Девятое кольцо, или Пестрая книга Арды - Ира Аллор

— Ты хоть какие-то правила и условности признаешь? — отрывисто рассмеялся Мелькор.

Майа задумался, для верности подперев щеку рукой и высунув кончик языка. Эльдин прыснула.

— Не знаю. Эстетические, наверное…

— И как же ты в Валиноре живешь? — ехидно поинтересовался Мелькор.

— Да уж живу. А там, кстати, очень мило. Я порой прямо как дома себя чувствую. — На губах майа появилась двусмысленная ухмылка. Мелькор покачал головой:

— Как только вам за такие умонастроения уши не открутили…

— Какие такие умонастроения? — невинно округлил глаза Аллор. — К тому же в Валиноре действительно много славного, и публики хорошей хватает. Ниэнна вот с Намо нас у Врат дожидаются.

— Вы и их втянули?

— Боюсь, что своими силами вернуться окажется сложнее, чем попасть сюда.

— Да, пожалуй, — хмыкнул Вала. Вся эта абсурдная, по сути, ситуация его уже веселила. — Эльди, — ничего, если я так к тебе обращусь? — Майэ кивнула. — А тебе — как?

— А какая разница? Где живем, там и дом. Все мое при мне. — Она нарочито по-хозяйски обняла Аллора за плечи. Тот взъерошил ей волосы. Мелькор невольно улыбнулся — привычно осторожно:

— Вот и замечательно. Валинор действительно может быть хорош — если ко двору прийтись.

— Именно. Вот и общаемся потихоньку. У Ирмо с Эстэ часто бываем, Мелиан там опять же. Ну и в Ильмарин наведываемся.

— В Ильмарин? Вы туда вхожи?

— С тех пор как посетили первый раз, а что?

— Ничего. — Мелькор покосился на Гортхауэра, всем своим видом показывающего: «Я же говорил — придворный лизоблюд!»

Эльдин одарила призрачного майа таким ласковым взглядом, что, не будь тот уже развоплощен, ему бы ничего не осталось сделать, кроме как провалиться сквозь землю.

— Не вижу в этом ничего странного, — вскинул брови Аллор. — Впрочем, Намо тоже насупился сначала, но потом успокоился. А Манвэ у нас был, когда Нуменорэ поминали.

— Там?!

— А где еще? Мы же там живем.

— С чего бы это он вот так зашел?

— Узнать что-то хотел или просто полюбопытствовал, почему бы и нет?

— Вполне в его духе. Ну и?..

— Ну и все. Мы с Эльди Нуменорэ поминали, я уже хорошенький был — поистине, Валмар мне очень Армэнелос напоминает, — накрыло…

Аллор нахмурился. Гортхауэр переместился за плечо Учителя.

— Они с Намо и попали под горячую руку: высказал я все, что по этому поводу думаю, — закончил майа.

— И?.. — На лице Мелькора читалось недоумение. Этот сумасшедший наговорил всякого самому Манвэ? Его бешеному, нетерпимому братцу?

— И… выпили за изгнанников.

— Да, изгнанники — все, — повторил он, заметив замешательство Валы. — Сам посуди: творили, воевали, пригрели в кои веки народ, а они на вас же: завоюем, выгоним, бессмертие отберем. Я что, не помню, как Ар-Фаразон по пьяни орал, мол, добром не отдадут, так нуме-норских плетей отведают… Тут на все плюнуть захочется. Воззвали с горя к Творцу, а Он и откликнулся — даже Манвэ, Единого лучше других знавший и понимавший, такого вообразить не мог… Так что попили-попели, утраченный дом помянули…

— Манвэ хорошую песню спел… — вздохнула Эльдин.

— Какую?

Майар на пару припомнили слова — лицо Мелькора застыло, рука судорожно сжалась.

— Где он ее взял? — глухо проговорил Вала.

— Кажется, это его… — прошептала Эльдин.

— Только ты этого не слышал, мы ничего не говорили, — неожиданно жестко сказал Аллор.

— Кому мне рассказывать? — невесело усмехнулся Мелькор.

— Неважно. Мы в Валмаре никому не скажем — он это знает, и ты — никому…

Мелькор ощутил — это не страх перед Королем Мира, что-то другое. Сочувствие? Оберегают, как глубоко личную тайну. Отчего бы?

— А почему такая секретность? Что удивительного в том, что он поет? В том, что снизошел до того, чтобы спеть — вам, и по такому поводу?

— Он вообще не поет, — отрезал майа.

— Как? — пораженный Мелькор вскинул бровь. — С каких это пор?

— С тех самых… Мелькор, ты хорошо меня понял? Вале показалось на мгновение, что он видит перед собой Короля — полыхающие холодом синие огни. Вот оно как…

— Я понял. От меня и Ортхеннэра это никто не услышит, обещаю, — хотя оно, обещание, особой ценности не имеет: кроме вас, нам говорить не с кем.

— Не суть. — Взгляд Аллора смягчился. — Не обижайся на меня, хорошо? Я бываю очень неприятным собеседником…

— Бешеные нуменорцы! — подал голос Гортхауэр.

— Да, бешеные! — повернулась в его сторону Эльдин. Зеленые глаза зловеще блеснули.

— Знаете, давайте лучше выпьем за свидание, — улыбнулся Аллор.

Улыбка была хорошая — Вала подивился про себя, как быстро меняется бывший нуменорец. Такого вычислишь…

— Извините, кубки не прихватили, — виновато улыбнулась Эльдин. — В другой раз возьмем.

— В другой раз? Вы что, ненормальные? Один раз сошло — надеюсь, — так…

— …И другой раз сойдет, — беспечно махнул рукой Аллор, извлекая пробку, и поднес бутылку Вале.

— За вас, чокнутые недомайар! — Мелькор сделал порядочный глоток. Терпкое, сладковатое вино мягкой волной разлилось по телу, с непривычки слегка ударив в голову. — Хорошая вещь.

— Дрянь стараемся не пить, — хмыкнула Эльдин, принимая бутылку из его рук.

— За встречи, — пригубил напиток майа.

Мелькор виновато покосился на ученика, не имеющего возможности принять участия в гулянке, покачал головой и развел руками. По-змеиному зашелестела Ангайнор. Аллор и Эльдин нахмурились.

— Не обращайте внимания, — сказал Мелькор.

— Сложно. К сожалению, нам эта штука не по зубам.

— С чего вы вообще это говорите? Не пришло бы еще вам в голову освобождать меня — Врага, Моргота Черного… — Вала нервно рассмеялся.

— Как знать… — покачал головой майа. — И не называй себя так: мы в гостях у Мелькора.

— Просто так сложилось в свое время, а мы получили возможность составить свое мнение по этому поводу, — сказала Эльдин, неожиданно ласково коснувшись густых волос Валы.

— Не надо! — отшатнулся Мелькор. — Не придумывайте, я знаю, на это невозможно смотреть без отвращения, я выгляжу ужасно, уродливо — вы же не выносите этого…

— Совершенно верно. Поэтому попытаемся что-то сделать. Надеюсь, позволишь? Тем более что ты красив: чтобы это разглядеть, мне подобное безобразие, — Аллор покосился на шрамы, — не помеха.

— Что еще вы задумали?