Город падших ангелов - Кассандра Клэр

Майя криво усмехнулась:

– Бэт советует смягчить гнев. Говорит, что, когда дело доходит до девушек, парни по-страшному тупят. Особенно ботаны, у которых прежде не особенно ладилось с женщинами.

– Он прямо душу мою читает.

Майя покачала головой:

– На тебя вообще трудно злиться. Но я над собой работаю.

Сказав так, она отвернулась.

– Майя, – позвал Саймон. Голова болела, кружилась. Если с Майей не поговорить сейчас, то уже никогда не получится. – Пожалуйста, не уходи.

Развернувшись, Майя вопросительно вздернула брови.

– Прости, – сказал Саймон. – Мне очень жаль. Знаю, говорил уже… Мне, честно, очень жаль.

Майя совершенно невыразительно пожала плечами.

Борясь с головной болью, Саймон сглотнул.

– Наверное, Бэт прав, – согласился он. – Только не до конца. Я хотел быть с тобой, потому что ты позволяла мне чувствовать себя нормальным. Каким я был прежде. Наверное, я эгоист?..

– Я оборотень, Саймон. Не совсем нормальная.

– Ты… ты… – Саймон не находил что сказать. – Ты настоящая, искренняя. Таких людей не часто встретишь. Ты приходила ко мне играть в «Halo», мы болтали с тобой про комиксы, концерты, ходили на дискотеки. Жили нормальной жизнью. И ты обращалась со мной как с нормальным. Ни разу не назвала светолюбом или вампиром. Я для тебя просто Саймон.

– Так поступают друзья, – ответила Майя, прислоняясь к колонне. В ее глазах мерцал приглушенный блеск. – Не девушки.

Саймон молча смотрел на нее. Боль в голове пульсировала в такт биению сердца.

– Потом ты привел Джордана… о чем ты думал?

– Так нечестно, – возразил Саймон. – Я не знал, что он твой бывший…

– Да, Изабель рассказала. Все равно хочется тебя взгреть.

– Правда? – Саймон глянул в сторону Джордана: страж сидел за круглым столиком, будто юноша, которого продинамили со свиданием. Внезапно вампир ощутил жуткую усталость. Он замучился переживать за всех и вся, чувствовать вину за проступки, прошлые и будущие. – Джордан нарочно взял мое дело. Он подбирался к тебе. Ты бы знала, как он переживает. Как произносит твое имя. Черт, едва он узнал, что я изменяю тебе, он на меня накинулся…

– Ты мне не изменял. У нас с тобой было несерьезно. Измена – дело особое…

Не договорив, Майя покраснела, и Саймон улыбнулся:

– Я рад, что ты его так ненавидишь. Если что, будешь за меня против Джордана.

– Прошло много времени, – напомнила Майя. – Джордан даже не пытался связаться со мной. Ни разу.

– Еще как пытался. Ты знаешь, что он укусил тебя в свое первое полнолуние?

Серьезно глядя на Саймона, Майя покачала головой:

– Нет, я думала, он знает…

– О своей волчьей натуре? Ошибаешься. Джордан видел, как теряет контроль над собой, но ему и в голову не пришло, что он превращается в волка. Утром после той ночи он отправился искать тебя, и его перехватил страж. Джордана не подпускали к тебе. Запрет, конечно, не мешал его поискам. Думаю, и дня не проходило, чтобы он не вспоминал…

– Зачем ты защищаешь его? – прошептала Майя.

– Ты должна знать правду. Я облажался, за мной должок. Джордан не думал тебя бросать. Он взял мое дело только потому, что в моем досье значилось твое имя.

Раскрыв рот, Майя покачала головой. Ожерелье из огоньков у нее на шее замерцало, будто нить из звезд.

– И что мне с этим делать, Саймон? Что делать?

– Не знаю. – Саймону будто заколачивали гвозди в череп. – За советом по поводу отношений ко мне лучше не обращаться. – Прижав ладонь ко лбу, он добавил: – Пойду-ка подышу воздухом. Джордан вон за тем столиком, если надумаешь поговорить.

Махнув рукой в нужном направлении, Саймон развернулся и пошел прочь – прочь от вопросительного взгляда Майи, от взглядов всех собравшихся, от смеха и громких голосов. Шатаясь, вампир направился к дверям.

* * *

Распахнув двери террасы, Клэри подставила лицо волне холодного воздуха. Вздрогнув, она пожалела, что не прихватила куртку. Однако не возвращаться же к столику.

На широкой, вымощенной плитняком и окруженной металлическими перилами террасе горели факелы-тики в оловянных держателях. Их пламя ничуть не грело, наверное, поэтому на террасу никто, кроме Джейса, выходить и не думал. Стоя у перил, он смотрел на реку.

Клэри с трудом поборола желание броситься к нему. В черном костюме и белой сорочке, чуть отвернувшись в сторону, Джейс выглядел старше и каким-то чужим. Ветер трепал его светлые волосы, открывая отметины от клыков Саймона. Джейс разрешил укусить себя – ради спасения Клэри.

– Джейс, – позвала она.

Он улыбнулся, оборачиваясь. Улыбка растопила лед внутри, и девушка подбежала, кинулась Джейсу на шею. Он приподнял ее над полом и надолго зарылся лицом в ее волосы.

– Ты здоров, – сказала она, когда Джейс наконец опустил ее. Яростно смахнув слезы, Клэри поправилась: – В смысле, Братья молчания не отпустили бы тебя, не избавив от демона. Хотя постой, они говорили, что обряд займет много времени. Несколько дней, разве нет?

– Ошиблись. – Обхватив ее лицо ладонями, Джейс улыбнулся. У него за спиной мост Киунсборо изгибался над рекой светящейся аркой. – Сама знаешь: Братья молчания любят раздуть из мухи слона. Обряд очень простой. – Джейс ухмыльнулся. – Он предназначен для младенцев, и я чувствовал себя по-дурацки. Спасла мысль, что чем скорее пройду через ритуал, тем скорее увижу тебя в сексуальном вечернем платье. – Он окинул ее взглядом с головы до пят. – Позволь заметить, я не разочарован. Выглядишь шикарно.

– Да и ты недурен. – Клэри тихонько хихикнула сквозь слезы. – Не знала, что у тебя есть костюм.

– Прикупил по случаю. – Джейс провел большими пальцами по ее мокрым от слез щекам. – Клэри…

– Зачем ты вывел меня сюда? Холодно. Может, вернемся ко всем?

Джейс покачал головой:

– Надо поговорить, с глазу на глаз.

– Тогда быстрее, – полушепотом поторопила Клэри. Нестерпимо желая объятий, она положила его руки себе на талию. – Что-то не так? Ты поправишься? Прошу, не скрывай ничего. Сам знаешь, я готова принять сколь угодно дурную весть. – Из-за нервов слова выстрелили пулеметной очередью. Сердце, казалось, бьется со скоростью тысяча ударов в минуту. – Лишь бы ты поправился, – как можно спокойнее добавила Клэри.

Взгляд Джейса помрачнел.

– Я постоянно роюсь в отцовской шкатулке и ничего не чувствую. Письма, фотографии… люди на них для меня ничего не значат, они какие-то нереальные. Валентин, вот он кажется настоящим.

От неожиданности Клэри часто-часто заморгала.

– Должно пройти время, ты не забыл?..