты, Толик, ей богу, как из каменного века. У каждого моего внедренного в эту фирму агента имеется маленький микрофончик. Дальше объяснять нужно?

– Ясно, – успокаивается Толик. – Как это я сам не сообразил. Получается, докладывать нет необходимости?

– Получается, нет, – подтверждаю его вывод. – Все, что надо, я слышал.

Михаил Колесников, глава «Багиры», заверил нас в том, что обязательно устроит встречу с полковником Смирновым. И уже по результатам этой встречи подумает над предложением сменить «крышу». Я согласился с его предусмотрительностью, хотя сам не мог понять, зачем предложил ему это «крышевание». Ну да ладно, если что, подсуну его Суровцеву. Лишь бы с Василием все было в порядке.

Пообедав в облюбованном Толиком кафе, мы направились домой, ожидать реакции на наши действия. Однако реакция последовала гораздо быстрее. После очередного перекрестка перед нами вышел гаишник, требовательно вытянув руку с жезлом.

– Что ему надо? – пробурчал Толик, останавливая машину и доставая документы.

– Извините, – козырнул подошедший гаишник и тут же ошарашил нас вопросом: – Олег Юрьевич Волин и Анатолий Степанович Синицын?

– Не понял? – Толик удивленно обернулся ко мне, словно я что-то понял и должен ему растолковать.

– Что тут непонятного? Столица город маленький, и мы с тобой в этом городишке стали популярными личностями, известными каждому прохожему или гаишнику, – объясняю ему как могу и, выйдя из машины, обращаюсь к удивившему нас стражу столичных дорог: – Они самые. Чем обязаны вашему вниманию?

– Вас просят пройти в тот автомобиль, – он указывает на черного монстра, стекла которого затонированы настолько, что при беглом взгляде сливаются с корпусом. Размерами это авто не меньше отечественного ПАЗика, только радиаторная решетка слегка выдается вперед. Эмблемы, символизирующей производителя, не замечаю.

– Кто нас там ждет? – спрашиваю чисто для того, чтобы потянуть время для обдумывания ситуации, ибо уже уверен, что напоролся на ту самую реакцию, которую пытался вызвать.

– Тот, с кем вы жаждали встретиться, – сохраняя вежливое выражение на лице, подтверждает мои догадки лжегаишник.

– Неужели Дед Мороз? – восклицаю, задрав кверху брови.

– Дед Мороз, – радостно заулыбавшись, кивает гаишник. – Только вы не удивляйтесь, что он не при параде. До Нового Года еще далеко, поэтому он в обычном костюме и без бороды.

Глянув на слушающего нас Толика, я вспомнил овчарку брата моей первой жены, когда я командовал ей – «стоятьбежатьлетатьсидеть». После такой команды в глазах бедной собаки отражалось нечто не поддающееся пониманию и описанию. И именно нечто такое отражалось теперь в глазах Толика, слушающего про поджидающего нас Деда Мороза, одетого в летнюю форму одежды и сбрившего бороду.

Кстати, о Толике. Стоит ли брать его с собой? При посещении «Багиры» от него особого толку не было. Не потому, что он ни на что не годен, нет, я уверен, что он отличный профессионал. Иначе он не был бы первым помощником Василия. Просто игра идет на несколько другом уровне, который стал доступен мне, но был недосягаем для него.

– Думаю, что одного моего присутствия будет достаточно. Мой водитель вряд ли будет интересен Деду Морозу, – говорю гаишнику и, обернувшись к Толику, полушепотом даю тому указание: – Возвращайся к нашей квартире, но машину не покидай. Будь готов действовать в любую минуту. Понял? Давай.

Сказав, запихиваю его в машину и захлопываю за ним дверь. Про состояние постоянной боевой готовности я сказал парню лишь для того, чтобы тот чувствовал себя в деле и не обиделся на некорректное отфутболивание из игры. Хотя кто его знает, может, еще и понадобится его помощь.