Девятое кольцо, или Пестрая книга Арды - Ира Аллор

Второй визит должен был пройти легче: вместе с Намо неугомонная парочка немало поработала над связующей нитью, по которой проще было бы выбраться обратно. Помог и опыт блужданий в Пустоте, имевшийся у Эльдин.

И все же — коль скоро они выбрались оттуда незамеченными, значит, «замок» больше не действует? Или все-таки он настроен на кого-то определенного — известно, кого… Что скрывается за понятием «навсегда» в данном случае?

— Может, и впрямь помочь ему бежать? — Эльдин сидела за столом, положив на него локти, и крутила на пальце прядь волос.

— Бежать? В таком виде да еще с Ангайнор?

— На свободе, глядишь, придумает, как снять.

— Так ведь заклятая… Он даже браслеты снять не мог — всю Первую эпоху.

— Интересно, речь шла тогда о том, чтобы его изолировать или совсем уничтожить?

— Второе практически невозможно по определению. — Аллор постукивал длинными ухоженными ногтями по столешнице. — Если вообще над этим задумывались. А насчет побега… Его всем Валинором ловить будут.

— Ну уж и всем! — фыркнула Эльдин.

— Большинством, по крайней мере. Сказано: «навсегда», значит — навсегда.

— Ну держали бы еще где-нибудь в Валиноре под замком, хоть в том же Мандосе, — зачем за Грань-то выкидывать было? — кипятилась бронзововолосая майэ.

Аллор развел руками:

— Наверное, потому что в пределах Арды когда-нибудь, как-нибудь да смог бы со временем приспособиться. Да и в Мандосе его уже держали. А вот оторвать от мира, с которым, по идее, неразрывно связан, — это куда хуже…

— Думаю, если он попытается вылезти обратно, это незамеченным не пройдет. Вот шуму будет…

— Потому Манвэ с остальными и обязаны следить, чтобы такого не случилось. Как написано: «…и навечно встали Стражи…» — ну прямо Мордор… — Аллор закурил.

— Ладно, даже если он осужден навеки, это не значит, что его навещать не положено. — Эльдин нахмурилась. — Дай прикурить.

— Что-то ты много курить стала, подружка, — сказал Аллор, протягивая ей светильник.

— Нервничаю, вот и курю. А что? Нам, майарам…

— Логично. Ну чем тебя успокоить, развеселить?

— Ну тебя — с тобой и так не соскучишься…

* * *

Странными были эти визиты, и в то же время уже во второй раз все казалось естественным. Непостижимым образом в давящей, мертвой Пустоте появилось ощущение чуть ли не домашнего тепла. Посиделки, да и только. Давно забывшие о доме странники создавали его там, где находились в данный момент.

Впрочем, присутствующих объединяло то, что у всех был «дом, которого больше нет», а по большому счету это и ко всем в Валмаре относилось. Но Валмар — Валмаром, а они здесь пробовали жить. Конечно, Пустота гасила цвета и звуки, заставляя все время чувствовать свои липкие щупальца, но непринужденной беседе помешать не могла. Равно как не мешала по мере сил приводить в порядок изрядно потрепанного Валу, — и его голос, рассказывавший недомайар о Песне и Эа, о замке Хэлгор и Аст-Ахэ, и о многом другом, о чем больше не вспоминали на Арде, она тоже не могла заглушить. Гортхауэр с удивлением и некоторой досадой, которая постепенно растворялась, как грязный городской лед весной, наблюдал как его непутевый ученик, никогда не считавший его учителем, становился почти таким, как в первые дни их знакомства. И даже более открытым — с лица майа порой слетало равнодушие, в холодных глазах вспыхивали мечтательные отсветы… А взбесившая его девчонка, жадно слушающая сейчас рассказы Учителя… Иногда Черный Майа не узнавал и своего Валу — тот бывал похож на себя прежнего, еще до Первой войны. И вообще многое в поведении Учителя было ему непривычно — при новых знакомых выбрались на свободу присущие тому язвительность и ехидство, обычно сдерживаемые, дабы не смущать учеников. Доставалось от его языка и той, и другой стороне.