На древней земле - Юрий Иванович

– Так уж и неусыпным? – док изобразил саркастическую ухмылку.

– Конечно! Я опекаю Антона с самого начала и…

– …И результат не замедлил сказаться? – перебил девушку док.

– Вот именно! Мои средства оказались сильней ваших уколов и болетерапии! – она погладила меня по щеке. – Смотрите, как он похорошел!

– Лучше не бывает! – согласился врачеватель. – Но это его намерение пойти и напиться? Да ещё и в ресторане? Где он собирается искать вышеназванное заведение?

– У вас здесь нет ничего подобного? – спросил я, обернувшись к девушке.

– Есть! Но они принадлежать только владельцам секторов и используются лишь по праздникам. И исключительно для приглашённых.

– Так где же мы будем праздновать победу моего брата?

– В основном это делается в личных апартаментах… Но, если уж так хочется, в каждом порту есть по несколько баров, кафетерий и им подобных.

– Вот! Уже неплохо! – воскликнул я радостно, подмаргивая Гарольду. – Мы люди неприхотливые, обойдёмся и без фешенебельных ресторанов.

– Но там всё просто неимоверно дорого! – попыталась напугать Рената. – Где ты возьмёшь столько денег?

– У тебя одолжу! – заметив на её лице сомнения и попытку решительного отказа, я ей напомнил: – А кто тебе помог выиграть баснословные суммы? Мой брат! И тебе жалко выделить несколько десятков паров в долг?

– Не десятков! Сотен!!!

– Плевать! Один раз можно хорошо отдохнуть! Причём учти: брать взаймы у тебя я буду только в крайнем случае. Мой товарищ, ставший уже самым известным парикмахером на острове, получит любой кредит от своего хозяина.

– Ну, – хмыкнула девушка, – если он такой щедрый и… глупый…

Я посмотрел ей в глаза самым нежным и томным взглядом, на какой только был способен:

– Не у каждого человека, получается, оставаться бережливым и умным в приятном обществе…

Рената мило зарделась и явно засмущалась. И так это у неё натурально получилось, что я чуть не поверил в её искренность. Но тут же память услужливо напомнила сцены с её участием, события говорящие о неуёмном коварстве и некое чувство жалости в моей доброй душе безжалостно подавилось небрежным усилием воли.

– Ладно! Надоели мне ваши ужимки и многозначительные взгляды! Выметайтесь отсюда! – доктор заметил двух вошедших санитаров. – Нам пора заняться этим покалеченным существом. И полностью подготовить его тело к погружению на ночь в заживляющий раствор. Завтра Нина вернётся с моря и не погладит нас по голове за отсутствие положительных сдвигов. Хоть бы мелкие царапины на его личике затянулись…

Я не заставил себя долго упрашивать, вскочил и склонился над Гарольдом. Понимая, что можем расстаться на весьма длительное время.

– Желаю тебе быстрее стать полноценным существом! И учти: сегодня буду гулять без тебя! Но вот в следующий раз – не отвертишься! Даже если снова будешь притворяться раненым или слабым. Да встречи!

– Сильно не напивайтесь! – прохрипел Гарольд и утомлённо прикрыл глаза-щелочки. Похоже, он довольствовался своей судьбой и нам не завидовал. Хотя я ему – тоже. Выжить в таком бою – самый настоящий подвиг. А тут ещё и на острове приходится оставаться! Хотя, если мы задержимся, он не станет долго прохлаждаться. Сам сбежит при малейшей возможности. А уж как найти друг друга в открытом космосе нас учить не надо. Быстро высчитаем по условным сообщениям.

Теперь уже я тащил Ренату за собой и те, кто нас видел раньше, удивлённо оглядывались нам вслед. На выходе из сектора охранники чуть головы не посворачивали, так наша парочка им видимо понравилась. А мы прошествовали, словно их и не заметили. Но я уже был в другом амплуа: мог спрашивать, что угодно. И не замедлил с очередными вопросами:

– А зачем столько охраны и что они проверяют?

– Так положено! А проверяют они сканерами на наличие оружия. Его нельзя ни вносить на территорию сектора, ни выносить. Только владелец и два, три особо приближенных человека.

– А гипотетически: может один сектор напасть на другой и захватить его территорию?

– Да ты что? – глаза у Ренаты округлились от ужаса. – Всех нападающих монахи уничтожат! Даже если им удастся захватит сектор и укрепиться в нём. Есть специальный договор между всеми владельцами на подобный случай.

– А если некоторые владельцы договорятся в обход законов, установленных монахами моря? Да ещё и сам орден разгонят?

– Ты знаешь, подобные мысли даже не возникают в моей голове! Да и у других тоже. – Рената чуть ли не оскорбилась. – Как можно такие глупости выдумывать?!

– Но ведь на других островах и материках Земли, все только и делают, что захватывают более слабых и аппетитных соседей!

– Вот именно поэтому здесь собрались люди не желающие жить подобным образом! – с пафосом воскликнула девушка. – И лучшего места на Земле просто не существует!

– Ого! Таким патриотам надо ставить памятник! Но как же тогда здесь до сих пор существует рабство? И практикуются такие кровожадные и нечеловеческие сражения гладиаторов?

– Рабство у нас чисто условное! И только вначале! Как ты уже заметил, все здесь счастливы! Или ты слишком много уделял внимания притворству?

– Не так уж и много… Но вот Карку, моему брату, пришлось затратить просто нечеловеческие усилия, что бы остаться в живых. Какое же это счастье?

– Ему просто не повезло: сразу привязал к себе нашу хозяйку невидимыми узами. А это уже выходит за рамки любого политического устройства. Самец просто должен защищать свою самку и не имеет права отказываться от борьбы за неё.

– Если так, то ладно. Но как же тогда остальные рабы? Они тоже из-за своих привязанностей выходят на арену?

– Если копнуть глубже: то да! Ведь они просто желают быть всегда готовым и к защите своих близких и любимых. И не собираются отдавать их без борьбы. А для этого надо держать себя в постоянной боевой готовности. Это затягивает человека и становится его образом жизни. Даже правильней сказать – жизненным выбором своего пути.

– Ой, как красиво ты говоришь! – я и не подозревал, что в Ренате скрывается великий философ. Хотя может это и не её мысли? – Ну а твои попытки выиграть больше денег за счёт крови других людей? Как это вяжется с твоим высоким признаком человечности?

– Тут я с тобой согласна, – вздохнула девушка, – нехорошо это. Но может же быть у меня хоть один грешок? Или вредная привычка? Вот я и втянулась в эти ставки на поединках…

– Втянулась? – переспросил я. А про себя воскликнул: «И только один грешок?!» Захотелось напомнить, как она находилась рядом в момент Эльзиных издевательств надо мною. Ведь наверняка даже подсматривала! Но благоразумно промолчал: ведь всё равно расстанемся при первой же возможности. А лишняя ссора или укоры ничего не даст. И пусть живёт на Хаосе в своё удовольствие.