Меч ангелов - Яцек Пекара

– Покорно жду вашего решения, – ответил я.

– Согласен, – сказал он наконец, а его огнистые глаза слегка угасли. – Будь по-твоему, инквизитор. Что значит лишний день для того, чье существование не исчислить течением времен?

– Абсолютно с вами согласен, – кивнул я, готовый, однако, к его внезапному нападению, которое могло случиться в любой момент.

Но Белизарий, или как там его звали на самом деле, решил на сей раз держаться уговора. Потихоньку отступил за стену деревьев, и мне показалось, что он не ставит когтистых ног на траву, но скользит над ней. Тем не менее он оставлял за собой сожженные в пепел стебли.

Потом – исчез.

– Ушел, – произнес миг спустя Нойшальк со вздохом облегчения.

– Ага, ушел, – кивнул я.

Чувствовал, что ужасно устал. Наверняка, если бы демон вернулся, у меня возникли бы проблемы с концентрацией.

И это сулило то, что следующая ночь будет непростой.

– Мне нужно поспать, – сказал я. – Но вы, профессор, следите за окрестностями, если вам дорога жизнь, и разбудите меня, коли возникнет такая необходимость.

Он быстро кивнул.

– А завтра, в пути, поговорим о том, кого вы призвали и чего этим хотели достичь.

На этот раз он кивнул с куда меньшим энтузиазмом.

– Спите спокойно, – сказал он. – Раскрою над вами охранительный полог моей силы.

– Это весьма меня утешает, – пробормотал я в ответ. Завернулся в плащ и лег на бок.

Заснул почти сразу же.

* * *

Нойшальк был еще в паре шагов, а я уже вскочил с ножом в одной руке и с распятием в другой. Бог одарил меня чутким сном, что не раз сослужило мне добрую службу в опасных ситуациях. Однако нынче передо мной стоял всего лишь демонолог, которого своей реакцией я застал врасплох.

– Эм-м… простите, – пробормотал он, замерев. – Светает уже…

Я взглянул на погруженный в утреннюю серость лес, перевел взгляд на небо. Солнца не было видно, но темные клочья туч уже напитывались грязно-розовым светом.

Вчерашняя схватка с демоном, увы, подорвала мои силы, и поэтому я чувствовал себя будто после пьяной ночи. Тошнота, головная боль, слабость…

Однако не было времени ни на отдых, ни на стенания о тяжелой судьбе. Я полез в переметные сумы за едой и вгрызся в черствую краюху и сыр. Увидел, как Нойшальк поглядывает, как я ем. С красными опухшими глазами и несчастным выражением на лице. Даже его элегантно подстриженная бородка была теперь растрепана, а в волосах запутались травинки.

– Угощайтесь, – предложил я ему с набитым ртом, и чернокнижник, не раздумывая, воспользовался приглашением.

Потом мы быстро оседлали лошадей и уже без задержек погнали лесной тропою, оставив восходящее солнце за спиной.

– А теперь рассказывайте, – приказал я, когда мы выехали в поле, что позволило скакать рядом, стремя в стремя.

Говорить на серьезные темы, сидя на скачущем рысаке, не слишком удобно, но при обоюдном желании это затруднение преодолеваемо. Вот только как быть, если такового желания нет – по крайней мере, со стороны Нойшалька?..

– Это требует куда как долгих объяснений, – крикнул он, а ветер, казалось, затыкал ему рот. Нойшальк закашлялся. – Муха, чтоб ей, – прохрипел и некоторое время прочищал горло, а затем сплюнул в сторону. – Когда остановимся, чтобы напоить коней, я вам все расскажу, – пообещал.

Может, он и был прав. Мы ведь не могли гнать целый день, лошади такого не выдержали бы. Конечно, это были крепкие животные, привыкшие к долгой скачке, но стоило с умом использовать их силы и время от времени останавливаться на короткий отдых. Я и так подумывал, что хорошо бы самое позднее завтра найти купца, который продаст нам новых коней: это повысило бы шансы довезти Нойшалька до Амшиласа живым и невредимым.

Я размышлял, не спланировать ли наш путь так, чтобы каждый раз ночевать у святого места, в церкви или хотя бы неподалеку от придорожной часовенки. Однако злая судьба распорядилась, чтобы при себе у меня не оказалось карты, а здешние околицы я знал не настолько хорошо. Кроме того, демон посчитал бы подобные действия признаком враждебности и моего нежелания вести дальнейшие переговоры.

Я мог бы разместить Нойшалька в любом ближайшем монастыре, а сам помчаться за подмогой в Амшилас. Но человека без глубокой веры не спасут ни пребывание в святом месте, ни обладание благословенными реликвиями. Да и как колдуны, богохульники, еретики могли ожидать, что им помогут символы веры, над которой они смеялись и которую ненавидели.

Конечно, я мог попытаться убедить набожных монахов или священников помочь мне с Нойшальком. Но, во-первых, я не знал, где таковых искать, а во-вторых, не хотел никого подвергать опасности. Уж во всяком случае не из-за дурно понятого сочувствия либо милосердия! Да и в рапортах подобные вещи выглядят весьма неприглядно, а таковой рапорт мне – как для Его Преосвященства епископа Хез-хезрона, так и для владык монастыря Амшилас – составлять придется.

Изо всех этих рассуждений вытекал невеселый вывод: я мог полагаться лишь на собственные силы. Противопоставить ловкости демона свою ловкость, его ярости – глубочайшую веру. Но я ведь не чародей из языческих легенд – тот, кто мановением мизинца призывал молнии и ураганы. Я – лишь скромный инквизитор, обладающий некими талантами и вынужденный платить высокую цену за всякую попытку прибегнуть к своим силам против могущества, исходящего не из этого мира.

Но я не думал, что после всего услышанного могу оставить Нойшалька на волю демона. Поймите меня, милые мои. Я нисколько не переживал за паршивую жизнь чернокнижника, поскольку тот растратил ее, чтобы бежать чуда избавления. Для меня важным было лишь знание, которое следовало вытряхнуть из его головы. А с этой проблемой наверняка могли справиться монахи Амшиласа, терпеливость которых в общении с грешниками сравнима была лишь с жаром их веры.

На отдых мы остановились на заросшем камышом берегу маленького озера. К воде вел глинистый скользкий спуск, и нам пришлось осторожно свести коней, поскольку те не слишком-то желали идти по засасывавшей копыта грязи.

– Ну и? – потребовал я, когда мы уже совладали с конями.

– Ошибка, – пожал плечами Нойшальк. – Обычная человеческая ошибка, которая случается даже с ученейшими из мужей. – И не было никакого сомнения, что, говоря эти слова, он имел в виду себя самого.

– То есть?

Он плеснул в лицо водой и напился из сложенных ладоней. Вероятно, чтобы выиграть время.

– Я намеревался вызвать другого демона, – сказал он, вскарабкавшись на берег. Сел на плоском обомшелом камне. – Знаете… такого, что… – я увидел румянец на его щеках, – …что позволил бы удовлетворить мужские потребности.

– Гвозди и терние! – рассмеялся я. – Миленького же суккуба вы себе вызвали. Любите таких вот красненьких тварей с рогами, когтями и клыками?