Королева орков. Книга 1. Собственность короля - Морган Хауэлл

Тоска и злость овладели Дар, но она сдержала свои чувства и не выдала их. И все же она не могла не гадать, какое отчаяние толкнуло ее подругу на побег. Дар понимала, что вряд ли узнает всю историю, и от этого боль из-за гибели Мемни чувствовалась острее.

Подавая еду оркам, Дар не ощущала себя такой одинокой, потому что с ними они часто говорили друг другу что-то хорошее. Некоторые просто здоровались с ней. Другие стали подчеркнуто именовать ее «матерью». Томок-ток всегда вызывал у нее улыбку, расхваливая пустую кашу. Зна-ят всегда молчал.

Дар вернулась в лагерь, вымылась и переоделась и отправилась к шалашу Ковока. Тви уже была там. Они с Ковоком явно сжевали зерна вашутхахи. Дар догадалась об этом по запаху зерен, который ни с чем нельзя было спутать, и по отстраненному взгляду Тви. Девочка оскалила черные зубы и сказала:

— Утхахи («Красивые»).

— Не стоило тебе на ночь их жевать, — сердито проговорила Дар. — Не заснешь теперь. — Ей хотелось отругать Ковока, но она не знала, как будет по-оркски «баловать». И она проговорила по-оркски: — Ты сжевал много зерен вашутхахи.

— Хай.

— Но дождя нет, — возразила Дар. — И не холодно. И перехода не было. Зачем же было жевать так много?

— Будет приходить грусть. Я не хотеть об этом думать.

Дар более внимательно посмотрела на Ковока. Могучей рукой он бережно гладил спину Тви, а девочка нежилась у него на руках. Зелено-золотые глаза орка, прежде казавшиеся Дар такими чуждыми, выражали такую же глубокую печаль, какую она порой видела в глазах Севрена. И орк, и человек побывали на войне, и война запечатлелась в их взгляде. Недовольство Дар растаяло. Ей тоже не хотелось думать о будущем.

— Я бы тоже хотела несколько зерен, — сказала она.

С утра пошел дождь, не прекратился он и на следующий день. Сбор трав стал для Дар и Тви только поводом для встреч с Севреном. Он нашел на берегу место, где скальный выступ мог закрыть их от дождя. Тви часами наблюдала за тем, как Дар осваивает азы обращения с кинжалом. Когда Тви становилось скучно, она жевала вашутхахи. Новое пристрастие девочки тревожило Дар, но она не могла решиться отругать Тви.

Непрерывный дождь смыл с лица Дар остатки крови. Остался ли запах? Этого она не знала. Сама она его уж точно почуять не могла. Мысль о том, что «время крови» истекло и что теперь Зна-ят в любое мгновение может напасть на нее, заставляло ее упражняться с удвоенной силой. Севрен обучал ее главным приемам обороны и нападения, показал самые уязвимые места на теле, выучил тому, как колоть кинжалом, как резать, как защищаться, чтобы тебя не разоружили. К концу второго дня он приступил к другому уроку.

Оставив Тви под каменным козырьком, Севрен повел Дар к дереву и взял у нее кинжал.

— Случается, что у тебя появляется преимущество перед мечником, — сказал он и метнул кинжал в ствол дерева. — Ты можешь убить на расстоянии. — Он выхватил клинок из ствола и протянул Дар. — Но это преимущество достигается большим риском. У тебя только одна попытка. Теперь сама попробуй.

Дар замахнулась слишком сильно, и кинжал упал в кусты.

— Теперь ты беззащитна, — сказал Севрен. — Если бы это дерево было вооружено мечом, оно бы тебя прикончило.

— Думаю, я смогла бы убежать, — возразила Дар.

Севрен не улыбнулся.

— Метание кинжала — последнее отчаянное средство. — Он вместе с Дар пошел искать клинок. — В этом умении ты сможешь упражняться сама, без меня. Только пусть никто не видит твоих занятий до тех пор, пока ты не освоишь этот навык хорошо. Тогда можешь и похвастаться. Слава дает преимущество.

Севрен разыскал кинжал и протянул его Дар.

— Думаю, теперь пришла пора заплатить мне.

— Заплатить тебе? — переспросила Дар.

Севрен улыбнулся.

— Мои уроки дороги.

Дар опасливо посмотрела на Севрена и порывисто выхватила у него кинжал.

— Насколько дороги?

— Один поцелуй — и ты расплатишься со мной.

— Нет у меня поцелуя, — выпалила Дар более резко, чем намеревалась.

Севрен попытался скрыть разочарование за усмешкой.

— Быть может, настанет день, когда ты его разыщешь и вспомнишь о своем должке.

Дар промолчала, шагнула к дереву и метнула кинжал. Кончик лезвия ударился о кору, но не застрял в древесине. Она подобрала кинжал с земли и повторила попытку.

Потом она еще долго упражнялась в метании кинжала, стоя под дождем. Севрену в конце концов надоело за ней наблюдать, и он ушел к Тви под каменный навес.

Следующее утро было погожим. Севрен встретил Дар и Тви до того, как они добрались до кухонного шатра.

— Тви, — сказал гвардеец, — ступай к Давоту. Мне нужно поговорить с Дар.

Дар кивнула Тви и перевела взгляд на Севрена.

— Что случилось?

— Сегодня я с вами не пойду, — сказал Севрен. — Возможно, мы какое-то время не будем видеться. Началась война.

У Дар засосало под ложечкой.

— Значит, моим занятиям конец?

— Я постараюсь навестить тебя, как только смогу, — сказал Севрен и добавил: — Если это будет тебе приятно.

Дар только пожала плечами. Гвардеец вздохнул:

— Я тебе не нравлюсь.

— Не в этом дело. Просто… Мужчины сделали мне много плохого.

— Ты служишь с разным сбродом, но я не такой, как они.

— Знаю.

— Если Карм будет к нам благосклонна, мы вытерпим весь этот ужас и зазимуем в Тайбене. А когда растает снег, я отправлюсь в Аверен. Я бы взял тебя с собой, если бы ты согласилась. Там никто не будет пялиться на твое клеймо.

— Я не смогу бросить Тви.

— Я и ее возьму.

Дар недоверчиво смотрела на Севрена.

— А в Аверене я буду твоей женщиной?

— Кем захочешь, тем и будешь.

— Не знаю, — покачала головой Дар.

— Только не говори мне, что ты хочешь остаться!

— Я любила моего отца. Я ему доверяла. А когда мне исполнилось шестнадцать, моя мать умерла. А он… — Дар отвела взгляд. — Он предал меня. А тебя я знаю всего несколько дней.

— Тебе не нужно говорить ни «да», ни «нет», — сказал Севрен. — Можешь подождать до весны.

— Тогда зачем же ты спрашиваешь сейчас?

— Я знаю, что ждет нас впереди, — ответил Севрен. — Хочется верить, что останусь в живых не напрасно.