Город драконов. Книга третья - Елена Звездная

И правда, суровая, неприглядная, жуткая правда возникла страшным монстром под названием «Власть».

Несколько секунд я сидела, глядя в пространство перед собой, и вспоминала проект профессора Стентона по заказу империи занявшегося разработкой методики, позволяющей оборотням контролировать себя… Это была благая цель. Благое дело. Мы действительно помогли ОрКоллину и его солдатам научиться контролировать свою сущность, контролировать, чтобы иметь возможность существовать в социуме и стать полноправными членами общества.

Но разве на этом империя остановилась?

Нет. Получив успех на этапе подчинения оборотнями собственного зверя, государство пожелало большего — контроля над оборотнями. И это профессор Стентон ответил категорическим отказом, он был драконом, он был сильным магом, не просто ученым — практически гением, он совершил научный прорыв в деле оборотней… Но там где прорыв уже совершен, гений больше не нужен, могут справиться и простые ученые… Стентон презрительно называл их ремесленниками и считал что у них не хватит мозгов на что-либо путное… Но двое из подчиненных ОрКоллина и те механически-магические штуковины в них, что давали уже полный контроль над разумом оборотней, лично мне доказали обратное.

Оборотней можно было контролировать. Полностью. Превратить в тех самых солдат, которые выполнят приказ любой ценой, невзирая на мораль и честь. К слову о чести — ОрКоллин испытывал благодарность и был полностью предан герцогу Карио, но когда осознал, к чему стремится Коршун Карио восстала именно честь генерала, ведь присягу на верность он принес императору. Присяга та же клятва, а не в традициях оборотней нарушать собственные клятвы.

И вот мы подошли к традициям. Традициям, которые по сути своей являются — заветами предков.

А в заветах драконьих предков у нас значится: 1. Окружай жилье свое железом, оно укажет опасность. 2. Берегись серебра, оно туманит взгляд. 3. Никогда не связывайся с императорской семьей. 4. Уничтожай ржавое семя».

— Чего-то не хватает, — прошептала я, — еще одного завета.

— Простите? — переспросил лорд Арнел.

Он молчал все это время, не желая прерывать мой мыслительный труд, но сейчас видимо счел мой шепот вопросом. Однако я не спрашивала — это было утверждением.

— Еще один завет, — я все так же смотрела в пустоту перед собой, — завет, который не прозвучал, но он неукоснительно исполняется.

Я медленно перевела взгляд на градоправителя Вестернадана, грустно улыбнулась и произнесла:

— Там должно было быть еще что-то вроде «Живите обособленно», не так ли?

Арнел промолчал, но слова мне уже не требовались, у меня имелись факты.

— Ставший владельцем дома в Городе Драконов, автоматически становится заложником своего состояния.

Мне было сложно произнести эти слова. Безмерно и безумно сложно. Закон Вестернадана перечеркнувший всю мою жизнь. Поставивший крест на ней! Ведь я могла бы остаться в столице. Я могла бы жить там, среди людей, а не… нелюдей, могла продолжить карьеру ученого, возможно, с течением времени, смогла бы выйти замуж, завести семью, детей… но все это у меня отобрал всего один неимоверный закон драконов. Закон, о котором не распространялись, но который драконы же и соблюдали.

— Ненавижу драконов! — выдохнула совершенно искренне.

Воистину — ненавидела.

Тем проще было продолжить:

— И четвертый пункт «Уничтожай ржавое семя», судя по всему, был запечатлен профессором Стентоном неверно, либо не полностью, там должно было быть еще «Контролируй свое семя».

Я вновь посмотрела на листок, прочла в который раз слово «Зверь», и озвучила сделанный мной вывод:

— Вас действительно вывели путем селекции, и императорской семье это известно. А так же, — я взялась за перо, и начала рисовать цветок на листке, — императорской семье известно, что вас сотворили максимально плодовитыми и максимально же управляемыми.

В кабинете послышался отчетливый скрежет зубов.

— Не нервничайте, — посоветовала, начиная прорисовывать второй лепесток.

— Вам легко говорить, — отозвался лорд Арнел.

— Мне? — горько усмехнулась. — Мне сложно, мне гораздо сложнее, ведь именно я заложник положения введенного вашими предками, но… — прорисовываю третий лепесток, — я, как ученый, не могу не отметить следующего факта — человеческое общество контролировать невозможно.

И положив ручку на листок, я откинулась на спинку кресла, сложив руки на груди и глядя на с трудом сдерживающего глухую ярость дракона.

— В каком смысле? — уточнил лорд Арнел.

— В прямом, — еще одну горькую усмешку подавить не удалось. — Контролировать людей очень сложно, лорд Арнел. Мы прогибаемся под обстоятельства, принимаем ситуацию, но затем ищем выход и находим его. Это продемонстрировала вам я, использовав заклинание на порядок слабее, чем табуирующее «Uiolare et frangere morsu», но в то же время в каких-то аспектах более эффективное, и это же все человеческое сообщество империи продемонстрировало империи, едва обществу стало известно о зверствах магов старой школы.

Лорд Арнел вопросительно вскинул бровь.

— Дело о магах старой школы «Генверт», — любезно пояснила я. — Видите ли, маги старой школы изначально были сильнее обычных магов, у нас, понимаете, уровень магических сил поменьше, а для того, чтобы начать изучать «старую школу», требуется дар не менее десятого деления на шкале магизмерителя. Так что изначально маги делились на элиту, прошедшую обучение гораздо более существенное и усложненное, и нас — простых магов. Это было естественное положение вещей, априори — не было смысла спорить, все знали, что они сильнее. Как видите, имелся устоявшийся порядок, и ему не противились. Но все изменилось, когда один из лаборантов университета Генверт обнародовал факты проводимых там опытов над людьми. И едва появились утренние газеты с ужасающей правдой — на улицы вышли все. Абсолютно все! Человечество ощутило угрозу, человечество пришло в ужас от бесчеловечности произошедшего, человечество сплотилось в едином порыве — добиться справедливости.

Арнел подошел ко мне, встал, едва ли в шаге, и поинтересовался:

— Почему вы сделали акцент на слово «справедливость»?

Я не сдержала улыбки, и спокойно ответила:

— Потому что вам, драконам, как я имела возможность не раз убедиться, справедливость неведома. И прошу вас, отойдите на шаг назад, иначе все дальнейшие выводы, вы будете делать в одиночестве и без моего участия!

Лорд Арнел демонстративно сделал шаг назад, предоставляя мне пространство и возможность продолжить.

— Благодарю.

И все же я помедлила еще мгновение, прежде чем озвучить главное. И я озвучила, устало, но вместе с тем уверенно глядя в нечеловеческие глаза подчеркнуто внимательного… все-таки зверя.

— Драконы плодовиты и управляемы, — я знала, что эта фраза неимоверно злит мэра Вестернадана, но именно в ней заключался ответ, а потому безжалостно повторила: — Плодовиты и управляемы. Люди — нет. У нас бывают вспышки рождаемости, но так же случаются и пандемии — массовые заболевания, собирающие кровавую и многочисленную жатву, в то время как драконы — сильнее, устойчивее, выносливее, и… — я вспомнила дневник монахини матушки настоятельницы Исабель, — гораздо меньше болеют.