Восхождение мастера карт - Евгений Валерьевич Решетов

— А придётся, — вздохнул я и достал пирог с мясом.

Отломил половину и протянул Мелиссе. Та поколебалась немного, но всё же взяла выпечку и стала маленькими кусочками поглощать её.

Я, конечно, управился быстрее неё. Встал с бревна, отряхнул крошки и попил воды. А буквально через миг по моим ушам ударил болезненный крик, который вспугнул птиц. Они унеслись прочь, хлопая крыльями, а я от неожиданно выронил фляжку и лихорадочно посмотрел на одного из местных. Он скрючился на земле, дрожал и пускал изо рта белую пену. Другие же туземцы рубили мачете чёрно-зелёную змею. Она быстро превратилась в набор из десятка кусков.

Наши сопровождающие подбежали к укушенному змеёй человеку и перевернули его на спину. Гарван упал возле него на колени, завернул штанину бедолаги и стал отсасывать яд из раны на икроножной мышце. Но укушенному, ясный пень, не становилось лучше.

Тогда Гарван поспешно вытащил из поясной сумки склянку с тёмно-серой жидкостью, оббежал взглядом взволнованные смуглые лица и выдохнул:

— Сколько? Сколько заливать капель? Вы же сами знать, что если слишком много, то он умереть.

Аборигены замялись и начали переглядываться. Никто не хотел брать на себя ответственность в таком щекотливом деле.

И я решил посоветовать Гарвану, понимая, что в такой ситуации моя «Леди Калана» не поможет:

— Лей сколько опыт подсказывает. А ежели будешь время тянуть, то он точно умрёт. Смотри, у него лицо уже посинело.

Главарь бросил на меня отчаянный взгляд и влил в рот укушенного человека несколько капель жидкости. Бедолага закашлялся, мучительно вытаращил глаза-маслины, выгнулся и расслабленно затих.

— Умер! — горестно выдохнул Гарван, исступленно запустив пальцы в волосы. — Я убил своего брат!

— Можно и так сказать, а можно сделать вид, что ты облегчил его страдания, — проговорил я и поймал на себе дикий взор главаря туземцев. — А чего?

— Сандр, ты настоящее чудовище, — прошептала Мелисса и подошла к трупу.

Она опустилась рядом с ним на колени и хотела произнести молитву, но аборигены мягко не позволили ей этого сделать. Они ссылались на то, что у них свои обычаи и боги. Хорошо хоть девушке хватило ума не перечить им.

Мелисса встала рядом со мной и принялась хмуро наблюдать за ритуалом погребения. Тот оказался так же незатейлив, как и сама жизнь туземцев. Они просто положили трупу в рот серебряную монету, раздели догола и оставили в кустах. Наверное, данный поступок символизировал что-то вроде — из джунглей мы вышли, в джунгли и вернулись.

После похорон наша банда в тягостном молчании двинулась дальше. Тишину нарушали лишь звуки джунглей, которым было наплевать на смерть человека. Сколько уже трагедий видели эти необъятные деревья, подпирающие небо? Самому бы тут не остаться.

Я рефлекторно потрогал медальон на шее и поправил браслет-артефакт. Знал бы, что мне придётся идти в столь опасные места, так закупился бы на полную катушку.

Мелисса думала схожим образом. Она заметила мои телодвижения и досадливо проронила, шлёпая по грязи:

— Надо было больше покупать артефактов. У тебя же от денег карманы рвутся. А ты даже себе приобрёл всего лишь две побрякушки.

— Поумнеть хочешь? — снисходительно спросил я, отодвигая ветки кустов, дабы они не стеганули меня по лицу.

— Чего? — насторожилась девушка.

— Вижу, что не хочешь. Но я просто обязан прочитать тебе короткую лекцию. Ты об инвестициях что-нибудь слышала?

Мелисса отрицательно покачала головой. И я вполголоса принялся ей рассказывать, как собирался вложить деньги в какое-нибудь прибыльное дело. Она слушала меня, порой задавая вопросы.

А потом мы как-то резко оба замолкли, поскольку джунгли вокруг нас изменились. Замолчали насекомые и птицы. Над землёй возникла мистическая молочного цвета дымка. И даже воздух стал неприятно тёплым и горьким. Во рту появился вкус тлена. А на деревьях и кустах возникла бледно-серая бахрома из тонких, склизких побегов.

Однако мы продолжили двигаться вперёд, несмотря на гнетущую атмосфера, давящую на нервы.

— Мелисса, доставай револьвер, — прошептал я и вытащил из кобуры один из своих.

В руках туземцев уже появились ружья и луки. А спустя пару секунд и в лапках девушки возник ствол.

— Сандр, у меня колени дрожат. Хочется остановиться и долго восторгаться каждым листочком, лишь бы не идти дальше, — напряжённым голосом выдала она.

— Не бзди. Прорвемся, — тихонько выдал я, держа руку неподалёку от пояса с картами.

— Чего не делать? — искренне удивилась девушка, выгнув светлые брови.

Я уже открыл было рот, желая ответить какой-нибудь шуткой, но тут идущий впереди всех Гарван поднял руку, призывая всех остановиться и замолчать. Наш отряд тотчас встал, как вкопанный. А затем глава туземцев что-то шепнул мальчишке-проводнику. Тот передал слова командира дальше по цепочке. И так они дошли до нас.

— Присесть и тиха. Опасность рядом… — сдавленно проговорил туземец, опустился на корточки и добавил: — Паразит могут управлять люди и нападать на люди. Мы переждать и идти вперёд.

Мелисса передала его слова дальше, после чего мы тоже присели на корточки и стали лихорадочно осматривать кусты и листву.

Туманная дымка изрядно ухудшала видимость, но мне вроде бы удалось рассмотреть какие-то смутные тени, похожие на человеческие. Или показалось? В любом случае моё сердце забилось быстрее, а в животе словно завозился металлический ёж, выпустивший во все стороны острейшие иглы.

Говорят, что у страха глаза велики. И сейчас я в полной мере осознал справедливость этого выражения. Мне в извивающейся дымке что только не мерещилось: и зубастые драконы, и змеи, и совокупляющиеся гигантские белки…

— Кажется, никого нет, — свистящем шёпотом облегчённо выдала девушка, наблюдая за кустами. Потом она вдруг опустила взгляд и с отвращением добавила: — Сандр, у тебя по ботинку червь ползёт. Жирный, белёсый.

Глянув на ногу, увидел отвратительное существо с палец размером. Фу-у-у. Мне даже не хотелось к нему прикасаться. Может, палочку взять?

Я протянул