Контракт для одинокой души - Наталья Фирст

Глава 19. Карноат

Утром, едва прогремел будильник, к Алисе постучалась Ольга и с ходу, без прелюдий, выпалила:

- Мы совсем забыли узнать о форме одежды! В чем нам идти?

Алиса мельком оглядела подругу, надо признать, выглядела та довольно странно – красные глаза, всклоченные волосы, канареечно-желтую пижаму наискосок пересекала белая лямка, на которой висела, криво присобаченная торба. Из сумы выглядывала голова раздраженной линты в ее страшном втором обличии.

- Что это у тебя? – спросила алая савори.

- А, - Ольга махнула рукой, - это я из шторы сшила себе сумку. Надо же ее в чем-то носить! – она невежливо ткнула пальцем в летучую мышь.

Услышав, что разговор зашел о ней, Понча отчаянно зачирикала и замахала лапками,  привлекая к себе внимание Алисы.

- По-моему, она недовольна, - осторожно начала девушка, но подруга ее перебила.

- Ничего с ней не будет, другую сумку я все равно не смогу сшить. Я до этого ничего такого не шила.

Линта демонстративно закатила глаза и совсем по-человечески сложила на груди лапки.

- Давай так, - Алиса положила ладонь на затылок Бонуса, предупреждая возможные возражения, - ты сейчас переоденешься и пойдешь выгуливать Боню. А мы с Пончей попробуем соорудить для нее сумку, в которой ей будет удобно.

Ольга встрепенулась, моментально скинула с себя суму, вручила ее подруге и прямо в пижаме ломанулась к выходу.

- Боня, за мной! – закричала она.

- Боня идти, - оповестил  пес хозяйку. – Боня приглядеть за Ольгой и привести ее домой.

- Иди, мой хороший, - сказала она. – Олна сегодня слегка чокнутая, за ней надо присмотреть. А я пока спрошу у мастера Дона какую-нибудь успокоительную микстуру.  А то так и до дурдома недолго.

За три часа до полудня умиротворенную линту поместили  в переделанную сумку. Ольга уже не размахивала хаотично руками, и не пыталась переломать все, до чего могла дотянуться. Савори, напоенная капельками по рецепту колдуна, выглядела практически вменяемой.

Для выхода в город подруги облачились в удобные брючные  костюмы и туфли на низком каблуке. В руках Алиса держала список, составленный учителем. Ее волосы были распущены и забраны на затылке дорогим гребнем. На запястьях, по моде земель карноа, позвякивали золотые браслеты с рубинами. Пальцы сияли перстнями. На талии сверкал плетеный кожаный поясок с инкрустацией золотом и каменьями. Все эти сокровища были извлечены из личного сейфа савори Зейны, о котором Алиса даже и не подозревала. Короче, чувствовала себя она заправской новогодней елкой. 

Ольге повезло чуть больше. В загашнике ее предшественницы обнаружились лишь крупные серьги и миленькая крохотная шляпка с вуалью. Алиса честно пыталась поделиться с подругой сокровищами Зейны, но той удалось отбрыкаться. Идти на встречу с чужими проблемами, увешанными с ног до головы драгоценностями, было страшновато. Только правила этикета оказались сильнее.

В холе, у парадного выхода, среди савори, наравне с Алисой сияла  только Ирта. Что, собственно, и не удивительно. Папенька дочек любил и баловал. Жаль, что как следует подружить не смог.

Размышления Алисы прервал наставник Сит, пришедший в холл в сопровождении неизвестного девушке мужчины. Учитель громко хлопнул в ладони, привлекая внимание учениц.

- Доброе утро, соискательницы. Хочу вам представить первого секретаря Повелителя - мастера Конора. Сейчас, перед выходом в город, вы из его рук получите свое вознаграждение. Итак, первая савори Элси!

Алиса сделала каменное лицо и пошла вперед.

- На данный момент, это – наша лучшая ученица! – распинался перед чиновником наставник.

Мастер Конор, окинул Алису пронзительным взглядом, и протянул ей золотистую карточку, размером чуть больше обычной кредитки.

- Поздравляю, - сказал он, не выпуская, карточку из рук. Зрачки его резко сузились и превратились в вертикальные щели.

У Алисы возникло острое чувство, словно ее целиком поставили под рентген и просветили насквозь. Она дернула карточку, пытаясь вырвать из цепких пальцев, потом еще раз и еще. Оборотень нехорошо усмехнулся и внезапно разжал пальцы. Алиса потеряла равновесие и отшатнулась назад, но быстро взяла себя в  руки.