Игра Мелины Мерод - Александра Гром

— Кто принёс его?

— Не знаю, — парень осторожно тянет свою руку из захвата, приходится отпустить. После этого он успокаивается и становится разговорчивее. — Да и никто не знает. Мы с администратором всего на минуточку зашли в подсобку. В вестибюле никого не было, вот он и не стал звать напарника. Как вернулись, то увидели письмо. Его оставили прямо на стойке.

— А что охранник? — Тоже ведь потенциальный свидетель! — Если спросить, он что-нибудь расскажет?

— Да что он может рассказать! — фыркает мальчишка. — Постояльцы не любят, когда охрана на виду, поэтому наши стражи порядка сидят в своей каморке и носу не кажут, пока какой-нибудь шебутной к порогу не подойдёт. Только в таких случаях и выходят!

Вот вам и разница между жизнью в провинции и в столице. Розельская публика чувствует себя спокойнее, имея возможность воочию наблюдать, что о безопасности заботятся. Но это всё пустое! Главное — никто ничего не видел. Остался лишь один пустяк:

— А как вы меня узнали?

Мой вопрос вгоняет парня в краску, но он всё же находит в себе силы справиться со смущением и ответить:

— Я видел, как вы регистрировались. Фамилию услышал и запомнил. Она же у вас необычная… ну, и внешность тоже… м-м-м, запоминающаяся, — парень переминается с ноги на ногу. — Так я могу идти?

— Разумеется! Благодарю за помощь! — подкрепляю свои слова улыбкой. Незадачливый курьер тут же забывает все свои печали и светлеет лицом.

Вот оно, живое доказательство того, как мужчины «теряют голову от дамских прелестей»!

— Что это вы ни с того, ни с сего накинулись на мальчишку? — господин Девро строит презабавную мину, демонстрируя удивление.

— Все мои знакомые подписывают письма, — я показываю конверт своим собеседникам, — а тут только моё имя. Да и почерк этот я никогда прежде не видела.

Лицо старого следователя приобретает отстранённое выражение. Обычный прохожий принял бы это за безразличие, но только не я! Я знаю, что кое-кто уже строит гипотезы по поводу личности отправителя!

По лицу Роже, напротив, видно, насколько он захвачен процессом изучения конверта в моих руках. Есть такое выражение «ощупать взглядом», так вот, пока вы не видели, как это делает маг, вы никогда не поймёте его в полной мере.

— И каково же ваше заключение, коллега? — спрашиваю без усмешки.

— Никаких следов магии, — Роже трёт переносицу, разглаживая морщинку, появившуюся от метафизических усилий.

— А вы что скажете, господин Девро? — поворачиваю голову к следователю.

— Конверт самый обычный, почтовый. Чернила на вид тоже. Почерк ни о чём не говорит, поскольку его можно изменить. — Заметив, что Роже собирается возразить, господин Девро уточняет: — Его можно изменить и без магии, господин Рейн!

Мой помощник закрывает рот, оставив свои мысли при себе.

— Ну, вскрываёте уже! Не томите! — подначивает пожилой мужчина.

Поскольку его совет соответствует моим собственным намерениям, я вскрываю конверт. Внутри находится небольшой листок бумаги с коротеньким посланием. Как там говорил господин Девро: обычные чернила, почерк, который можно изменить. От себя добавлю: бумага выбрана тоже самая обычная, писчая.

Что касается содержания… господин Альстейн меня не разочаровал.

— Ну, что же там?! — изнывает от любопытства следователь.

— Трудно сказать — я аккуратно сворачиваю записку и убираю обратно в конверт, — возможно, ключ к раскрытию кражи Этель. А возможно, чья-то нелепая шутка. Я бы не стала особо доверять подписи «тайный доброжелатель».

— Опять скрытничаете! — господин Девро в притворном недовольстве грозит мне пальцем.

— Ну что вы! Просто осторожничаю. Не хочется, знаете ли, выглядеть глупо, если это послание окажется розыгрышем, — я вздыхаю, — но как бы то ни было, из Миля мы с господином Рейном уезжаем.

— Когда?! — вопрошает наш местный помощник.

— Мы отправимся в столицу на ближайшем дирижабле.

— Точнее, на том, на который успеем, — Роже вклинивается в диалог, — Мелина, вы, возможно, предполагали скорый отъезд, потому и подготовили вещи, а я в ваши планы посвящён не был.

— Не огорчайтесь! — я улыбаюсь ему, — Мой чемодан тоже не собран.

— Ну, так-то оно правильно, — рассуждает вслух господин Девро, будто и не слышал наших с Роже препирательств, — у нас вам теперь делать нечего. С Росери работают, архив вы тоже на ноги подняли, и какой толк вам сидеть здесь, дожидаясь почты, если все бумаги подготовят в вашем же Управлении. Зацепка опять же появилась. Думаю, и она зовёт вас в Розель, раз новость об отъезде стала неожиданностью для вашего напарника.

— Правильно мыслите, — свою похвалу я приправляю тёплой улыбкой, чтобы господин следователь не подумал, будто я зазнаюсь, и не обиделся.

— На том и стоим, — вздыхает мужчина грустно, но тут же переключается на более конструктивный лад. — Вы документы с собой заберёте или с курьером выслать?

— Можем и сами забрать, если вы за час успеете всё собрать и доставить в порт.

— Думаю, мы вам в гостиницу посылочку успеем доставить!

— О! Это будет прекрасно! А не могли бы вы ещё кое-что с собой сейчас забрать, чтобы почтой в наше Управление отправить? С пометкой «срочно».

— Ну, разве я могу отказать вам в такой маленькой просьбе? — господин Девро всплёскивает руками.

Выглядит жест очень мило! Наверное, я какое-то время даже буду скучать по этому старику!

— И каковы же наши дальнейшие планы?

Надо отметить, Роже выбирает не самый удачный момент для расспросов: дирижабль уже поднялся на положенную высоту и быстро движется к портальному кольцу.

— Разъедимся по домам, после чего вы направитесь отрабатывать свою зацепку, а я в Управление дописывать отчёт?

Единый! Очевидно, мой помощник распробовал, что такое настойчивость! А я, может быть, нервничаю и переживаю в такой ответственный момент! После исповеди господина Росери это нормально, а он…

Согласна, сильной быть необходимо, но сегодня я уже совершила подвиг, не вздрогнув, когда увидела Отеса, — не моего бывшего жениха, а подручного господина Девро — доставившего документы!

— Нет, Роже, — заметив пытливый взгляд спутник, я отвлекаюсь от вида за иллюминатором, — если вы надеялись так скоро избавиться от моего общества, то вас ждёт разочарование. Вы мне ещё понадобитесь.

— Хотите, чтобы я сопроводил вас, туда, куда вы планируете отправиться?

Я почти готова поверить в искренность его удивления, но нет, не верю!

— Очень хочу. Ваша помощь будет неоценима. Так говорит мне интуиция.

— Интуиция… ваша интуиция — великая сила. А моя вот — довольно посредственная. Я не могу представить, какие действия вы собираетесь предпринять, да и содержание записки от тайного доброжелателя — для меня загадка.