Свобода для Господа Бога - Илья Те

«Непонятно», – подумал кардинал. Если бы атаковали серьезные вражеские силы, он бы в любом случае увидел хвост атакующей колонны за одним из поворотов. Тут подбежал вестовой.

– Что за дерьмо? – набросился на него Амир, хмуря брови и всем своим видом выражая недовольство. – Почему колонны сбиваются в кучи? Команды никто не давал, пусть стоят на месте!

Вестовой глядел ошалело, округлившимися, словно в шоке, глазами.

– Это Господь Хепри, сир! – сдавленно выкрикнул он. – На нем Священный доспех из Бургоса и священное оружие. Он убивает нас сотнями, сир. Войска отступают!

Кардинал злобно выругался и отпихнул офицера в сторону, а затем взобрался на один из ближайших валунов. Увидеть он все равно ничего не увидел, но сквозь крики людей и шум бегущих солдатских рядов услышал то, к чему уже был готов: на фоне криков и мушкетной пальбы четко выделялся вполне знакомый ему клекот «трещоток» – короткоствольных автоматов клерикального спецназа.

* * *

Королевские войска отхлынули от крепости. Оставшиеся в живых консидории и немногочисленные габелары из гарнизона Харторикса втянулись внутрь пролома и залегли. Они смотрели вперед, на спины врагов. Там, за пустошью, сбившись необычайно плотной кучей, толпились тысячи морских пехотинцев, а за ними, на улице, усыпанной трупами, возвышалась одинокая фигура в белом.

Гор прошел сюда, на вершину горы, как «сквозь тернии к звездам». Он прогрыз себе путь не через сотни, а через тысячи вражеских бойцов. Он сделал это один. Его четыре дисковых магазина были на исходе. Три первых – совершенно пусты, а в последнем – лишь несколько пуль. Вообще было чудом, что, имея четыре сотни патронов, он прошел сквозь пятитысячную колонну и продолжает сжимать в когтях ужаса еще почти десять тысяч человек, столпившихся сейчас на вершине.

Технология чуда была проста. Горная улочка слишком узка, чтобы атакованные Гором морпехи могли рассеяться и избегнуть автоматных пуль, а ужас, пробуждаемый в их душах неуязвимым бойцом, – слишком велик, чтобы они решились броситься на него скопом.

Не прикрытые латами пехотинцы короля стояли слишком плотно, и каждая пуля, выпущенная Гордианом, пронзала иной раз по десятку человек. Четыреста, помноженные на десять, – серьезное число, если подумать.

Сейчас Гор стоял чуть согнувшись, под тяжестью амуниции, которую не снимал уже слишком давно, и пытался передохнуть. Как бы ни была совершенна система жизнеобеспечения космического скафандра, снять тяжесть с позвоночника и усталость с натруженных ног она не могла. Столпившиеся на вершине люди, зажатые между ним и обороняющимися бойцами Бранда и Манзания, так же замерли в напряженном молчании, взирая на него с нескрываемым ужасом.

Гор не стал испытывать терпение вражеских командиров дальше. Он выпустил один автомат, который повис на ремне, и поднял пустую правую руку вверх, приглашая к переговорам. Через несколько минут по плотным рядам морпехов прошла волна и из-за спин рядовых показался старший офицер с нашивками полковника и золоченым мечом на боку. Он протолкался вперед и размеренным, осторожным шагом, придерживая свое оружие, направился к бывшему демиургу.

Когда расстояние между ними составило метров пять, Гор снова поднял руку раскрытой ладонью вперед.

«Стоп, – говорил его жест, – поговорим так, ближе не надо». Вражеский переговорщик подчинился и застыл на месте, приставив одну ногу к другой, как на параде.

– Как зовут? – спросил Гордиан, стараясь говорить как можно более властно и вместе с тем небрежно.

Звук его голоса передавался изнутри скафандра нашлемным динамиком.

– Полковник Ратан мое имя. Генеральный штаб Его величества, – последовал ответ. – Представитель королевской армии при дворе Его высокопреосвященства кардинала Амира.

– Отлично, – кивнул Гордиан. – Я желал бы увидеть обоих – и короля, и кардинала. Они здесь?

– Его величество находится на борту своего флагмана «Пронзитель» в гавани порта. Здесь только Его высокопреосвященство, но он желает вести беседу через меня. Во избежание м-м… во избежание осложнений.

Гор захохотал, а полковник Ратан нервно дернул усом, но в целом виду не подал и стоял, почти не шелохнувшись.

– Его высокопреосвященство боится получить пулю в лоб, не так ли?

– Его высокопреосвященство бессмертен. В случае убийства он будет возрожден внутри храма. Он переживает, что насильственная смерть кардинала на глазах у тысяч солдат королевской армии может негативно сказаться на боевом духе солдат. Особенно, если убийство совершит некто, в доспехе Его Божественности Господа Хепри. «Сгорающий Дракон» у вас на груди, сударь, «Сгорающий Дракон»!

Гор хмыкнул:

– Разумно.

– Разумеется. Но я послан не обсуждать с вами, сударь, разумность решений Его высокопреосвященства, а услышать требования относительно вашего неожиданного визита. Мне также велено увидеть ваше лицо. Во-первых, в этом случае переговоры будут честнее, вы-то мое видите, а во-вторых – я должен убедиться, что вы действительно Гордиан Фехтовальщик.

– А у вас есть сомнения?

– В общем нет, но приказ кардинала – это приказ кардинала.

Гордиан пожал плечами и спокойно поднял тонированный экран забрала, так как светлое пуленепробиваемое стекло в любом случае защищало его от выстрелов.

Полковник кивнул, узнавая эшвенскую знаменитость.

После процедуры опознания Гор демонстративно отстегнул пустой магазин от левого автомата и с видом скучающего снайпера на стрельбище пристегнул к нему другой, сохранившийся в сумке такой же пустой магазин. Правый и единственной автомат, где оставалось немного патронов, он оставил нетронутым.

– Теперь так, – сказал он, – коль скоро вы меня опознали и имеете представление о том, с кем ведете беседу, я оглашу свои условия.

Гор секунду смотрел на полковника, выжидая, не скажет ли тот что-нибудь, но офицер молчал – и тогда он продолжил:

– Первое! Вы немедленно предоставите возможность бойцам гарнизона и моим консидориям, что заперты в крепости порта, спокойно покинуть город. Второе! Вы сдадите нам свое оружие и останетесь ждать, пока мы не отойдем от Харторикса, по крайней мере, до горного перевала. Это все. Кровавых жертвоприношений и выдачи головы Его преосвященства мне пока не надобно.

Ратан сдержанно, хотя и несколько нервно, улыбнулся. Поправил волосы на виске, как бы невзначай демонстрируя Гору шунт.

– А, вы тоже бессмертны, как я погляжу! – воскликнул тот.

– Бессмертен, но вы понимаете, умирать пока не приходилось и пробовать как-то не хочется.

– Тогда к чему этот жест непричесанного педика, я не пойму? – вскипел Гор. – И эта улыбка? Вы находите мои требования смешными, сударь?

– В некотором смысле, да, сударь. А шунт я вам показал, чтобы вы также имели представление, с кем ведете дело, и не пытались оказывать на меня давление, угрожая физической расправой. Сколько у вас патронов?