Город драконов. Книга третья - Елена Звездная

Он не шевельнулся с места, нависая надо мной практически, я смирилась и с этим, молча глядя на лорда.

Открылась дверь, вошла миссис Макстон с подносом.

Пройдя, безмолвно поставила оный на стол, налила чай мне, добавив в него мятную веточку, плеснула чаю Арнелу, с таким видом, что стало ясно — экономка с удовольствием налила бы в эту чашку яд, с превеликим удовольствием.

И на миг, на этот самый миг, когда миссис Макстон вошла, мне стало чуточку легче. Но взгляд ее светлых глаз, мое едва заметное отрицательное движение головой, и домоправительница нехотя вышла. Миссис Макстон много лет прожила с драконом, она как и я, прекрасно знала, на что они способны.

А потому, идти на открытое противостояние, было глупо.

Мы и не шли… до определенного предела. Но лорд Арнел уже практически к этому пределу приблизился. Я бы даже сказала — он на нем пребывал!

— Страшно пить чай, поданный со столь нескрываемой ненавистью, — усмехнулся дракон, между тем, все же взяв свою чашку чая, и поднеся обжигающий напиток к губам.

Да, драконы могли позволить себе пить даже кипяток, они многое могли себе позволить. Очень многое.

— Мисс Ваерти, — глядя в окно за моей спиной, произнес лорд Арнел, — вы обратили внимание на то, что драконы… крайне плодовиты?

О, было бы сложно не обратить внимание на данный аспект.

— Более чем, — холодно ответила я, придвинув чашечку к себе и начав помешивать чай.

— А вас, — продолжил мэр города, — этот аспект не смутил?

Хороший вопрос, еще бы понять, как на него реагировать.

Решив, что лучше не реагировать вовсе, я с некоторым раздражением, заметила:

— Меня смущает многое другое, лорд Арнел.

Дракон перевел взгляд с окна за моей спиной на меня, усмехнулся и произнес:

— Я не чудовище, мисс Ваерти, я животное.

— Все мы в какой-то мере животные, — заметила я, — это истина, основанная на научных трудах о человеческих потребностях.

— Да, — подтвердил мэр Вестернадана, — но если люди обрели разум самостоятельно, следуя естественному ходу эволюции, драконы — нет.

И с этим словами, Арнел поднялся, прошел к нескольким стульям, что были расположены у стен, взял ближайший, вернулся вместе с ним, и расположив в шаге от меня, устроился лицом к окну, чтобы, попивая чай, тихо продолжить:

— Мои далекие предки не были разумными. Они селились в горах, питаясь в основном горными козами, иногда не брезгуя иными формами жизни, и делясь на тех, кто проживал в своеобразной «стае» и свободных одиночек, в основном самцов. Так лучше?

Вопрос, а следом вопросительный взгляд на меня.

— Лучше «что»? — несколько нервно переспросила я.

Указав на свое местоположение, Арнел пояснил:

— Я устроился чуть дальше от вас, надеясь, создать более комфортную обстановку опять для вас же.

— О, вы так любезны! И так заботливы! — ирония наполовину с сарказмом.

Но подавив собственное раздражение, я попросила:

— Продолжайте.

Удовлетворенно кивнув, он вернулся к рассказу, вновь глядя на снежный пейзаж за окном.

— Это был их просчет, — тихо сказал лорд Арнел, — свободные самцы.

Почему-то, едва он это произнес, мне вспомнилась миссис Томпсон, городская сваха, погибшая ужасной смертью, и идея переженить всех драконов города, совершенно идиотическая, но воистину маниакальная идея, с не менее маниакальным упорством воплощаемая в жизнь.

И вдруг Арнел тихо спросил:

— Вы помните наш примечательный разговор в подвале вашего дома, в момент, когда вы направили мою трансформацию по нужному пути?

Я помнила, что мы наговорили много ненужного и мало приятного друг другу, но едва ли сообразила, на что конкретно намекает Арнел.

Едва заметно усмехнувшись, дракон тихо напомнил:

— Вы сказали следующее: «При всем моем уважении, лорд Арнел, если вы станете драконом, единственными подходящими половыми партнерами станут… разве что киты. Ну, может быть, китовые акулы. Как вы в целом относитесь к рыбам?»

О… м-да.

— Если вы рассчитываете на то, что мне станет стыдно, то напрасно! — вскинув подбородок, вызывающе сообщила я.

Никак не став комментировать мое высказывание, Арнел продолжил:

— Это задело. Меня. В тот момент. И не только ваша ирония смешанная с неприкрытой неприязнью, а слова по поводу… половых партнеров.

Я солгала, говоря, что мне не станет стыдно… мне стало. Стыдно и неловко. Но я находилась не в той ситуации, чтобы выказать это хоть в какой-то мере, а потому прикрыла смущение глотком обжигающего чая, и предложила:

— Продолжайте.

Арнел смотрел на меня со все понимающей усмешкой, но смущать сильнее не стал.

— Ваши слова действительно задели меня, мисс Ваерти, но не в том смысле, который заставляет ваши щеки полыхать от смущения. Право, в данный момент в гораздо большей степени смущен я, но… вы достойны правды, и я прилагаю неимоверные усилия, чтобы поведать вам ее.

И дракон вновь воззрился на пейзаж за окном.

Несколько томительных мгновений Арнел молчал, затем едва слышно произнес:

— Чистокровные драконы — это звери. Не оборотни, изначально обладающие двумя ипостасями, а именно звери… Так было тысячи лет, а после… в какой-то момент, свободные самцы остались без… Как вы там говорили? Без подходящих половых партнеров?

Что ж, вот теперь я действительно была более чем смущена. И мне очень не хватало присутствия миссис Макстон, которая смогла бы пресечь подобные разговоры, несмотря на явственное понимание, что я уже взрослая девочка и давно пора куда как более спокойно относиться к подобным вещам.

— Продолжайте, — не смея поднять глаза от чашки чая с веточкой мяты, попросила я.

— Прилагаю неимоверные усилия для этого, — как-то горько усмехнулся Арнел. — Итак, перед моими предками встала насущная проблема размножения. Сомневаюсь, что самцы, охваченные желанием и инстинктами, думали о выживании всего драконьего вида, но, судя по тому, что мы с вами сейчас сидим здесь и мирно попиваем чай, рыбы в качестве половых партнеров драконам явно не приглянулись.

Мне было стыдно, и я была смущена, но не до такой степени, чтобы не отреагировать на его очередную колкость, собственной:

— Ходят слухи, что в некоторых океанах водятся русалки, — протянула, ни на что не намекая.

— А вы язва, — усмехнулся Арнел.

Я не стала развивать дискуссию, ожидая продолжения его рассказа, который… несколько выходил за рамки моего понимания, вероятно поэтому, мне так хотелось узнать правду.

Однако, как оказалось, до правды еще копать и копать.