Шпионка в академии магии - Морвейн Ветер

– Думаю, ты тоже мог бы добиться большего, – сказала я, – если бы не прятал свои силы от себя самого.

Мы оба замолкли и постепенно стали засыпать, слушая воцарившуюся над болотами тишину.

Я не заметила, как погрузилась в сон, в котором не было ничего, кроме теплых рук обнимавших меня. Впервые за долгое время я чувствовала, как силы восстанавливаются, заполняют меня.

А потом что-то нарушило мой покой. Я поняла это раньше, чем открыла глаза. Лежала, прислушиваясь к собственным ощущениям, и вдруг поняла: Рован тоже не спал.

Я приподняла голову и взглянула ему в лицо. Он лежал, широко раскрыв глаза и глядя на звездное небо. Несколько секунд я просто любовалась светом небесных огней, озаривших его лицо. Костер еще потрескивал сбоку от нас, и от него исходило куцее, не разгонявшее промозглой сырости болот тепло.

– Что ты видишь там? – спросила я. Будущее? Прошлое? Себя самого?

Рован не повернул голову, только рука его коснулась моих волос.

– Посмотри, – сказал он.

Я перевернулась на спину и, опустив затылок на его подставленную руку, тоже посмотрела на небо.

– Звезды, – сказала я, – незнакомые звезды иных миров.

– А еще?

Я пожала плечами.

– Темнота.

Темнота, повисшая над болотами, в самом деле была густой, хоть режь ножом. Кроме звезд – ни единого огонька. Но Рован, кажется, имел в виду что-то другое, и я, приглядевшись, стала понимать.

Звезды были не такими яркими, как недавно, в Академии. Казалось, они находились дальше от нас. Но еще они складывались в странный узор, как будто в нескольких местах из неба вырвали огромные куски, за которыми не было ничего – никаких огней.

– Облака, – предположила я, все еще не понимая до конца, что так заинтересовало Рована.

– Может быть, – согласился он. – Иди сюда.

Рован притянул меня к себе и принялся целовать. Губы его гуляли по моей спине, а я не знала, остановить его или нет. Наконец мне удалось оторваться от его губ, и я прошептала:

– Рован… Дункан… послушай, давай не будем расцарапывать застарелый шрам. Все скоро кончится. Ты уйдешь, а мне придется снова вспоминать тебя… Вспоминать единственную ночь, которую я никогда уже не смогу повторить.

Рован долго молчал, своими неописуемыми глазами глядя мне в глаза.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Мне отодвинуться?

– Холодно же…

Усмешка отразилась на его губах. Рован прижал меня к себе, и мы снова попытались уснуть.

Меня разбудил лучик солнца, бегущий по щеке. Наверное, солнце было редкостью в этих местах, но нам повезло.

Спина и плечи ныли, не хотелось открывать глаза, потому что тут же я представляла себе, как придется вставать и снова тащиться пешком по вязкой земле.

– Подъем, – услышала я сбоку, и тут только поняла, что Рована уже нет в моих объятьях. Это развеяло всякий сон. Я резко села и обижено посмотрела на него.

Рован устроился около костра и, протянув над огнем веточку с нанизанными на нее коричневыми плотными комочками, вертел в руках. В воздухе разносился аппетитный запах жареных грибов, и тут только я поняла, что не ела с тех самых пор, как попала сюда.

– Позавтракаем и пойдем, – сказал он, протягивая прутик мне.

– Они не ядовитые? – с опаской спросила я, но прутик приняла. И тут же, забыв о своих словах, продолжила: – Куда мы пойдем, Рован? Кругом одно и то же, болота, камыш и вода.

Рован насмешливо посмотрел на меня и указал пальцем в небо. Я машинально подняла взгляд, следуя за его рукой, и выронила прутик в траву.

– Великие Врата! – выдохнула я и подскочила на месте. В небе над нами парили каменных глыбы летающих островов. – Академия, да?

– Думаю, да, – сказал Рован, – но я все же советую поесть…

Уже не слушая его, я выпустила крылья и рванулась вверх.