Белая волчица - Юлия Стишковская

— Я люблю тебя мам.

Она повернулась ко мне.

— Что с тобой доченька? — встревоженно смотрела на меня своими кошачьими глазами.

Папа обожал её глаза. Всегда говорил, что они пленили его, заворожили своей колдовской притягательностью. В сочетании с вздёрнутым носиком и не пухлыми, но красивой формы губами яркого розового цвета, мама была эталоном красоты в их школе.

— Всё хорошо. Прости меня, пожалуйста! Я глупо вела себя, как маленький ребёнок.

Глаза Селены наполнились слезами.

— И ты прости! Я не хотела, чтоб ты запомнила его таким. Я до сих пор не могу стереть из памяти тот день.

— Я знаю. — крепче обняла её.

Оставшееся время бы болтали обо всём. Рассказала о друзьях, учёбе и немного о Джейсоне. Пока сама не понимаю в каких мы с ним отношениях. Несмотря на сон, день начался очень хорошо. Наконец, на душе ощутила свободу. Меня не тяготила дурацкая обида. Не будь я упрямой, всё наладилось бы уже давно.

Бодро и уверенно вышла из дома. Правда уверенность улетучилась, едва заметила машину Джейсона. Сердце понеслось галопом.

Увидев меня, он вышел из своего камаро, открыл противоположную дверь, предлагая сесть.

— Что ты тут делаешь? Я всегда в университет хожу вместе со Стефани. — всячески избегала его взгляда.

— Её забрал Шейн.

Крайне удивилась. Если так, то почему не предупредила меня?

— Стефани не знала. Он перехватил её. Шейн намерен вечером показать ей свою вторую сущность. Боясь, что она отвернётся от него, хочет, как можно больше времени провести с ней, пока у него есть возможность. — по гиганту не вооружённым взглядом видно, что он переживает за друга.

— Стефани знает про меня. Так что ему нечего бояться.

— Что? — Джейсон удивлённо склонил голову на бок.

— Я рассказала ей. Вообще-то ругалась с Данной, а она оказалась невольным свидетелем.

Обошла его, стараясь ни в коем случае не задеть. Мне кажется, если я коснусь его, меня ударит током.

Он улыбнулся. Либо всё написано на моём лице, либо выдало странное поведение.

В машине везде стоял его пленительный аромат. Запах окутывал. Голову закружило. Джейсон наклонился и опередив меня, пристегнул ремень безопасности.

— Твой аромат. — его зрачки расширились.

Неужели мы одинаково реагируем друг на друга?

Некуда было отстраниться. Вжалась в сидение. Меня пугала не его близость, а моя реакция на него. Я нервничаю. Зелёные глаза притягивают. Мне хочется плюнуть на всё и поцеловать его. Крепко, крепко.

— Не смотри на меня так, а то не сдержусь. — лицо гиганта находилось в пару сантиметрах от моего. От его слов в горле пересохло, как от жажды.

Джейсон выпрямился, обошёл машину и сел за руль.

— Лиз тоже собирается рассказать Саймону. — непринуждённо начал разговор.

— Я поговорю с ней, успокою. Наш белокурый парень любит всё необъяснимое. Думаю будет в восторге от девушки вервольфа.

Джейсон рассмеялся.

— Я то же самое сказал ей. С того времени как они начали встречаться, успел изучить его.

— Что и следовало ожидать.

— Вполне нормально оберегать тех кого любишь.

— Я хочу поделиться и с нашей парочкой, Билли и Мэгги.

Не справедливо скрывать от них.

— Ты уверена? Иногда простым людям лучше оставаться в неведении. Ради их же безопасности. К Стефани и Саймону это не относится, потому что они на прямую связаны с волчьим миром.

— Мой запах. Из-за него погиб отец, могут отыскать и их. Они часто путешествуют и я не вправе подвергать друзей опасности. Это ради них, а не ради моего эгоизма.

Отныне буду осмотрительна и не позволю кому-то пострадать из-за меня.

Джейсон задумался.

— Пожалуй ты права. Твой аромат слишком выделяется. Давай сделаем так. Соберёмся у меня. Рядом с домом лес, на случай, если придётся доказать. Заодно познакомлю с родителями.

Как-то стало не по себе. Я совершенно не готова.

— Они состоят в совете. Их главная цель не дать людям узнать о сверхъестественном мире. Благодаря им, они живут обычной жизнью, даже не подозревая, сколько таинственного окружает их.

— Хорошо. — не сказала, а скорее прохрипела.

— И ещё, после занятий отведу тебя кое-куда.

Так, стоп! Он всегда всё будет решать за меня?

— Нет, мне в смену. Я и так пропустила два дня. Не хочу потерять работу.

— А когда тебе удобно?

Даже стало стыдно. Джейсон и не думал решать за меня.

— Всё равно плохо сплю. Можно пойти, как только мама уснёт.

Он смотрел на дорогу, но я заметила, что выражение лица изменилось. Ему понравилось моё предложение.

— Договорились.

Камаро остановился. Я торопилась выбраться из машины. Уж очень меня тревожит его близость. Он успел схватить за руку. Я сглотнула очередной ком в горле. Изумрудные глаза прожигали насквозь.

— Остерегайся всех, особенно чужих.

Я кивнула, а он крепче сжал руку.

— Будь осторожна.

Опять кивнула и пулей вылетела из машины. На лекцию не опаздывала, бежала не от него, а от себя. Ещё секунду и не сдержалась бы. Помня вкус губ, желание испробовать их, почувствовать на своих, мучило меня. Интересно, так будет всегда?

Наше времяпрепровождение в лесу чего стоило. Бррр…. Страшно вспомнить. Я не знала куда деться, не узнавала себя. Голый торс пробуждал потаённые желания. Моя невинность, граничила с порочностью, совсем немного и я переступила бы границу. Прерывистое дыхание, непрошеные мысли, заставляющие краснеть ещё больше. Где-то в глубине моего существа в тот момент вспыхнула яркая искра. Она привела к тому, что внизу живота возникло приятное сладостное чувство. Не настолько не осведомлена, чтоб не понять, что это возбуждение. Эти ощущения для меня нечто новое и необычное. Будоражат и пугают одновременно. В спальне целуя Джейсона не отдавала отчёта в своих действиях. Всё происходило само собой. Одурманенная, пленённая им, не в состоянии была противостоять.

— Опа! — раздался голос, который надеялась больше не услышать.

— Опять ты! — храбро вскинув подбородок, встретилась со взглядом бледных глаз.

— Сегодня это счастливая случайность. — довольная кривая ухмылка не скрывала его удовольствия.

Не намереваясь продолжать разговор, обошла Дэниела и пошла к необходимой мне аудитории. Слух позволял слышать почти бесшумные шаги преследователя. Я ускорилась, зашла в аудиторию. К моему огромному огорчению она была пуста.