Алиса в Замужикалье - Евгения Халь

– Покупаю на понижении и повышаю! – закричал блондин. – Малышка умна. Поэтому, чтобы найти применение своему таланту, сама освоит программирование, напишет гениальную программу, откроет стартап, заинтересует богатого спонсора вложить в нее деньги. Программа принесет большую прибыль, а спонсор влюбится в девушку и она выйдет замуж за миллионера, сама при этом будучи успешной.

– Протестую! – закричал зеленомордый ящер. – На предыдущих торгах до конца нынешнего календарного года исчерпан лимит счастливых случаев.

Вот сволочь! Никак не уймется!

– Это он сейчас о чем? – тихо спросила я дракошу.

– В каждом из Миров Ковра есть определённый лимит невероятно счастливых случаев, разрешенных каждый год. Например, в твоем мире в этом году есть только две провинциалки, которые вышли замуж за богачей. Или только три бедняка, которые своим трудом стали миллионерами.

– Вот жлобы судьбоносные! – возмутилась я. – Им что жалко, что ли?

– Это закон великого равновесия Судьбы, – вздохнул Нистар. – Все не могут быть счастливы. И если кому-то где-то прибыло, то кому-то должно, наоборот, убыть.

– Да, но она же не могла подгадать родиться до того, как всю удачу уже раздали. Что же ей теперь делать?

– Терпеть и тянуть свою лямку, – скорбно прошептал дракоша.

– Да ну к черту! – с досады я стукнула кулаком по двери.

– Тише! – пискнул дракоша. – Ты нас погубишь, Алиса!

А ящер, тем временем, принялся швырять черные карточки в экран. Остальные фатумы последовали его примеру. Блондин с несколькими друзьями сражались, как львы, пытаясь выторговать малышке хоть немного счастья. Но тщетно!

Черная диаграмма все росла и росла. А малышка все улыбалась. Беззаботно, как умеют смеяться только дети. И все, что досталось нашей девочке – это обычная нормальная жизнь. Тихого непьющего мужа блондин все же ей выторговал. И двух деток. А также маленький домик, ипотеку, поездки в Турцию раз в два года и даже небольшой выигрыш в лотерее. Просто чтобы подсластить пилюлю.

Вся ее жизнь прошла передо мной на экране. С первого до последнего дня. Я даже видела, как она с мужем и детьми едва не села в самолет, захваченный террористами. Хорошо, что блондинистый фатум ее от этого уберег, с пеной у рта доказывая, что бедняжке и так почти ничего не досталось, поэтому такого поворота судьбы она не заслужила.

И вдруг на экране появилась шикарная яхта. На ее белоснежной палубе нежилась в лучах предзакатного солнца миниатюрная хорошенькая девушка, в которую превратилась наша малышка. А рядом заботливо нарезал для нее фрукты прекрасный принц в белоснежном костюме.

– Это что? – не поняла я.

– Сны о чем-то большем, – дракоша, не отрываясь, глядел на экран. – Судьба дает нам утешение в снах. Показывает ту непрожитую жизнь, которая могла бы у нас быть, и которую мы проиграли на судьбоносных торгах.

– Утешение? Да это садизм! Все равно что показать голодному кусок мяса. Или кусок торта девушке, сидящей на жесткой диете.

– Но мы же не знаем, что это наша непрожитая жизнь. И во сне мы ныряем в сказку!

– Итак, продано! – Горал полыхнул пламенем. – Торги по лоту номер один закрыты. Следующий лот…

Лот! У нее еще даже имени нет. А они с ней обращаются, как с вещью. Сволочи!

– Гады! – я больше не могла сдерживаться.

– Алиса, успокойся! – взмолился Нистар. – У нас будут неприятности! Хватит! Уходим! Нет здесь твоего Азара.

А я все стояла возле этой двери и не могла сдвинуться с места. Всё смотрела на экран. Вот так живешь, стараешься, планируешь, куда-то бежишь. Иногда не то, что лбом – рогами железными пытаешься пробить эту глухую стену неудач. И все окружающие тебе бодро твердят фальшивыми голосами, что всё будет хорошо. Нужно только стараться. Без пруда не выловишь рыбку из труда. Да, именно так, а не наоборот! И ведь веришь всей этой ерунде! Потому что не знаешь, что когда-то на торгах твои акции оценили слишком низко.

– Сволочи! – я изо всех сил стукнула кулаком по двери, и…треклятая дверь вдруг широко распахнулась.

Я даже икнула от неожиданности. А Нистар, тихо пискнув, скрылся в браслете. Горал повернулся, увидел меня и застыл. А вместе с ним застыли на золотых нитяных рельсах студенты. Мне показалось, что даже очередной младенец на экране, за судьбу которого здесь принялись торговаться, тоже удивленно посмотрел на меня.

– Вот это да! – пронесся по рядам тихий шепоток. – Фаталья из Замужикалья! Разрази меня гром! Забодай меня тролль!

Где-то на задворках сознания промелькнула мысль, что меня почему-то видят студенты, хотя на экскурсии по миру ящериц одногруппницы в упор не замечали меня, загримированную под Серую Мышь. В горле пересохло. Да так, что аж голос сел. Поэтому я сдавленно просипела:

– Извините! Я тут…эээ… заблудилась! Уже ухожу. Прошу прощения за беспокойство … – закончить фразу я не успела.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Горал, кувыркнувшись в воздухе, жахнул столбом огня в мою сторону и ринулся к двери. Я отпрянула назад и упала на спину. Раскиндык! Как больно! Рядом полыхнуло, опалив подол юбки. Ох ты ж Спилберг с парком Юрского периода тебя, ректор, задери! Я перекатилась на бок, отползая от огня. Но с другой стороны тут же полыхнуло снова. Когда ж у тебя фитиль-то перегорит? Бомбит, как фашистская сволочь! Без перерыва! Я вскочила на ноги и понеслась по коридору. Сзади бухало и полыхало.

– Прошу поддержки с воздуха! – выкрикнула я в браслет на бегу. – Нистарушка, помоги! Хьюстон, у нас проблема! Да где же ты, скотина мелкая?

– Войска союзников на подходе! – пискнул дракоша из браслета.

– Где? – заорала я, резко свернула за угол, но заложила слишком крутой вираж и упала на одно колено.

– Я ж говорю: на подходе! – раздалось из браслета.