Чёрные крылья зиккурата - Морвейн Ветер

Риана сделала глубокий вдох. Попыталась сосредоточиться на коридоре, бегущем вперёд.

Сердце стиснуло тоской при мысли о том, что она так ни разу и не коснулась патриция в ответ. Не сделала этого сама, хотя сотню раз хотела.

Она снова подняла пальцы к глазам.

«Ему не нужны твои прикосновения», — напомнила она себе. «Всё, что захочет, он возьмёт сам».

На этот раз голос разума, звучавший в её голове, был предательски тих, и Риана толком не поверила в то, что тот говорил.

«А что делать, если я хочу? Хочу сама?» — спросила она у себя, но голос молчал, и не желал давать никаких советов.

Риана замедлила ход, рассеяно оглядываясь по сторонам.

Она пока ещё не была готова ответить самой себе: чего именно она хотела?

Клемента сидела в темноте, сложив руки на груди. В отличие от патрициев, вызвать свет для неё было серьёзным испытанием, так что она ограничилась тем, что наблюдала, как слабо мерцает белоснежная кожа валькирии в темноте.

— Вайне… — позвала она.

— Да, — девочка вскинулась.

— Вайне, не жалеешь, что пошла с нами?

Вайне робко пожала плечами.

— А как ещё?

— Мои слуги остались в Риме… Я скучаю, иногда… По Розе, моей экономке. И по Игл, портнихе. Впрочем, — гетера вздохнула, — когда я встретила Маркуса в первый раз, сразу почувствовала, что всё закончится чем-то подобным. Нет, уверенности не было, конечно… Просто, знаешь, как бывает… Все люди — как пёстрый карнавал. И вдруг ты видишь кого-то одного… И понимаешь, что он один в этой пьесе будет играть главную роль. И идёшь к нему, хотя знаешь, что от него получишь больше боли, чем радости.

Девочка покачала головой.

— Ну, конечно… — Клемента щёлкнула её по носу. — И хорошо, что не знаешь.

Клемента замолчала ненадолго.

— Когда я увидела патриция Цебитара, — сказала Вайне, — я испугалась. Но и… я захотела, чтобы он был моим господином. Не Сант.

Клемента подняла брови.

— Что же он такого сделал? Честно говоря, Маркус обычно страшнее на словах, чем на деле.

— Не-е-ет… Тогда он был страшен. Он убил виверну двумя ударами, — девушка взмахнула рукой, пытаясь повторить движение меча. — В глаз, а потом по горлу.

Клемента фыркнула.

— Он её одним ударом убил.

— Да?

— Да. А вторым срубил голову, чтобы покрасоваться перед императрицей. Вечно он так…

— Но ведь императрица должна была поверить, что это для неё. Он уже нарушил правила и должен был как-то оправдаться.

Клемента посмотрела на валькирию неожиданно серьёзно.

— Ну, да-а-а-а… — протянула она. — Но я что-то не верю в эти оправдания. Мог бы просто не лезть на рожон.

— Но тогда у него не было бы Рианы. И некому было бы его защищать.

— Хватит, хватит, — Клемента подняла руки в защитном жесте. — Я поняла то, что и так знала. Маркус чудо чудное, порождение старших богов.

Она вздохнула.

— Потому это чудо чудное и бросило нас тут.

— Вы хотите посмотреть храм?

— Хочу, а что толку…

Девушка склонила голову и посмотрела на гетеру из-под приспущенных ресниц.

— Тут есть ещё проход, в который они не пошли. Они ведь хотели осмотреть все проходы разом?

Клемента закусила губу.

— Если тут ещё проход, за ним может скрываться что-то опасное.

Валькирия не отвечала.

— А мы не можем сидеть, сложа руки, когда что-то опасное может выползти прямо на нас.

Вайне так ничего и не ответила, но Клемента чувствовала её одобрение.

— Показывай, — приказала она и встала.

Риане казалось, что прежде, чем она дошла до конца коридора, прошло несколько часов. Впрочем, она часто останавливалась у некоторых из полок и подолгу рассматривала кристаллы. Некоторые из них она аккуратно складывала в мешок.

Коридор закончился тупиком. Риана остановилась, ощупывая стену. Ей показалось даже, что она разглядела выемку для кольца, когда в спину ей уткнулось что-то острое.

— Руки, — прозвучал за спиной до боли знакомый голос. Риана не шевельнулась. — Ну что, валькирия, ты всё же решила выполнить свою работу?

Риана молчала. Она жутко не хотела признаваться себе, что по лбу её градом катится холодный пот. Валькирия прикрыла глаза, прислушиваясь к воздуху. Вентильо был не один. Даэв вряд ли знал, что валькирия чует сообщников, оставшихся за поворотом, но прямо сейчас это мало спасало — малейшее движение сулило стрелу под лопатку.

— Сегодня я не буду тебя связывать. У меня есть идея получше.

Идеи Вентильо не сулили ничего хорошего, и против воли спина Рианы напряглась. Потная рука легла ей на затылок, и голову пронзила боль.

— Не надо, — прошептала она. — Я буду слушаться.

— Будешь, будешь. Это тебе не заклятье подчинения. А теперь поговорим разумно. И, может быть, я не стану причинять тебе боль.

— Как ты нашла эту дверь?

Клемента шла позади Вайне, разве что рот не разинув от удивления. Коридор был заполнен оружием всех мастей. Пару раз она брала со стоек необычные арбалеты с двойными ложами и прицеливалась из них, а один раз не удержалась и, пока Вайне не видела, взяла изукрашенный резьбой нож и спрятала в складках туники.

— Вы умеете этим пользоваться? — спросила Вайне, когда гетера в очередной раз взяла в руки особенно изящный клинок и сделала им пару выпадов.

Клемента покраснела и пожала плечами.

— Умею, пожалуй — только, что толку… Риана сказала, что я не умею убивать, и, наверно, она права. Я целительница… а крови боюсь, как кролик удава.

— Это хорошо, — сказала Вайне, глядя на неё большими голубыми глазами.

Клемента подняла брови.

— Это хорошо, что есть люди, которые не умеют убивать, — закончила он.

Клемента привычно фыркнула и пошла вперёд.

Маркус остановился и присел напротив пролома в стене. Чудесная картина лежала на полу в груде пыли. Пролом был ему по пояс, но при желании протиснуться туда было можно.

Цебитар заглянул внутрь. Это был не обычный зал со скульптурой. Он снова посмотрел в коридор. Оставался всего десяток метров. По стенам висели всё те же порядком надоевшие изображения райских садов и прекрасных дев. Хотя ожог на руке всё ещё немного ныл, идти дальше не хотелось, и, пригнув голову, патриций стал протискиваться в проём. Он тихонько ругнулся, когда плащ зацепился за острый выступ и затрещал, но продолжил двигаться дальше, пока не оказался в просторном помещении. Украшенный барельефами потолок поддерживали четыре колонны, внутри каждой из которых мерцали магические спирали. У каждой спирали был свой цвет: оранжевый, красный, синий или белый. Приглядевшись внимательнее, Маркус различил у основания колонн ряды символов, похожих на те, что он уже видел на кольцах. Такие же символы шли по краю колонн под потолком.