Вихрь 2. Девушка, которая прорвалась сквозь время - Анна Беннинг

Я не понимала, что происходит. Отпустив Хольдена, я отпрянула. Снаружи раздавался голос Бэйла, громкий стук и хлопающие звуки, но я воспринимала все вокруг словно в тумане.

Хольден был тем жилистым бегуном из кратера. Бегуном, который спас мою жизнь.

– Но… как?

Хольден продолжал слабо улыбаться:

– Боюсь, тебе нужно уточнить. Со мной случилось столько дерьма, что я уже не понимаю, что ты имеешь в виду.

Хольден выглядел плохо. Темно‐русые волосы приклеились ко лбу, глаза впали, он исхудал. На его лице виднелись раны от ожогов, такие же, как у Тревора. Они тянулись до воротника его униформы. Но это все еще был он. Та же ямочка на подбородке, те же тонкие черты лица.

– Как ты выжил? Взрыв рифта в Перу… как это возможно?

Хольден скривил рот:

– Я много дней был без сознания. Но потом… я проснулся. – Он усмехнулся. – Я приземлился где‐то в восьмидесятых. Меня нашли и доставили в больницу. Три недели я лежал один и думал, что навсегда потерян в прошлом. А потом… потом меня отыскали Мия и Тревор. – Он вымученно улыбнулся. – Мии потребовалась целая вечность, чтобы создать свой первый вихрь, с помощью которого мы вернулись в наше время.

– А Лоретта Алькотт? Что стало с ней?

В последний раз, когда я ее видела, она осталась в прошлом с тяжелой раной ноги.

Хольден опустил голову:

– Мы искали ее на обратном пути, но узнали, что она умерла в тот же день. Ее доставили в больницу и… – Он вздохнул. – Она не пережила прыжок. – Он снова посмотрел на меня. – Ужасно, правда? В нашем времени давно существовала могила с ее именем. И она ничего об этом не знала.

Я попыталась не жалеть свою бывшую наставницу. Она была правой рукой Варуса Хоторна и делала все для того, чтобы сделать его счастливым. Но у меня не получалось. Никто не заслуживал такой смерти.

– А почему твой отец умолчал, что ты жив? – спросила я Хольдена.

Он медлил с ответом.

– Я не могу тебе объяснить.

– Не можешь объяснить? Ты и Мия вместе с другими бегунами, вы открыли по нам огонь возле кратера! Вы хотели нас убить – один из вас попал в нашего друга нулевыми сенсорами!

Хольден поднял руки в примиряющем жесте:

– Это не я. Поверь мне, я изменился.

– Ерунда!

– Это так.

– Неужели? – спросила я и скрестила руки на груди. – Тогда отключи сенсоры.

– Не понял?

– Если ты хочешь, чтобы я тебе поверила, то для начала впусти сюда Бэйла.

Хольден скривился:

– Треверс ненавидит меня. Он никогда не поверит мне. Элли…

– Для тебя я Элейн, – перебила я. – Открой дверь, Хольден. Сейчас же.

Хольден сделал глубокий вдох. Он взял свой детектор, раздалось гудение, и синий цвет стал черным. Тут же стекло позади меня разбилось, и я в испуге шагнула вперед, чтобы не порезаться осколками.

Бэйл стоял перед разбитым стеклом, тяжело дыша, с разъяренным выражением лица. Он вытянул обе руки перед собой, на кончиках его пальцев потрескивали остатки энергии. И только когда он увидел меня, его гнев сменился облегчением. Около него лежали десятки стульев и даже несколько железных труб. Вероятно, он перемещался по куполу в поисках того, чем можно разбить стеклянную стену.

Позади меня фыркнул Хольден:

– Все такой же драматичный.

– Заткнись, – прошипела я, и шагнула к Бэйлу, который переступил через стекло и тут же обнял меня. Он погладил меня по волосам и взволнованно посмотрел мне в лицо.

– Все в порядке? – спросил он, запыхавшись.

– Более-менее, – пробормотала я, и кивнула в сторону Хольдена.

Взгляд Бэйла медленно оторвался от меня.

Прошло ровно три секунды, в течение которых Бэйл безмолвно рассматривал присевшего на полу Хольдена. Потом он отпустил меня, с помощью вихря прыгнул вперед и схватил Хольдена за воротник.

– Ты.

Хольден закряхтел:

– Я тоже р-рад т-тебя видеть, Треверс.

Он болтался в руках Бэйла, но при этом все равно усмехался.

– Бэйл, пожалуйста!

Я положила ладони на его руку. Бэйл помедлил, а затем опустил Хольдена на пол.

– Бэйл. – Хольден сдавленно рассмеялся. У него всегда была астма, но сейчас его голос звучал совсем хрипло. – Я и забыл, как ты себя называешь. Ты что, стесняешься своих легендарных достижений?

Я скрестила руки на груди:

– Лучше скажи нам, что все это значит. Почему кураториум скрыл то, что ты выжил?

Хольден тяжело вздохнул:

– Мой отец хотел перестраховаться на тот случай, если появитесь вы. Он хотел… – Хольден бросил взгляд на Бэйла.

Я видела по Хольдену, что он не хотел ничего говорить, но ему пришлось.

– Ну, он хотел посадить тебя за решетку, Треверс. Ты ведь знаешь, как папочка хочет встретиться со своим чудесным мальчуганом.

Казалось, Бэйл не сильно удивился. Хоторн долгие годы пускал в ход все средства, чтобы заполучить Бэйла в свои руки – и это не было новостью.

– Он считал, что вы будете обращать на нас меньше внимания, если мы будем держаться в тени, – продолжил Хольден.

– «На нас»? Ты имеешь в виду других бегунов?

Хольден вздохнул и потер свой лоб:

– Это… были не вихревые бегуны. По крайней мере, не все. С нами была Викандер, – Хольден посмотрел на меня. – Ты ее знаешь.

Я кивнула. Каждый знает Эйприл Викандер. Точнее, знал.

– А другие два… – продолжил Хольден, но замолчал.

– Говори уже, – прошептал Бэйл.

– Это были цюндеры из «Красной бури». Их нанял отец.

Я повторила про себя его слова. Я что, ослышалась? Или Хольден решил так пошутить?

Бэйл сухо рассмеялся:

– Хоторн никогда бы не стал сотрудничать с «Красной бурей». Он ненавидит мутантов. Особенно цюндеров. Он всегда считал их глупцами.

– Ты что, до сих пор думаешь, что знаешь моего отца лучше, чем я, Треверс? – Хольден взглянул на меня. – Отец предложил цюндерам вознаграждение, от которого они не смогли отказаться. Вот так все просто. Он хотел, чтобы я доставил к нему тебя, Треверс. Результаты Мии показали отцу, что у нее не получится добраться до Вихря‐прародителя. Поэтому он разработал план Б. Тебя. И цюндеры, которых он нанял, они… – Хольден вздрогнул. – Они просто сумасшедшие. И невероятно сильные.

Великан. И женщина в красных сапогах. Скорее всего, Хольден говорил о них.

– Ну, не такие уж и сильные. Один из них уже погиб, – сказала я.