Повелевающая - Келли Армстронг

— Ну как, я прошел тест, доктор Сандерс? — пробурчал он.

— Полагаю, да.

Довольно хрюкнув, он положил себе в тарелку еще ложку сахара.

— Как я и говорил, просто какая-то реакция. — Он съел три полные ложки каши. Потом, не отрывая взгляда от тарелки, спросил: — Что не так?

— Я ни слова не сказала.

— Что-то случилось. Что?

— Ничего.

Он повернулся ко мне.

— Да?

— Да.

Он фыркнул и вернулся к своему завтраку. В этот момент в столовую вошел Симон.

— Видели список поручений на сегодня? — спросил он и вручил мне стакан апельсинового сока. Потом сам сел за стол и потянулся за сахарницей. Дерек выхватил ее у него из-под носа и положил еще пару ложек сахара себе в тарелку. Они обменялись взглядами. Симон залпом выпил полстакана сока и продолжил: — Нам поручено убирать листья. Ван Доп хочет, чтобы мы собрали всю прошлогоднюю листву…

Пока он говорил, Дерек снова поднял глаза и некоторое время буравил меня взглядом. Я отвернулась и откусила яблоко.

Суббота действительно оказалась днем домашних дел. В другой раз я бы стенала и ворчала, что лучше уж сидеть на уроках. Но сегодня все сложилось как нельзя лучше. Доктора Джил, мисс Ванг и мисс Ван Доп не было, мисс Абдо ушла в город по делам, а миссис Талбот разбиралась с документами, поэтому мы были, в общем-то, предоставлены сами себе, и мне представился повод оказаться на улице, с Симоном наедине — я просто предложила помочь ему убирать листву, пока Дерек наверху менял постель.

— У тебя появились сомнения, — сказал Симон, когда мы отошли от дома на достаточно большое расстояние.

— Что?

Он нагнулся и завязал шнурки.

— Сомнения насчет побега. И ты боишься сказать об этом Дереку, потому что он начнет давить на тебя.

— Дело не…

— Да нет, все в порядке. Я вообще удивился, что ты предложила бежать со мной. В хорошем смысле удивился, но… Если ты передумала, то это вполне нормально, и я тебя не виню.

Я пошла к сараю.

— Я бегу… если только у тебя не появилось сомнений насчет меня.

Симон открыл дверь, махнул, чтобы я ждала его снаружи, а сам зашел внутрь, в темноту. Оттуда вырвались клубы пыли.

— Наверное, надо сказать, что мне вообще-то не нужна ничья помощь. Но если честно… — Он там чем-то бренчал и стучал, вытаскивая грабли, — то хоть я и не жду каких-то сложностей, но вторая пара глаз всегда кстати, если пускаешься в бега.

— Я, пожалуй, лучше буду этой второй парой глаз, чем останусь сидеть здесь и дожидаться, пока меня спасут, — сказала я, когда он вынырнул с двумя граблями в руках.

— Как Дерек, ты хочешь сказать?

— Нет, это камень не в его огород. — Я закрыла дверь в сарай и заперла его на засов. — Вчера ночью он мне рассказал, почему остается. Из-за того, что он натворил. Я, в принципе, и так догадывалась, потому что…

— Читала его личное дело?

— Я-я…

— Проверяла его, после того как он схватил тебя в подвале? Он догадался. Умный ход. — Симон махнул рукой в дальний угол сада, показывая, откуда мы начнем. Там прошлогодняя листва толстым ковром закрывала землю. — Не давай ему дразнить себя из-за этого. Он тоже твое дело читал.

Я пожала плечами.

— Что ж, это справедливо.

— Твое он читал раньше, чем ты его. Уверен, он умолчал об этом, когда ты признавалась.

— Да, он ничего не говорил.

Мы начали сгребать листву. Пару минут Симон молчал, потом посмотрел на меня.

— Полагаю, он не сказал и почему началась та драка?

Я покачала головой.

— Нет, он просто сказал, что пушку на него никто не наставлял. Больше ничего обсуждать не захотел.

— Это случилось прошлой осенью. Мы переехали в маленький городишко недалеко от Олбани. Не хочу ничего плохого сказать о маленьких городках, уверен, там очень приятно жить… некоторым. Но очагом культуры их не назовешь. В общем, отец получил работу в Олбани, а это было единственное место, где удалось снять квартиру до начала учебного года.

Он подгреб свои листья к куче, которую я начала собирать.

— Я болтался на заднем дворе школы и ждал, пока Дерек закончит разговаривать с учителем математики. Они пытались составить для него индивидуальную программу. Школа маленькая, к таким ребятам, как Дерек, непривычная. Да и к таким, как я, как оказалось.

Из-под корня дерева выскочила мышка. Симон присел и заглянул в норку — нет ли там еще кого-нибудь. Только потом стал сгребать листья вокруг.

— Я кидал мяч в кольцо, и тут подошли эти трое старшеклассников. Они приближались сзади, но я затылком чую опасность. Я не трус, чтобы бегать от каждого, но если им хотелось покидать мячик в кольцо, то я бы уступил, понимаешь?

Порыв ветра раскидал листья, лежавшие в куче. Симон вздохнул и опустил плечи. Я махнула ему, чтобы он продолжал, пока я соберу листья обратно.

— Вот только им не нужна была площадка. Им нужен был я. Похоже, у одного из них мамаша работала продавцом в магазинчике 7-Eleven, потом их сеть выкупила вьетнамская семья, и мамашу уволили. Случилось это год назад, но я со своей азиатской внешностью пришелся им не по вкусу. Я указал им на то, что не все азиаты состоят в родстве и далеко не все из нас владеют сетью мелких магазинчиков.

Симон перестал махать граблями.

— Когда я сказал, что я не вьетнамец, один из них спросил, кто я. Я сказал, что американец, но в конце концов они получили то, чего ждали, — я признал, что мой дедушка из Южной Кореи. И конечно же, у одного из парней дядю убили в корейской войне. Если этот парень и ходил когда-то на уроки истории, то он их все проспал. Он думал, что это корейцы объявили войну Америке. Я его просветил на этот счет. Признаюсь, тут я немного сумничал. Отец всегда говорил мне, что если я не могу держать язык за зубами, то мне стоит попрактиковаться в защитных заклинаниях. И… — он снова взялся за грабли, а голос совсем упал, — …он оказался прав. Я умничал, но не особо задирал их, понимаешь? Просто подкалывал. И тут один из них достает складной нож. Я как идиот таращусь на него, не понимая, что это такое. Мобильный телефон? МР3-плеер? И тут — вжик — выскакивает лезвие. Я решаю, что надо бежать, но уже поздно. Один из парней ставит мне подножку, и я падаю. Парень с ножом стоит надо мной, и я уже готовлю оглушающее заклинание. И тут из-за угла выскакивает Дерек. Он хватает парня с ножом, отбрасывает его в сторону, второго бьет в живот, а третий убегает сам. Второй поднимается — с ним все в порядке — и тоже убегает. А вот первый… тот, которого он откинул от меня…

— Он не поднимается, — шепотом закончила я за него.

Симон наколол лист на зубья граблей.