Время огня - Вячеслав Шалыгин

Зона, локация ЧАЭС. 01.06.2057 г.

Леший откровенно посмеивался над непонятными спазмами и общим довольно паршивым состоянием здоровья Макса, а вот самому чистильщику было не до шуток. Так отвратительно он не чувствовал себя даже с глубочайшего похмелья. Что с ним происходит и с чего это началось, бывший боец понимал вполне отчетливо, ведь кое-какие знания по части медицины инструкторы-бионики в него вдолбили. Не настолько прочные и оформленные, как вдалбливались в настоящих специалистов, но все-таки. По крайней мере, отличить отравление газом от инфекционной болезни или от отравления солями металлических соединений Максим умел. Хорошо, что этого не умел Леший (даром, что универсал), не то он давно раскусил бы чистильщика и снова начал бы задавать лишние вопросы.

Никаким газом Макс не надышался, маска работала исправно. Спазмы в животе, головная боль, плавающие перед глазами разводы и мелькающие мушки, ломота в мышцах и потеря чувствительности кончиками пальцев, все это было симптомами проникновения в организм механической заразы. Скорее всего, именно той, которая теперь и позволяла Максу заряжать армганы.

Если не стабилизировать колонию наноботов, не превратить ее из заразы во вполне безобидный имплантат, все могло закончиться плачевно. И не когда-то в отдаленном будущем, а в ближайшие сутки. Мало того что распространившиеся по организму наноботы травили Макса, выделяя в кровь токсины, они могли образовать конгломерат, который закупорит какой-нибудь важный сосуд. Допустим, в сердце или в головном мозге. Летальный исход в таком случае гарантирован.

Почему Максим не признался Лешему, что подцепил заразу? Он и сам не знал. Не хотел давать лишний повод для ироничных усмешек, наверное. Да и что это могло изменить? Пока сталкеры не доберутся до убежища, в котором найдется оборудование, а главное – опытный мастер-мнемотехник, стабилизация заразы представлялась невыполнимой задачей.

Оставалось терпеть и надеяться, что зараза не убьет его раньше, чем беглецам удастся попасть в относительно спокойное местечко.

Вот Максим и терпел. Мучился, проклинал все на свете, но терпел.

– Гдень на горизонте, – сообщил Хасан, когда изрядно потрепанная машина сбросила скорость и начала прижиматься к обочине дороги на Чернигов. – Три километра осталось.

– Что-то с машиной? – спросил Леший.

– С машиной все нормально… почти, – Хасан кивком указал вперед. – А вот с дорогой…

– Дорога как дорога, – сталкер пожал плечами. – Учуял что-то?

– Перекрыта дорога, – сказала Лера, распахивая дверцу. – Сидите в машине, я договорюсь.

– Я с тобой. А вы, пассажиры, даже носа не высовывайте!

Хасан тоже выбрался из «Ската».

– Да кем тут что перекрыто?! – удивился Леший. – Пусто ведь!

– Леший, пожалуйста, не кричи, – тихо попросил Максим. – И так голова трещит, еще ты воздух сотрясаешь.

В отличие от Лешего, Макс догадывался, кем могла быть перекрыта трасса Р-19.

В этих местах вольготно себя чувствовали наемники и прочие опасные людишки. Немного восточнее, на окраине Ладыжичей, у них устроено нечто вроде биржи труда. Там, в своеобразном деловом центре, замаскированном под маленький крытый рынок и несколько баров, тусовались посредники, договорившись с которыми можно уладить любые темные делишки.

В принципе, такие же услуги можно заказать и на Обочине, но там все это стоило дороже – неизбежная накрутка второго эшелона посредников, а в Ладыжичах сделки заключались без лишних звеньев. Правда, здесь было во всех отношениях опаснее, чем на Обочине, поэтому дешевизна могла выйти боком. А вернее – войти неосмотрительному заказчику в бок, в виде острой финки. Ведь человек, заявившийся на биржу, приходил с наличными в кармане, а значит, представлял интерес не только для посредников как заказчик, но и для тусующихся здесь же гопников как источник вполне ощутимого дохода.

Максим знал, что тут к чему, поскольку нехорошее местечко периодически пытались зачистить военные, а также по нему то и дело проходили огнем и мечом узловики и бойцы синдиката.

Но толку от всех этих мероприятий – ноль без палочки. Ни один посредник под гребенку не попал, и ни одного наемника уничтожить не удалось. Нет, результаты имелись и у военных, и у нелегалов, но при ближайшем рассмотрении оказывалось, что в обезьянниках сидят простые воришки, а «при попытке оказания сопротивления» уничтожены обычные бандиты с большой дороги, народец и вовсе никчемный.